Сделка с дьяволом.

– Всего ночь.

Эта ночь шла мучительно долго. Ян с трудом спал, ему казалось, что в любой момент Чан может проснуться, и он, как виновник всего происходящего, должен застать это. Но зачем? Что он сделает? Крису разве станет лучше от каких-либо слов или действий демона? Он только-только пообещал ему, что не причинит вреда, и в тот же день заставил подопечного пасть при смерти.
Около шести утра Айен окончательно проснулся. Причина была в том, что волнение и переживание не давали ему покоя и он, желая избавиться от них, ворочался в постели, а в итоге упал на пол, вместе с одеялом.
Ян почти сразу вскочил, как ему в голову ударила сильная боль, от чего тот потерял равновесие. В глазах на пару секунд потемнело.
Чонин сидел на полу, пытаясь прийти в себя. Угнетающие мысли о сегодняшней встрече и о том, что было вчера, не давало ему даже шанса. Демон не помнит как встал на ноги. Укрыл ли он Криса снова или оставил несчастного лежать без какого либо теплого покрывала? Нашел себя чертенок уже сидящем на коленях, возле самого лица Чана.
Умиротворение и спокойствие в чужом лике действовало отрезвляюще приятно. Казалось, что Ян, словно верный пес, ждет пробуждения хозяина. Хозяина, которому не суждено проснуться.
Эта мысль показалось Чонину неприятной. Даже отвратной в какой-то степени. Единственное, почему его так заботило состояние Чана это обещание. Погодите ка, а когда это демоны сдерживали обещание?

" Что это вообще за предлог такой? Пытаешься оправдать себя, не принимая своего волнения. Каждый раз ты отвергаешь тех, кто пытался помочь тебе, а после они уходили. И Кристофер уйдет. Он забудет о тебе, как только контракт закончится." - Чонин вел внутренний диалог, пытаясь лучше понять себя в этой ситуации. Ему действительно жаль или ему просто стыдно из-за того, что он не смог даже своих слов исполнить? Или всё вместе?
– Голова болит.
Ян в последний раз жалостно взглянул на Криса в надежде, но чудо не свершилось. Тогда Айен направился к двери, но вместо того, чтобы покинуть комнату, он сел возле неё лицом к кровати Чана. В животе заурчало. Это человеческое тело голодно.
– Как демону энергии мне хватит до вечера я думаю. - Ян шепнул самому себе и бросил взгляд на часы. Семь утра. Как же быстро пролетел час.- сколько он стоял перед Крисом? Почему демон даже не заметил этого? – В первую ночь я тоже плохо спал... - признался Чонин, – Осознание того, что я впервые заключил с человеком долговременный контракт не давал мне покоя. Я думал, что с вами легко. Запугать до ужаса и дело с концом, но вы сложные. Очень сложные. За какой-то один день ты перевернул мое представление, и теперь я запутался. Я сказал, что позабочусь о тебе, хотя не знаю, что есть забота и как ее проявлять. Я сказал, что не причиню тебе вреда, но в тот же вечер ты упал в мои руки без сознания. Я облажался. Опять. Дашь ли ты мне второй шанс, когда проснешься? - Чонин говорил в пустоту, собственные мысли пугали его разум.
Айен не знал сколько он уже сидел у двери. Его взгляд был устремлен на Кристофера: на его безмятежное выражение лица, на пухлые губы, которые слегка приоткрывались во время вдоха, на длинные и изящные ресницы.
Чан был красив. Любуясь его дивностью, Ян терял счет времени.
Вновь переведя глаза на часы, демон заметил, что уже восемь.
– Здесь время идет так быстро. - Чонин не принимал факт того, что это не время идет с излишней скоростью, а он настолько забывается глядя на Криса, что не замечает, как проходит минуты и часы.
Голод начал брать вверх. Бурчание и боли в животе заставляли скукожиться желудок и согнуться в три погибели.
– Осталась ли еда?
Чонин, сжимая руки на животе, направился на кухню. Холодильник пуст. Вчера за завтраком Чан приготовил последнее, что у него было. Ян, с силой хлопнув дверцей, принялся расхаживать по квартире. Близится время встречи, боль в животе не дает нормально мыслить, а страх за Криса давит на голову, и прижимает так, что сердце и все внутренности превращаются в кашу.
– Для начала нужно одеться, да. Нет, нужно решить проблему голода, да. - Чонин принял свой демонический лик. Потратив долю энергии, он насытил свое тело, но теперь была другая проблема. А хватит ли ему сил до вечера? Но об этом Айен будет думать позже, – Нужно одеться. Теперь нужно одеться. - у Яна не было желания снова заходить в комнату Криса. Его брал страх и сомнения, – Нет, я видел одежду тут. Да тут. – тратить еще часть своих сил на подобающий вид было бы глупо, иначе был риск растратить слишком много, – Да, вот. – у самой входной двери на вешалке весело пара кофт и толстовка. Выбора особо нет. Енн предпочел остаться в домашних штанах, но переодеть верх. Темно-серая толстовка Чана была ему слегка велика, стоит отметить, что их физические габариты сильно отличались. Удивительно, что Кристофер ни разу не пытался использовать грубую силу, чтобы обороняться или хотя бы защищаться, а может и вовсе попробовать самому запугать демона. Но нет и снова нет. То ли из-за излишней мягкости души, то ли из-за страха, то ли из-за чего-то еще, но факт остается фактом. Он пусть и был в наихудшем положение, но ни разу не попытался ударить или припугнуть Яна, хотя мог.
В толстовке Криса было очень свободно и тепло, вспоминая тело своего подопечного, Ян мысленно усмехнулся.
"Ну точно Банни, кролик кроликом." - это забавная мысль заставила Чонина улыбнуться. И вправду. В первую их встречу Чан, вместо попытки самообороны пытался сбежать.
Секунды Айен наслаждался этим теплом, сердце засмеялось, но все быстро вернулось на свои места, стоило только подумать о том, где и в каком состоянии Чан.
"Если такова дичь, то я бросаю охоту." - Ян удивился своим же мыслям снова и отбросил их, оставив дома, а сам, одев ту же обувь, что и вчера, скинутую в самый дальний угол, вышел из квартиры, взяв ключи Чана. Повозившись с дверным замком, Айен все таки закрыл обитель и смог с некоторым мнимым спокойствием пойти на встречу.

