ГЛАВА 1

Осознание того, что завтра мой первый день в университете — не давали мне никакого покоя. Мысль о том, что завтра я буду студенткой первого курса университета имени Гумбольдта, было самым важным и ответственным решением, за все мои семнадцать лет. Переезд за границу я не планировала, пока не появилась мечта сбежать из родного дома, чтобы не видеть своих родных и близких. Хотя, мечта сбежать от отца, вечно пьяного и прикладывающего достаточно сил к нашим телам, чтобы оставить на нем не мало синяков. Каждый раз, мне приходиться говорить, что из-за своей ужасной координации, на моем теле масса синяков. От части, так оно и есть, но больше всего синяков от побоев. Наверное, вы скажете, что я поступила эгоистично, потому что оставила маму одну вместе с этим тираном — отчасти, да. Но это было решение мамы, чтобы я уехала подальше, желательно на другой конец света, чтобы он меня не нашел. Из-за угроз отца, мы не можем спокойно жить, вечно скитались по Москве, но возвращались к одному и тому же месту — квартира пропитанная темной энергией, где давно не было радостных и прекрасных моментов. Можно ли назвать мою жить мечтой для всех остальных? Нет. Была ли у меня нормальная, здоровая, полноценная семья? Да, когда-то в далеком прошлом, где папа не касался так много алкоголя и не знал, что такое поднять руку на своего ребенка и жену. Можно ли мне позавидовать? Нет.

Мама дала мне немного денег и, на случай чего, сказала завести мне свой счет в банке, она может переводить мне некоторую сумму денег. В нашей семье, деньги постоянно уходили на алкоголь и сигареты отца. Мама, в прямом смысле, стала его рабыней. Как бы это не звучало, но это так. В моих планах забрать маму из России, оставить отца одного и пусть крутится как хочет. Мне не жаль его, потому что ему не жаль нас. Не жаль маму, меня, как свою дочь. Все, что ему хочется — много алкоголя и сигарет; его не волнует мнение мамы, или мое мнение. Его слова — закон. Хотим мы того или нет, но слушаться мы его должны.

Сегодня, первый раз, но как я надеюсь — последний, я решаюсь сходить в бар, про который около недели говорила нам Анжела. Я всегда была за здоровый образ жизни, но это, так сказать, просвещение в новый путь, новый этап в жизни. У меня было одно отличие, среди подруг и парня: я была жуткой занудой, предпочитавшей посвятить все свое свободное время книгам. Они считали меня занудой, а я и не отрицала этот факт. Я, так сказать, придерживаюсь своих правил и когда у них похмелье, я спокойно сижу и громко включаю музыку, выводя из себя своих друзей. Какой бы занудливой я не казалась и не была бы, они до сих пор со мной, не предают.

Уже около недели мы живем в общежитие, рядом с университетом. Удобно ли жить в общежитие? Ну, если не считать того, что вечная очередь в туалете — да. Я и сама рвалась в общежитие, чтобы почувствовать что-то другое, иное. В каждой комнате по два человека и меня поселились с Кристиной — подругой моего детства, по совместительству, она же заставляет носить вещи вещи с вырезам. Конечно сейчас синяков у меня не будет, да я и сама не против такой одежды, просто нужно немного времени, чтобы синяки пропали.

Кристина разбиралась в моде лучше всех нас. В косметике, парнях, одежде. Книги — вот это моя тема, а одежда, модные журналы, показы мод — что-то неизвестное и, пожалуй, трудно восприимчивая информация.

— Как ты думаешь, нам удастся подцепить парней? — Кристина примерила серебряное платье, глядя на свое отражение в зеркале.

— Не нам, а вам, — я косо смотрю на подругу, надев свою любимую футболку бардового цвета. — Илья может быть пойдет, — я пожимаю плечами, еще точно не уверена в своих словах.

Как он сказал, то у его новых друзей сегодня есть планы — просмотр футбола у Эриха — его нового однокурсника и друга. Меня радует, что Илья спокойно находит друзей, выбирая правильных. Он не связывается с плохими парнями, не связывается с девушками, тем самым заставляя меня ревновать, а самое главное, что он все равно рядом, не забывает и про меня.

