Глава 2
Прошел месяц с той ужасной ситуации. Психологи и психиатры, к сожалению, не помогли. Ситуация только ухудшилась. У Ханны развилась парасомния — лунатизм, который давно был скрыт. Но, как оказалось, его усугубило употребление психотропных препаратов, которые она принимала тайком из-за беспокойства и тревоги, мучивших её на протяжении долгого времени. Сначала просто лунатизм, который никто не замечал. Но чем больше она пила таблетки, тем сильнее стресс становился, особенно со стороны сверстников. Это лишь ухудшало её состояние.
Когда я смотрю на свою прекрасную сестру, когда-то полную надежд и амбиций, а теперь стоящую передо мной как ходячий мертвец, не могу не задуматься: как люди могут доводить других до такого состояния?
Ханна сейчас на том стадии, что за ней надо следить каждую ночь. С таким состоянием не берут в больницу, а в детском доме за такое не несут ответственность. Поэтому я взяла её к себе, чтобы она побыла рядом. Ночи я почти не сплю — максимум два часа. Днём на парах редко появляюсь. У меня много пропусков. Но другого выбора нет. Хотела перейти на домашнее обучение — не дали сделать этого. Последний год, присутствие важно.
В одну прекрасную ночь Ханна подошла ко мне, поцеловала в щёку и легла рядом со мной. Мы лежали, обнявшись, и вспоминали наше детство, которое оказалось не таким уж лёгким.
— Помнишь, как мы купались в речке, втихаря от мамы? Я так помню этот день. Мне тогда было десять. Так круто мне ещё не было. Если так подумать, у нас довольно неплохое детство было. Мама изо всех сил пыталась дать всё, что могла. Хоть сама улыбалась очень редко.
Я с улыбкой вспомнила тот момент. Было время, когда всё было хорошо. Интересно, когда мы снова вернёмся в эти дни? Когда будет так же хорошо, а, может, даже лучше? Я хочу поставить себя на ноги, чтобы обеспечить себе и Ханне будущее, которое она заслуживает. Я не готова позволить людям смеяться над нами. Я помогу ей с учёбой, ведь она так хочет стать учителем. Она мечтает стать такой учительницей, которая всегда поможет ученикам в трудную минуту. Её любовь к детям невероятна. В детском доме она всегда была как старшая сестра для всех, и дети её любят. Она заслужила эту любовь.
Мы уснули, продолжая разговаривать, и я проснулась, не увидев её рядом. Её не было ни на своей кровати, ни рядом со мной. Встала проверить — возможно, она ушла за молоком. Она просто без кофе с молоком не может начать своё утро.
Прошлась по комнатам, зову её — нет ответа. Решила проверить гостиную, ведь именно там стояла входная дверь. Её обувь была на месте, и моя тоже. Тут я чувствую что-то мокрое у ног. Посмотрела вниз и вижу, что ног касается что-то красное, жидкое. Не понимаю, стараюсь понять, откуда это. Что там вылилось такого? Прошлась, обошла островок на кухне и остановилась. Вижу ту картину, которую и представить не смогла бы никогда.
Ханна лежит в этой луже. Это лужа крови. Она в руках держит нож. Точнее, нож был в её животе. И она его придерживает двумя руками. Я в шоке. Не понимаю ничего. Я села рядом с ней, пытаясь привести её в чувства.
— Х... Ханна... Посмотри на меня. Что это? Зачем ты это сделала? Открой глаза.
Я стараюсь привести её в чувства — она ведь просто потеряла сознание от потери крови. Нужно было срочно вызвать скорую помощь, и я поспешила сделать это.
— Алло, это скорая? Моей сестре нужна помощь. Она лежит в крови и без сознания!
— Девушка, помедленнее, пожалуйста. Где вы находитесь?
— Мы дома. Адрес Элмвуд-авеню, дом 12, Брайтон. Пожалуйста, поспешите. Она без сознания, не знаю, как давно.
— Помощь уже выехала. Оставайтесь спокойны. Только одна пострадавшая?
— Да, только моя сестра.
— Хорошо, помощь уже в пути. Будьте спокойны.