Торопливые люди шли в разные стороны в своем ускоренном темпе. Они пробегали рядом или неохотно заходили в здания. Из их общей массы Чонин особо не выделялся, пусть его движения на фоне чужой суеты выглядело как скольжение улитки.
Это утро было тихим. Для Яна. Он просто не замечал чужих голосов. Для него это все было белым шумом. Все вокруг заглушали его же мысли.
Демона переполняло волнение, он только вчера виделся с Сынмином, но ощущение такое, будто он снова ждал его десять мучительных лет. В его сердце играла радость, он увидеться с ним, без лишних глаз, главное только не подать и виду, и не показать свое счастье. Но одновременно с этим его душила боль и пустота. Ян снова и снова вспоминал Чана, его приятный голос и взгляд. Чонина так же глушил страх. Что ему скажет Сынмин? Ради чего он назначил встречу?
Мысли об этом угнетали. Айен не знал, что ему стоит чувствовать сейчас. Этот пугающий путь, от дома до кафе, демон решил скоротать мыслями об ином, а именно о своем первом подопечном.
Тогда Ян только-только спустился на Землю. До этого ему говорили об этом месте следующее:
"Это место в некотором роде хуже Ада, а его обитатели – все равно что демоны. Они самовлюбленно тратят свою жизнь, и искренне верят в свое превосходство, хотя на деле являются слабаками и ничтожными созданиями, которым был дан целый мир, но они решили не сохранить его, а изуродовать. Там нет достойных или сильных. Люди – легкая добыча, но их души по своему грязные. По этим причинам ты не должен даже думать о посещении их мира. Я запрещаю тебе, для твоего же блага, мой бра...."
Ах, мысли снова ушли не в ту сторону. Нет, он не хочет вспоминать, то что слышал. Это все равно не правда, как оказалось.