Я прекрасно понимаю, если он не сможет пойти с нами в бар, чтобы провести последний вечер свободы. Мне и самой хотелось, чтобы он побыл в окружении парней, а не в обществе пяти подружек, вечно болтающих обо всем на свете. Он просто не вписывается к нам, ему не о чем с нами поговорить, в этом я тоже его понимаю, стараюсь за собой не тянуть. С ним мы знакомы еще с рождения, со всеми. Мы вместе дружили, вместе были в одном садике, вместе были в одной школе. В детстве, когда мы играли в семью, с Ильей заключили «брак», где имелись даже кольца из сушек. И вот, через восемь лет, мы с Ильей встречаем. Это, так сказать, наш первый опыт как у друзей. Не именно у Ильи, а у меня с ним как с другом. Сначала просто симпатия, а потом любовь, которая, как я уверена, будет длиться вечно.

— И парней пусть с собой приведет, — Кристина начинает играть бровями, взяв серебряную помаду.

— Ты как всегда, — я усмехнулась и заправила локон каштановых волос за ухо.

На круглом столе стояла бутылка закрытого шампанского, которую Кристина приобрела в старшем блоке у девушек. На удивление, но Крис смогла найти тут общий язык практически со всеми, не смотря на то, что она плохо знает немецкий. У нее есть все данные, чтобы стать журналистом: умение убеждать людей, упорство и она точно знает, как нужно уболтать человека.

В Германию мы прилетели впятером, и впятером собираемся прожить тут всю жизнь. Мои лучшие подруги и парень, с которым мне повезло. Если бы не они, то я точно не решилась улететь за границу и быть совсем одна. Я бы потерялась, в прямом и переносном смысле. Окончательно забилась, потеряла бы связь с внешнем миром, хоть я и была бы в одном колледже с троюродной сестрой.

Собравшись, Кристина предложила зайти еще за кем-нибудь, из наших новых знакомых. Она не любит тихие пьянки, где будем только мы. Кристине нужна большая, масштабная пьянка, после которой должно быть обязательно стыдно. В этом я узнаю желание и саму подругу. Нас четверо, но вы такие разные, ни чуть друг на друга не похожи. И сейчас, когда мы стоим в узком коридоре второго этажа в поисках компании, я могу точно сказать, что нас объединяет, а что наоборот должно друг от друга отталкивать. Нас объединяют наши секреты, которые сближают с каждым днем. Отталкивают друг от друга наши характеры, которые тоже чем-то похожи.

Пока девочки искали больше людей, я писала сообщение Илье и нашем место нахождении и о том, какие мы неудачницы. Он смеялся и утешал меня. Вечер только начинается, и возможно, если нам будет скучно — мы обязательно приедем. Так было написано в сообщение, я всем сердцем надеялась, что футбол окажется скучным. Как бы я не хотела того, чтобы он нашел себе друзей и проводил с ними время - я хочу видеть его рядом с собой, чтобы он обнимал меня, держал за талию и танцевал вместе со мной, не подпуская ко мне ни одного парня. Хотя, я уверена, что это только мечты и надежды.

— Ладно, никого, — Света поворачивается к нам, упираясь ладонями в бока. — Может быть, в клубе повезет?

— Да, — Крис резко вскрикивает, из-за чего я вздрагиваю, смотрю на нее и на практически пустую бутылку шампанского. — Обязательно найдем, там же буду я, — девушка указывает на себя пальцем, хитро улыбаясь.

Должна признаться честно, что Кристина любит себя сильнее всех на свете. Еще не нашелся никто, чтобы переубедить ее в том, что нельзя и невозможно любить только одну себя. Она, как упертый баран, верит в то, что можно любить саму себя и ей лучше быть эгоисткой, нежели открыться человеку.

