часть 3
После третьей пары, на перемене, мы с девочками пошли за кофе. Шли, разговаривали и смеясь, не замечали, как время летит. Я отрывалась от разговора, задумавшись о чём-то, и, как всегда, не заметив, врезалась в кого-то. Извинившись, я подняла глаза и вдруг поняла, что это опять он. Саша — тот самый парень, с которым я столкнулась вчера в парке, по пути домой. Он стоял передо мной, его глаза встретились с моими, а на лице появилась та самая ухмылка. Он ничего не сказал, просто с лёгкой улыбкой прошёл мимо, не обратив внимания. И тут меня охватила волна неловкости: я вспомнила, как вчера тоже врезалась в него, и как стыдно мне было тогда.
— Кать, ты с ума сошла? Второй раз в него врезаться — это судьба! — с весельем сказала Полина, поднимая брови.
— Да почему он не смотрит, куда идет? Даже не извинился, а стоит и лыбу давит! — возмущённо воскликнула я, чувствуя, как на щеках появляется румянец.
— Кать, может, повернёшься? — едва сдерживала улыбку Алина.
Я повернулась, и, оказывается, Саша всё это время стоял спиной, разговаривая с друзьями. Видимо, он уже слышал мой возмущённый монолог, потому что, когда я обернулась, он не смог скрыть свою улыбку. Это ещё больше подлило масла в огонь стыда, но я не позволила себе выдать своих эмоций.
— Так значит, я не смотрю, куда иду? — с хитрой улыбкой произнёс он, подойдя ближе.
— А ещё подслушиваешь чужие разговоры, — с возмущением ответила я, стараясь выглядеть непринуждённо, хотя внутри всё горело от смущения. Ты начала первой меня обсуждать, а я просто случайно услышал. Чего такая злая? — сказал Саша, уже не сдерживая улыбку, которая озаряла его лицо.
— Ты меня обвиняешь? Я сказала правду: ты даже не извинился за то, что врезался в меня! — ответила я. Мне уже не было стыдно, у меня был только гнев.
Подруги стояли в шоке от происходящего, а друзья Саши наблюдали с недоумением. Саша подошёл ко мне вплотную, и я почувствовала его дыхание.
— На тон пониже. Ты знаешь, кем я являюсь? — сказал Саша с лёгкой «гордостью».
— Самовлюбленным мальчиком? — произнесла я с улыбкой на лице. Саша нахмурился, и в тот момент я поняла: это война.