***

Впервые посетив Землю в человеческом обличии, Ян потерялся среди толпы. Сотни душ, ауры, теряющиеся и перемешанные друг с другом, голоса. Все это напугало юного демона. Но спуск сюда был вынужденной мерой. Добывать себе пропитание и выживать в аду стало сложнее, Чонин был голоден и слаб, ему нужна была легкая добыча.
Но люди не были легкими. Теперь он понимает это, но не тогда.
Для начала он покинул место большого скопления людей, а после дождавшись вечера, принял демонический вид, чтобы его не видели лишние глаза, и забрался на крышу многоэтажного дома. Да вид был от туда хорош – все души, как на ладони! Демон выбрал одну из толпы и последовал за ней. Жертва, не подозревая об этом, вернулась в свой дом и легла спать. Эта была девушка, как видно в нетрезвом состоянии, она шаталась при ходьбе и, упав на кровать в одежде, отрубилась.
"Не так сложно!" - подумал Айен.
Казалось бы, добыча легче некуда, но была одна, а может и две проблемы. Первая: жизненных сил у человека значительно меньше, чем у демона, поэтому, чтобы не убить жертву, нужно брать определенное количество энергии. Отсюда выходит вторая проблема: Чонин не знает сколько ему можно взять.
Бездумно убивать каждого, так себе идея, ведь духовная энергия человека способна восстанавливаться, а значит, что к одной и той же жертве можно прийти несколько раз. Вот только, как случайно не убить несчастную? И заодно как прикоснуться, забрав энергию, не разбудив при этом человека? Ломая голову над этим вопросом, Ян ненадолго завис, пока из раздумий его не вытащил зов призыва.
Когда кто-то вызывает демона, тот слышит это из самого ада, но зачастую не отвечает. Причины могут быть разными, но сейчас это удачный шанс.
Ян решил навестить призыв. Звук исходил из квартиры напротив. Как удобно.
Айен был в своем демоническом виде, но благодаря призыву он будет виден смертным, хотя сейчас это не проблема.
Три молодых юноши вызывали некого демона крови, они сидели в кругу из свеч, что-то шептали, а вместо крови начертили специальную пентаграмму из красной краски. Приди сюда настоящий демон, он бы размазал их всех по стенке.
"Идиоты." - подумал Чонин.
Подождав пока эти полоумные закончат чтение призыва, Ян решил действовать.
На тот момент его сил было достаточно, чтобы придать ужасающую атмосферу. Пара спецэффектов в виде затемнения комнаты, небольшого дыма, затухание свеч, и парни уже в страхе держат друг друга за руки, чтобы ненароком не сбежать. Звуки за окном стихли: ни шороха, ни шага, ни вздоха. Казалось словно эта комната стала звукоизолированной или отделенной от внешнего мира, это мысль душила и давила в грудь. На долю секунды появилось чувство, будто за ними наблюдают прямо из темноты. Будто кто-то или что-то образовалось из страха и мрака, и теперь готовится забрать его в свой мир, полный кошмаров и ужасов, заставляющих сердце биться в такт дыханию, что кажется вот-вот прекратится и от них не останется даже имени…
В этот момент и появляется Чонин.
В черном дыме, в кромешной темноте, в самой напряженной тишине. Три парня, завидев силуэт чего-то, похожего на человека, тут же пустились в бегство.
Ян, испугавшись, что жертвы разбегутся и он не сможет утолить свой голод, схватил одного из них, как видно самого младшего, и, подождав пока остальные покинут комнату, запер дверь.
Юноша кричал, бился как мог, пытался вырваться, но цепкая хватка Айена не давала ему это сделать.
– Если хочешь жить, заткнись! - Чонина начало раздражать это и, если быть честным, он уже был готов оставить несчастного из-за сильной жалости.
Жертва замолчала, а глаза его наполнились слезами отчаяния.
– Я не хочу умирать... - шепнул тот, вытирая свои мокрые ресницы.
"Ты не умрешь."
Ян бы не позволил себе убить этого паренька. Ни за что.
Чонин просто держа парня за руку, уже получал то, что ему нужно. Тот сидел на коленях, молился и плакал. Ему казалось это затишьем перед бурей и с минуты на минуту ему оторвут голову или, что еще хуже, будут ломать каждую конечность по отдельности, или демон придумает что-то более изощренное.
Впервые за долгое время Айен смог насытить свой голод. Только-только почувствовав, как силы снова приходят к нему, он отпустил жертву и быстро исчез.
В ту же секунду дверь комнаты, что он кажется запирал, отворилась. Точнее ее пробили сбежавшие. Видно они пришли в себя и вернулись за братом.
– Дуни! - выкрикивая имя одного из них, и двое ворвались в комнату.
Тот, то ли от страха, то ли от истощения, но младший упал в обморок. Чонин решил, что оставлять свидетелей некрасиво, и провернул подобное с остальными двумя парнями.
Очнулись те уже под утро и видно восприняли произошедшее как сон, или общее видение. Ян дождался их пробуждения, я после исчез окончательно.
Затем он открыл для себя людей, которые вызывают демонов осознано и все стало намного проще. Он исполнял их мелкие желание, а взамен те давали ему свою энергию. Сделки не длились слишком долго, а после их окончания не было ни чувства стыда, ни жалости. Как же было тогда хорошо...