Уже через некоторое время мы были в баре, пропитанном запахом алкоголя и сигарет. Я не была противником такого веселья, но прежде алкоголь даже в руки не брала. Для меня, это что-то новенькое, через что проходит каждая девушка, каждый парень, каждый человек. Я была сегодня в этом списке, поэтому решила оторваться так, как могу только я, при этом прекрасно зная, что у меня будет похмелье.

Первый стакан виски, и мой рассудок уже начинает мутнеть. Стакан за стаканом, я не замечаю, как оказываюсь рядом с каким-то парнем, танцуя с ним вместе на танцполе. Его мускулистые руки на моей талии, а на его губах — улыбка, от которого что-то билось в моем пьяном животе. Это не бабочки, а потребность разукрасить пол, содержимым в моем желудке.

— Извини, — еле как пробормотала я и, отходя от парня в сторону, прикрывая ладонью пол.

— Что такое? — зеленые глаза смотрят на меня, протягивая руку ко мне.

Я не в состоянии ничего ответить, чтобы не вышло наружу то, что начинает выходить. Ужасная тошнота, все идет кругом. Ощущение, что я плыву куда-то, а куда, я сама не знаю. Брать его за руку я не могу. Не хочу, чтобы он видел того, как меня будет тошнить в туалете клуба. Кстати о туалете...

Оглядываясь по сторонам, я так и не смогла найти ту самую дверь со знаком. Что же, придется потерпеть немного, пока я проберусь к выходу. Рядом с нами находились пьяные не менее трезвые подруги, которые тоже подцепили себе парней. Я, вроде как, ждала Илью, но в подарок, я получаю не знакомого, довольно симпатичного парня.

Дверь в надписью «выход» найдена, осталось только выйти. Пробираясь сквозь толпу, мне приходилось отталкивать всех одной рукой, но все проходит тщетно. Я и мое слабое тело, не в состоянии оттолкнуть от себя танцующих людей. Наконец-то выход. Я выхожу на улицу, чувствую, как в нос бьется воздух. Делая жадные глотки, чувство тошноты усиливается и я не в состоянии больше сдерживаться. За мной следом вышел тот парень, заметив мое бледное лицо и то, что я прикрываю рот ладонью.

— Девушка, с вами все в порядке? — обращается ко мне парень, взяв за вторую руку

— Меня сейчас вырвет, — это все, что мне удается ему сказать, прежде чем меня выкручивает на асфальт.

Внутри все переворачивается, в глазах все плывет. Ужасно плохо, готова упасть прямо на месте и заснуть, проклиная этот чертов вечер, и подруг, которые вытащили меня сюда. Никогда не хотела и не думала заливать свой желудок алкоголем, чтобы потом стоять посреди улицы и выворачиваться прямо на асфальт. Рядом со мной стоял парень, после увиденного, на удивление, он даже не отскочил, не сморщился и противна я ему не стала. Он, своими мускулистыми руками, убирает мои свисающие волосы, парень произносит:

— Твою мать!

Он кажется не пьяным, а даже наоборот, он кажется трезвым и ощущение, будто глотка не сделал. То ли у меня желудок не привык к таким поворотом, то ли парень пьет не впервые.

Парень отводит меня в сторону, чтобы я не привлекала внимание окружающих. Снова тошнота, а в голове все зудит и воспоминания о тошноте, как меня стошнило на землю, как это было мерзко. Снова тошнота. Меня вырывает в кусты рядом с клубом, а парень держит мои волосы, видимо уже несколько раз пожалев, что пошел за мной. Я бы ему не позавидовала. Наблюдать за тем, как незнакомая девушка, танцующая еще несколько минут с тобой на танцполе, сейчас стоит с тобой в кустах и ее тошнит на землю. Я, так сказать, удобряю землю, чтобы хорошо росли цветочки. Буду надеяться, что камер тут нет, и меня никто не снимает, чтобы потом не выложить ролик в сеть.