Эти пару секунд ожидания казались вечностью. В дверь постучали. Я поспешила открыть, с окровавленными руками. Передо мной стояли полицейские и медсестра. Я впустила их в дом, указала место, где лежала Ханна. Смотрела на них, не в силах понять, что происходит. Один из полицейских подошёл ко мне.
— Мисс, можно поговорить? Мне нужно задать несколько вопросов.
— Да, конечно.
— Как вас зовут? Сколько вам лет?
— Я Сара, мне 22.
— А кем является эта девушка вам?
— Она моя сестра.
— Что случилось с ней?
— Я проснулась и не обнаружила её рядом со мной. Мы с ней легли спать, а когда проснулась, её не было. Я искала её по дому и нашла на кухне. Лежала в крови с ножом в руках. Я позвонила в скорую помощь. Она будет в порядке, правда?
Полицейский молчит, не понимая, что мне сказать. Но я стою и жду ответа.
Подходит медсестра к нам и говорит:
— Пульса нет. От ножевого ранения было потеряно много крови, и в результате это привело к смерти.
Я замерла в шоке, не сразу осознав, что сказала медсестра. Прошло несколько минут, и я увидела, как полицейский машет мне рукой.
— Сара, с вами всё в порядке? Присядьте, пожалуйста.
Осознавая потихоньку, что произошло, я перевожу взгляд на Ханну.
Моя сестра умерла. Она больше не вернётся. Я осталась одна. Больше нет никого родного. Почему именно она? Почему именно так? Почему я не смогла помочь ей?
И тут голос медсестры достаёт меня из моих мыслей:
— Дорогая, давай ты выпьешь воды и успокоишься.
Мне дали стакан воды, и я смогла сделать только один глоток. Меня проводили до машины полицейского, посадили и сказали, что надо проехаться в участок. Медсестра и другой полицейский остались дома.
Сижу в участке, в кабинете для допроса, и напротив меня полицейский.
— Так, Сара, нам надо знать всё, что произошло. Расскажите всё по порядку.
Я начала рассказывать, как всё произошло. Как с Ханной легли спать, как проснулась и не обнаружила её рядом. Как прошлась по дому и не находила её. Как почувствовала кровь на полу и нашла, где и как она лежала. То, что она держала нож. Как я позвонила в скорую помощь. Каждую деталь рассказала.
— Как вы думаете, что случилось с вашей сестрой?
— У неё проблемы были со здоровьем. Она лунатила, она ночами постоянно ходила и причиняла себе вред. Я всё это время за ней следила, ночами не спала. Но тут спустя столько времени я дала слабину и уснула вместе с ней, а в итоге такое случилось. Это всё из-за меня. Если бы я не спала, она была бы жива.
— Сара, никто не виноват. Не надо так говорить. То, что должно было случиться, то и случилось. Понимаю, вам сложно, но не надо себя виноватой делать.
Я почувствовала облегчение от этих слов, но мне было тяжело принять это. Почему? Почему именно она? Почему я не смогла предотвратить это?
— А она до этого себе вред наносила?
— Да, у неё руки в порезах. И синяки есть также. Постоянно билась обо что-то. Но чтобы именно с ножом она так хотела себе навредить, такого не было. Болезнь всё больше и больше брала над ней контроль.
— Хорошо, я вас услышал. Она обследовалась у врача? Проходила терапию?
— Да, конечно. Она не могла уснуть без таблеток. Но они недолго работали. Всё равно каждую ночь приходилось за ней следить.
— Я вас понял. Посидите пока, отдохните.
Я кивнула и сидела, спокойно смотря в одну точку. Вспоминая ту картину, которую я видела час назад. Моей сестры больше нет. Она умерла. Я осталась одна.
Через неделю я вернулась к привычной жизни. Похоронила Ханну, и на похороны пришли только ближайшие родственники — дядя, тётя, их дети. Мы не были близки, но видели друг друга на праздниках и на похоронах.
Обычная рутина вернулась в мою жизнь. Снова также работаю. Стараюсь максимально в себя прийти. Вижусь с друзьями. Ходим на различные мероприятия. Я, конечно, из-за работы не сильно могу себе это всё позволить. Но я не даю себе оставаться одной со своими мыслями.