***

Думая об этом, Ян и не заметил, как уже пришел к кафе.
"Интересно, а как там Крис?" - это была последняя, посетившая его голову, прежде, чем он упадет на самое дно, оставаясь один на один с тем, кто так низко,  так подло предал его. Хотя, чего он мог еще ждать от прошлого демона лжи? Чего еще он мог ждать от Ким Сынмина?

Зачинщик всего уже, сидел за самым далеким и неприметным столиком. Завидя в дверях Чонина, Ким сразу оживился, как видно он находился в раздумьях, но приход Айена заставил его вернуться в реальность.
Направляясь к нужному столику демона посетили сотни мыслей. Большая часть были ужасно трусливыми:
"Убеги. Ударь его и убеги. Вернись к Банни, вернись. Остановись. Прекрати это. Хватит. Не думай. Прекрати думать. Убегай. Убегай. Со всех ног беги. К нему. Обними его. Я так скучал. Я так скучал. О чем же ты думаешь, братец Мин? Кто я для тебя? Дорог ли я тебе? Скучал ли ты по мне? Я хочу плакать. Утешь меня, я так долго ждал этого. Умоляю. Я так тебя лю..."
– Здравствуй, Ян. - сухо выдал Сынмин. Это дало ответ на многое.
"Он не скучал. Он даже не волнуется. Или это снова ложь? Честен ли ты сейчас?"
Чонин помолчал пару минут...
– Я так рад встретить тебя, братец. Я так скучал по тебе, теперь мы одни, скажи ты скучал, мой любимый бра... - Айен не смог сдержать собственных эмоций. Чувство пустоты сменилось на горящую надежду и эйфорию, словно он снова пьян. Словно того, что случилось вчера не было. Словно они снова братья.
– Не зови меня так. - Ким холодно смотрел на Айена, – Мы не братья, Ян. Прошу, сядь уже.
Чонин получил удар в самое сердце. Его вырвало из реальности на пару секунд, утренняя тоска вернулась и вновь держала в цепкой хватке. Ему стало тяжело дышать, будто его душат. Голова закружилась, а грудь и ребра словно раздробило молотом. Сердце бешено билось и казалось, что его вырвет, но желудок был пуст, так что кроме хрипа он не выдал ничего. Енн послушно сел на стул.
– Ты… - Ян предпринял попытку взять себя в руки, он с трудом говорил.
– Видно ты рад меня видеть. Жаль я не могу сказать того же, но лучше не будем тратить время зря. Я хотел поговорить о вас с Кристофером.
Сразу к сути. Как мерзко. Как низко.
– Сукин ты сын... - прошептал Чонин, — Предатель и лжец. О нас с Крисом? Тебя не интересую я, гребаный ты мудак! Тебя интересует Крис, не так ли? К чему опять твоя отвратительная ложь?! Мне казалось ты ненавидишь людей, но что же сейчас? Ложишься под одного из них и печешься о другом, ебаный ты мерзавец! - Ян резко встал и закричал во все горло, ударив рукой о стол, и, случайно откинув стул с такой силой, что тот упал. Бешенство охватило. Он чувствовал, как рога неприятно давят на лоб. Ему было плевать если кто-то заметит, плевать если кто-то увидит. Демону все происходящее казалось мерзким и гадким. И Сынмин. На что же Ян надеялся от такого как он?
– Ты... Ты! - Чонин пытался перевести дыхание, глаза наполнились слезами, но он не может позволить себе зарыдать. Не перед Мином.
– Может выскажешься на улице? А потом вернемся для более спокойной беседы? Что скажешь, Айен?
Чонин оглянулся на остальные столики. Все смотрели на них.
– Не смей. Называть. Меня. Так. - Ян твердо направился к выходу. Ему казалось он сейчас готов избить Кима, не оставив на его теле живого места, а потом рыдать над трупом или рвать уже себя на куски.