Отпустило. Немного подергиваясь из-за судорги, меня всю поддергивает. Вокруг рта остаток неприятной смеси, выходящей из меня несколько секунд назад. Волосы растрепаны, а я кажусь бледной, если даже не зеленой. Даже стыдно смотреть на парня. Не хочу встречаться с его насмешливым взглядом, говорящий мне только одно: «Облевала все кусты. Облевала все кусты, неудачница». От этих слов в моей голове, становится не по себе. Хотя, кто бы мог посмотреть на парня, который держал тебе волосы, пока тебя тошнило в кусты? Этот вечер, он, как и я, запомнит надолго, если у него таких вечеров единицы.

— Ты как? — парень сам поворачивает мое лицо к себе, вытирая большим парнем вокруг моего рта.

На его месте, я бы не стала этого дела, лишь потому, что ужасно брезгливая. К моему огромному удивлению, парень не смутился моего вида и не убежал от меня, крича о том, что пожалел о встречи со мной.

— Мне бы умыться, — взгляд фокусируется, но разглядеть парень в темноте, мне не удается.

Он оставляет меня одну в кустах, а сам скрывается за зданием. Куда он побежал и зачем - я не знаю. Осматриваюсь по сторонам и вижу из кустов: толпа народа смотрит на асфальт, где лежало мое творение. Ужасно стыдно. Щеки покрываются краской от одной лишь мысли, что теперь все будут тыкать в меня пальцами. Еще и этот парень, что держал мне волосы, про второй встречи, меня точно узнает. Как меня не узнать? Боже, надеюсь, что второй встречи никогда не будет.

На горизонте появляются мои подруги и парень с бутылкой в руке. Черт! Я сажусь на прохладную землю, запустив тонкие пальцы в волосы. Опуская голову, смотрю на свои ноги, прикрывая глаза. Это самое лучшее, что случилось со мной за этот вечер. Лучше заснуть и поскорее проснуться в новом дне, в котором я забуду старый, что я точно никогда не забуду.

— Вот, я принес тебе воду, — парень протягивает мне бутылку от газировки, присев напротив меня на корточки.

Я делаю глубокий вдох, посмотрев виновными глазами на парня. Тень падала прямо на его лицо, из-за плохо сфокусированного взгляда, я плохо вижу его лицо. Уверена, он не рад тому, что увидел. Кто будет рад испорченному вечеру, в компании четверых не совсем трезвых первокурсниц. Если он этого не знает, то можно выдать себя за третьекурсниц, ничего не случится. Надеюсь.

— Спасибо, — заплетающимся языком промямлила я, дрожащими руками дотягиваясь до бутылки в его руках.

Забрав эту чертов бутылку, я тяжело вздохнула и подняла взгляд на подруг, которые внимательно смотрели на нас. Не люблю такие их взгляды. Всегда кажется, что они уже себе что-то задумали, забыв про то, что у меня есть Илья. Они не считают нас хорошей парой, хоть и наши лучшие подруги. Они говорят, что мы не смотримся вместе, как бы мы там не старались показать идеальность наших отношений. Мы несовместимы, смотримся плохо, да и нас, по их слов, к друг другу не тянет.

Я отворачиваюсь от ребят, пытаясь открыть бутылку с водой. Ничего не получается, все попытки на исходе. На глазах слезы. Я не могу открыть бутылку и это меня напугало. Я уже забыла, что меня стошнило перед парнем, что он держал мне волосы, что думают подруги. Меня сейчас волновало то, что я не могу открыть бутылку, а у пьяных людей - причуды выше крыши.

— Помогите открыть, — я оборачиваюсь к парню, протягивая обратно ему бутылку.

Точно знаю, что парень сейчас пытается сдержать смех, глядя на беспомощную меня. Кто бы не стал смеяться? Думаю, не стали бы смеяться девчонки и Илья. В этом я уверена точно.

— Ты в порядке? — Света подходит к нам ближе, чтобы помочь мне встать.

— Да, — что-то тихо промямлила, я заправляю локон волос за ухо.

В этом время парень протягивает бутылку обратно, тем самым привлекая мое внимание. Я неуверенно протягиваю руку, отмечая тот факт, что ладонь у него намного больше. Надеюсь, что это не мужчина лет тридцати. В танце он не был похож на мужчину лет тридцати, может быть, в танце мне и показалось, что он совсем молодой? Я на всю жизнь запомнила аромат его одеколона, от которого голова идет кругом. Запах настолько манит к себе, что при второй встречи его узнать будет невозможно. Хотя бы по запаху одеколона, дурманящего и сводящего с ума.

Я пытаюсь встать, чтобы уйти когда-то за угол, привести себя в порядок и выглядеть не такой замарашкой как сейчас. Парень, тот с кем я танцевала, встает быстрее меня, положив ладони мне на талию. Такие горячие, что по телу пробегает электрический ток. Он поднимает меня следом за собой, продолжая удерживать на ногах. Ноги ватные и не факт, что я не упаду при первом же шаге. Будет смешно, если я побегу и резко упаду из-за слабости. Вот что делает с людьми алкоголь.

— Думаю, это была плохая идея, принести ей бутылку с водой, — парень говорит это не только мне, но и девочкам, которые так внимательно за нами наблюдают. В их вопросительном взгляде читал вопрос: ты о чем?

— Можно ведь увести ее в уборную, чтобы там она привела себя в порядок, — поясняет парень, даже не посмотрев в их сторону, не поняв это реакции.

Я с усталостью, но в тоже время с восхищением любовалась парнем, который рассматривал мое замызганное лицо. В один момент, когда наши взгляды пересеклись, глядя друг другу в глаза, меня охватывает волна неприятных ощущений, от которых завязывается узел внизу живота. Кажется снова тошнота. Я все спираю на нее и на алкоголь. Нельзя столько много пить в первый раз, теперь я знаю, во что мне это обернется.

Меня завели в душное помещение, пропитанное сигаретами, алкоголем и, пожалуй, не совсем приятным запахом пота. Хотя с каких это пор, пот стал приятным запахом для людей? Мы с парнем, пробивая через толпу прямо к туалету, несколько раз останавливались, отталкивали от себя людей, дав возможность пройти. Я как маленький ребенок смотрела по сторонам, будто потеряла кого-то, а найти уже не смогу. Уже около туалета парень выбил мне место, а точнее забрал его у первой девушки, которая по сути должна была сейчас пойти.

Парень закрыл туалет на шпингалет и, сложив руки на груди, повернулся ко мне. В туалете горел тусклый свет, добавляющий атмосферу дикого желания ощутить что-то внутри себя. Я включила воду и намочив руки, принялась приводить свое лицо в порядок. Чувствую, как в спину мне смотрит парень. Складывалось ощущение, что на спине скоро будет дыра от его взгляда. Только сейчас я замечаю, что на парне темно-синяя рубашка с закатанными рукавами. Лицо. Я не могу сфокусировать взгляд и морщусь, так и не удается увидеть его лицо. Такое ощущение, что я только проснулась и мне не удается открыть глаза, чтобы что-то увидеть.

Тело слабое, ноги совсем меня не слушаются. Я взялась за раковину, чтобы не упасть и не разбить нос. В глазах все кружится, а музыка начинает надоедать. Наконец-то отцепившись от раковины, я уверенно делаю несколько шагов влево. Парень собирается пойти мне навстречу, но я его опережаю, делаю это за него, схватившись за его плечи. Я позабыла о том, что завтра у меня первый день в колледже, что у меня есть парень. Мне хотелось этого парень больше, чем своего. Очень странно, да? Нельзя позволить себе находится рядом с ним, но ведь тянет. Невыносимо тянет и хочется чего-то большего, какого-то продолжения.

Привстав на носочки, я тянусь к губам парня. Он и не сопротивляется, положив руки мне на талию. Он начинает тяжело дышать, видимо хочет поцелую не меньше меня. Осталось несколько миллиметров до поцелуя, как я произношу:

— Кажется, меня сейчас снова стошнит.

В глазах все мутнеет, ноги окончательно перестают меня слушать. Я закрываю глаза и чувствую, что погружаюсь в царство Морфия.

— Черт! — проругался парень, обвив мою талию сильнее руками, чтобы я не упала.