"Почему ты так холоден?"

– Да что с тобой не так, Ким? - вырвалось у Чонина, как только они зашли за угол здания. Демон смог немного успокоиться и сдержать часть наплывшего гнева.
– Я еще не успел ничего сделать. - так же безразлично говорил Мин.
– Ничего? Ты называешь это ничем? Я для тебя ничто? - младший подождал пару секунд, ответа не было, –Да пошел ты знаешь, куда ?! - Ян сжал кулак, замахнулся, но замер возле самого лица Сынмина.
– Что же не так, Енн-а?
Чонин впал в ступор, а после подавленно выдал:
– Как жестоко. Сначала сказать, что мы друг другу никто, а после говорить мне "Енн-а". Мерзость. - демон опустил руки.
– Закончил? Теперь мы можем поговорить?
– О Кристофере? Он жив. На этом всё. - злобно прорычал Чонин.
– Годы идут, а ты все такой же вспыльчивый и эмоциональный...  - Сынмин сделал паузу, — Я знаю, что он жив. Ты бы не посмел его убить.
– С чего такие выводы? - наигранно усмехнулся Айен, – Ты меня десять лет не видел. Ушел, ничего не сказав, оставил, как ненужный мусор, и начал новую жизнь. А я ждал тебя. Три года ждал. Но ты бросил меня. Прошло десять гребаных лет! - демон вновь кричал, – Я думал что ты погиб! – его глаза снова стекленели, – С чего ты взял, что я все так же боюсь убивать, после того, как ты поступил со мной?!
– Потому что ты боишься. - Ким выдержал длинную паузу, наблюдая, как Ян начинает мешкаться, – Потому что именно я растил тебя. Потому что для тебя бездыханное тело — самое ужасное, что ты мог лицезреть. И сколько бы я не пытался, сколько бы жертв не полегло, это не изменилось. Так с чего бы мне думать, что за какие-то десять лет ты стал другим?
Чонин молчал. Это была правда. И это действовало на нервы.
– Но зачем лить воду? К сути дела. Оставь Кристофера в покое.
– Ты, как и раньше, все такой же прямолинейный и твердый. Как в твоем сердце нашлось хоть немного места для… Как же его зовут? Чанбин? - ухмыляясь, медленно проговорил Ян. Ему хотелось задеть Сынмина, заставить его испытать хотя бы крупицу той боли, что испытывает он.
– Не приплетай его. Оставь Чана и дело с концом.
– А с чего бы мне повиноваться? Ты уже не демон. И даже не брат мне. Ты бросил меня. Вырастил, а потом бросил там, в жестоком, таком же как и ты сам, мире. А потом свалил сюда в объятия к какому-то там человеку!
– Да, ты прав. - без доли сожаления сказал Ким, – Но я прошу сделать это если и не ради меня, и не ради крохи той любви, которая осталась у тебя ко мне, то хотя бы ради Кристофера.
– А ради него то да. Конечно! - насмешливо и саркастично выкрикнул Ян, – Да с чего бы мне сохранить его жизнь, а? - с новой силой кричал он.
– Потому что ты все равно это сделаешь.
Нависла тишина. Подождав немного, Ким продолжил:
– Ты всегда всё портишь, и ты знаешь это. И ты ненавидишь смерть, и поэтому не убьешь его. Так что оставь, не мучай. Ты не знаешь, сколько Крис трудился и страдал ради того, что у него есть сейчас. Будь благоразумнее.
Чонин поджал губы.
– А что насчет моих страданий, Ким?
Сынмин замер.
Ян продолжил:
–Ты ведь даже не попрощался...
– Прошу, Енн-а, братец не начинай... - перебил его Мин.
– Да пошел ты! Не брат ты мне, и не был. Ты мерзкий лжец и предатель! Что они сделали такого, что заставило тебя так пойти на такие изменения?! - Ян схватил Сынмина за рубашку, в которой он пришел, и начал грубо трясти из стороны в сторону, будто пытаясь привести его в себя, – Почему ты ставишь их чувства превыше моих, а? Ты – бывший демон лжи. Тот, кто отказался от своих сил, от статуса, от меня... Ради чего? Ради людей, которых ты на дух не переносил? Что с тобой стало? Почему ты пошел на это? Я не понимаю. Почему ты предал нас?

– В отличие от тебя, я меняюсь, Айе... Чонин. Я не обязан оправдываться перед тобой, я просто прошу. Не порть жизнь Криса. И найди себе другую жертву.
Ян отпустил его. У демона не было больше сил. Он был пуст. Абсолютно пуст.
У Сынмина завибрировал телефон. Достав тот и кармана, он быстро прочитал сообщение:

Чанбин – "Доброе утро, милый! У тебя снова встреча с клиентом? Ты скоро будешь дома? Мне готовить на тебя завтрак или ты уже поел где-то? Свой ланч ты забыл дома, надеюсь ты не взял очередной быстрый перекус, Минни. Мы же говорили об этом (｡ŏ_ŏ)"
Ким был готов растаять от волнения.
Ему нужно вернуться. Чанбин не должен знать обо всем этом. Он быстро написал ответ, пока Ян пытался осознать происходящее:

"Я скоро буду. Подожди меня. 2010000♡"

– Мне пора. Услышь меня и хоть раз сделай всё хорошо.
– Хоть раз? Я всегда старался, но тебе всегда было недостаточно... Ты... А твой хахаль вообще знает о том кто ты? - пусто, без эмоций на одном тоне прошептал Ян.
Сынмин нервно взглотнул ком из страха. Вот оно. Его слабое место.
Заметя такую реакцию, Чонин пришел в восторг, хоть что-то, что на время даст ему удовольствие – это страдания Мина.
– Видно ты и ему лжешь, так же как и остальным. Не удивительно, демон лжи Ким Сынмин. Ничего удивительного. - Айен ухмыльнулся, – Что же будет, если он узнает?
Мин начал терять самообладание.
– Не втягивай в это его! Хочешь снова испортить мне жизнь, да Ян? Ты всегда был бременем и даже тут, спустя столько лет, ты все такой же глупый ребенок, что отравляет мое существование! Хочешь снова отнять его у меня? - Сынмин кричал, эмоции взяли над ним вверх, он думал о том, что эти слова значат для младшего. Думал ли он о нем когда-нибудь?
Чонин впал в ступор. Его сердце и душа окончательно разбиты. Он окончательно разбит. В ушах зазвенело,  а сердце будто больше не билось. Парень уже не чувствует, текут ли по его щекам слезы, хотя какая разница?
Ким поджал губы.
– В любом случае я должен идти. Мне есть куда вернуться и меня там ждут. Послушай мои слова и не делай все наоборот, как ты любишь.
Сынмин прошел мимо Айена, не бросив на него и взгляда. Безразличие и холод, вот что чувствовал Ян от Кима. Была ужасная и невыносимая агония. Казалось, что Чонин пал от своих собственных рук. Ощущение давящей и мучительной горести растеклось по крови в каждую часть тела. Демон перестал контролировать себя и свои мысли.
– И да. Нет никаких нас, Айен. - не оборачиваясь сказал Мин, прежде чем удалиться.
Теперь для Яна мир потерял что-то. Что-то настолько важное, что теперь все кажется уже не тем: потерянным и напуганным, как и он сам. Тот, кому этот демон доверял больше, чем себе, предал его.
Чонин готов был простить все старшему: любое издевательство, любую муку – но тот все равно покинул его. По настоящему покинул. Ушел, когда был так ему нужен. Когда он так в нем нуждался...
– Посмотрим, кто из нас доберется до дома раньше, Ким...

***

Сынмин уже около трех минут стоит возле двери своей квартиры. Внутри мерзкое ощущение и отвращение к себе. Чувство вины резало сердце. Тогда, в тот момент, проходя мимо Айена ему хотелось подбежать к нему, обнять и в слезах просить прощения. Просить за все, что ему пришлось пережить, за весь этот ужас, за свой уход, за страдания, за все. Биться головой об асфальт, рвать свою грудь, но даже этого было бы мало.
Он чувствовал как дрожат его руки, как дверная ручка расплывается и он не может ухватиться за нее. Правильный ли выбор он сделал тогда? Сейчас он снова засомневался в себе, в своем решение, в своих словах.
"Ты всегда все портишь." - Ким вспоминал свои слова.
"Нет, Енн-а. Ты всегда все делал правильно. Но прошу, ради тебя, ради нас. Прошу, мой милый младший брат, ненавидь меня. Думай обо мне, как о монстре и предателе. Забудь все то светлое, что я мог тебе дать. Ненавидь меня, чтобы было легче отпустить. Мой уход принес тебе столько мук, столько горестей, сколько пережил я, когда покидал тебя. Хотя нет, ты страдал больше меня. Прости. Ненавидь и отпусти меня. А знаю тебя, знаю, что мои слова для тебя как стрелы... Стрелы... Я знаю, что ты сделаешь все наоборот. Ты не отпустишь Чана, и я знаю почему, но и ты не причинишь ему боль, потому что хочешь доказать себе и мне, что я не прав. Доказать, что ты способен не ранить других. Это мне и нужно. Чан, прошу, потерпи немного, я обязательно помогу тебе, но прежде я защищу того, ради кого я сделал это нелегкий выбор. Ради того, кто сейчас и тогда был и останется всем для меня. Прости. Простите, что страдаете из-за меня" - Сынмин почувствовал горечь и слезы, обжигающие его щеки. Нет, что же это...
– Прости, умоляю, Енн-а, мой братец, мой милый младший братец, прошу прости. Прости меня Крис. Прости меня, мой Чанбинни. Утешь меня, милый. - шептал Ким, сев на корточки, обхватывая голову руками. Из глаз неконтролируемо текли слезы, а из уст было слышно: Простите, простите, простите.
– Айе... Ян... Прости, что оставил тебя, но я не могу позволить тебе навредить моим близким, прошу, Ян. Сделай так, как я думаю. Не причиняй им вреда, я же знаю, что ты сам не хочешь этого. Я же помню твои слезы, Енн-а… Мой милый Айен...

Сынмину потребовалось достаточно времени чтобы успокоиться. Внутреннее отвращение сменилось мглой и обидой на себя же.
– Я дома. - Ким слегка дрожа зашел в квартиру.
– Сынмин-а! - Чанбин быстрым шагом направился к нему, распуская руки для объятий. Парень с удовольствием принял это жест. Да, это ему и нужно. Объятия с тем, кого любишь. Ради кого оставил прошлое и близких. Ему был нужен Чанбин, — Как ты? Выглядишь ужасно. Что-то случилось? - с ноткой волнения спрашивал старший.
– Нет, все теперь хорошо. - Ким положил руку любимого себе на щеку, – Просто клиент вымотал все нервы. Я немного устал. Не беспокойся. - шепотом произнес он.
– Так и быть поверю тебе. - Бин свободной рукой приобнял Сынмина сильнее, тот наклонился и получил нежный поцелуй в щеку.
– Давай уедем.
Это прозвучало неожиданно.
– Уедем? Так резко? Ты имеешь в виду путешествие на время моего отпуска?
Сынмин окутал руками шею милого. Все таки он рад, что сделал этот выбор. Как бы тяжело ему ни было.
– Да. Давай уедем очень далеко. Ты же хотел посетить Европу? Я с тобой, хоть на край света, тем более я и сам не прочь увидеть новые места. Германия, Франция, Испания... Куда захочешь.
Ким прижался чуть сильнее.
– Давай обсудим это после обеда, хорошо?
– Неет, — заныл младший, – Давай закажем еду на дом. Я хочу побыть с тобой вот так еще немного. - Мин положил голову на плечо любимого.
Чанбин взял парня за талию, слегка приподнимая. Тот в свою очередь, обвил ногами тело Бина.
– А кошелек не треснет? Нам еще нужно по финансам посмотреть, хватит ли на дальнее путешествие, так что доставка отменяется. Но я могу приготовить тебе все, что попросишь.
– Как насчет твоих губ? - Сынмин погладил рукой щеки любимого и нежно прикоснулся к его губам. Бин прикрыл глаза, наслаждаясь устами своего партнера.
– Прошу не оставляй меня так, мне не хватает тебя по утрам. - прошептал старший, как только Ким отпрянул от него.
– Как приторно сладко, бе. - усмехнулся Сынмин и вновь коснулся пышных губ, таких родных и приятно нежных. Таких, которые спасали его от самых страшных мук и мыслей, – Не отпускай меня. - шепнул он на секунду прерывая поцелуй, тяжело дыша, из-за нехватки воздуха.
– И не подумаю. - Чанбин быстро примкнул к Киму, сминая его тонкие уста и восхищаясь их сладостью и нежностью, крепко держа парня уже за ягодицы.

Находясь рядом с ним, с тем, кому готов отдать все, включая свою жизнь, Сынмин забывал о всех проблемах, успокаивался и чувствовал внутреннее умиротворение.
– Я очень скучал. - прошептал Ким, отстраняясь от лица любимого.
– Я тоже. - тихо произнес Бин, а после чмокнул шею своего партнера.
– Щекотно! - засмеялся Сынмин.
Да, он рад. По настоящему рад этому выбору.

***

Чонин не помнил как дошел до дома. Остаток дня он провел сидя на диване, смотря в одну точку. У него не было сил даже на то, чтобы раздеться, только разве что скинуть свою обувь, а после снова пульнуть ее как можно дальше.
Его разум был пуст. Сотни мысли бегали из стороны в сторону в его голове, но он был пуст. Абсолютно пуст. И жутко голоден. Это чёртово человеческое тело голодно. Он сам был опустошен, нуждаясь в духовной энергии и в хорошем ужине. Но он не посмеет лишить Кристофера и капли его жизненных сил, пока тот не оправиться от истощения. Иначе это будет опасно.
Но больше всего Ян нуждался в объятиях. В тех нежностях, которые он испытал в кафе с Крисом, в той улыбки и словах... В самых простых словах, которые он желает услышать, но не знает, хочет ли он, чтобы это произнес именно Чан.
"Я рядом."
Хочет ли он, чтобы Кристофер был рядом? Нет, он не должен этого хотеть. Крис слишком мягок к нему, он просто отличается от остальных и не более. Ах, но как же прекрасны эти отличия...

Сердце было смято в кашу, а душу будто перемололи в мясорубке.
– За что вы так жестоки. - шептал Ян, – За что? Если бы не ты, я бы не был таким. Я не хочу причинять Чану боль, я не подведу тебя. Я лишь прошу не уходить.
Айен направился в спальню. Крис еще спал.
Сумерки сгущались, как долго Айен стоит тут, прижавшись спиной к двери, и, смотря на спящего? Ноги болят. Видимо он тут уже долго. Все прямо как утром — удручающе больно и страшно.
– Знаешь, у меня ведь больше никого нет. - шептал Ян, – Я больше никому не нужен. Тот, кому я был отдан, предал меня. Для него я больше никто.
Тишина.
– Было бы очень здорово... - Айен чувствовал, как его глаза наполняются соленой водой, – ...если бы ты... Если бы ты, Банни, дал мне еще один шанс... Я бы очень этого хотел. Я обещаю, что не подведу тебя. Умоляю, прости своего лисёнка... - Чонин упал на колени и тихо зарыдал. Ему давно не было так больно, так одиноко, так тоскливо. Он снова и снова шептал слова извинения перед Крисом, перед Сынмином...
– Простите, простите, простите...
Рукавами толстовки Ян вытирал свои мокрые ресницы. Он тихо всхлипывал и пытался восстановить дыхание, но все было напрасно. Голова болела, а в груди было сдавленное ощущение, будто кто-то завязал в горле узел и он не мог нормально дышать.

В комнате было уже темно. Солнце окончательно село. Чонин снова потерял счет времени. Дыхание восстанавливалось, губы уже не дрожали. Звон в ушах заглушал мысли. Айен упал на кровать у самых ног Криса. Живот скручивало. Он весь день не ел, а заодно изголодал по энергии. Айен не мог заставить себя прикоснуться к Чану, не мог. Как бы не сжимало его желудок, как бы не болело сердце, как бы не трещала голова, он не мог.
Демон был напуган.
– Что же ты сделал со мной, Кристофер?
Ночь была безлунной и тихой. Ян быстро уснул, собственная боль в душе глушила все остальные эмоции.
– Банни, проснись. Прошу. Ради меня. - шептал демон.
С этими словами он закрыл глаза, с желанием не открывать их, больше никогда.