Ненавистная любовь

Страшнее всего было выходить из школы. Вторая смена как раз уходила с пар. Не помню, сколько раз услышала сзади себя пошлый свист каких-то старшекурсников. Даже пожилой вахтёр осмотрел меня с ног до головы, прежде чем с грохотом приземлиться мимо своего стула. У меня так тряслись руки, что, прикладывая студенческий к турникету, я его внезапно выронила. И тут я встала в ступор. И как мне за ним нагнуться?

Я закрыла рот руками и огляделась назад. Сзади уже подходили люди, а вахтёр всё так же сидел на полу с открытым ртом.

— Гадкий, подлый... — начала перечислять эпитеты я. Я уже было начала потихоньку ровно садиться на колени перед турникетом, будто мне в спину вставили штырь. Ни на сантиметр согнуться в спине я не могла. Но, как говорится, не нагнёшься — не поднимешь награду.

Мой студенческий оказался в чьих-то руках прежде чем я встала на колени.

Подняв глаза из этого унизительно положения, я поняла, что сегодняшний день можно записать в список последних в этом университете. Передо мной красовался никто иной, как Ким Сокджин...

— Мамочка, — взмолилась я, резко становясь на ноги и хватаясь за края плаща, рьяно натягивая его хотя бы чуть ниже, чем имеется такая возможность.

— Простите, пожалуйста! — крикнула я и нагнула голову как можно ниже, не рискуя светить голой жопой на весь университет.

На удивление, я заметила этот мимолётный взгляд Ким Сокджина, который обвёл меня взглядом снизу вверх. Медленно. Стало ещё больше не по себе.

— Кхм, — откашлялся он и поспешно отвёл взгляд. — А с каких это пор у нас студенты ходят в таких нарядах? — он спросил это с претензией.

Я сглотнула. Ну вот и моё отчисление. В какую камер помахать, что проститутка покидает университет?

— Я... Понимаете... Мою одежду украли... — начала я. Как только толпа студентов была уже в нескольких шагах от нас, то я сразу начала собирать взгляды. Ким быстро снял с себя пиджак и, приблизившись ко мне так близко, что я вытянулась как струночка и покраснела как помидор, повязал мне пиджак на талию.

Я сразу унеслась в мир аромата его духов. Они будто пьянили меня...

— В кабинет, — строго сказал учитель и подтолкнул меня в плечо.

И я повиновалась. Прошла в кабинет, села на стул. Модно сказать, что теперь плащ мне был в качестве пиджака.

— И как же это вышло? — Ким заварил мне и себе чай. Он стал напротив, оперевшись бёдрами на стол. Мне было неловко. От своего вида неловко.

— Кто-то украл одежду из гардероба, пока я мылась после тренировки. Вот так и вышло, — Сокджин ещё раз хитренько с улыбкой посмотрел в мои глаза и, обойдя меня, открыл шкаф ща моей спиной.

— Переоденься, — сказал он. он протянул мне пакет с формой.

Пока я снимала эти дрянные шмотки, то успела подумать, что я сделаю с Чонгуком. Разорву в клочья и расфасую по пакетикам.

"Лучше бы тебе теперь брать вещи с собой в душ. Уверяю, твой костюм клоуна не заставит себя ждать"

Я быстро переоделась и выглянула за дверь. Ким Сокджин что-то читал, оттягивая галстук. Нет. Головокружительно оттягивая галстук.

— Извините за неудобство, — я вышла из каморки и посмотрела на Сокджина. Когда взгляды пересеклись, то я снова почувствовала, как краснеют щёки. — Я пойду. Вещи обязательно верну! Огромное спасибо!

Я быстро взяла свои вещи со стула и уже было открыла дверь, как Ким схватил меня за плечо.

— Может, тебя проводить? — серьёзно спросил он. Всё, теперь я цвета грузинского красного вина.

— Спасибо, не стоит. До свидания! — быстро попрощалась я и убежала домой. Не хотелось больше попадаться на глаза СокДжину. У меня сразу начинало сердце бешено колотится, будто оно само хотело постучаться в его грудь. А кожа приобретала красный цвет.

На выходе на меня покосился вахтёр. И сначала я не предала этому значения, но после поняла. Это же его форма. А вдруг вахтер её видел? Вдруг подумает, я то между нами что-то было?

Со мной одни неприятности. Завтра эти неприятности будут у кое-кого другого...

Проходя мимо магазина, я вдруг поняла, что просто так сегодня уснуть не получится. Придётся купить женьшеневый напиток и посидеть за стоечкой в магазине, но увидев, что на кассе стоит Ким Тэхён, я вдруг перехотела. Однако этот чёрт меня заметил. Заметил м состроил недоумённую гримасу.

Я не стала задерживаться и быстро потопала домой. Слава Богу, родители не застали меня в таком виде, потому не пришлось придумывать какие-то отмазки и оправдания. Я быстро прошмыгнула в свою комнату и, раздевшись и переодевшись в домашнюю работу, приступила к домашней работе. Комната наполнилась ароматом мужских духов. Я рьяно вдыхала воздух, будто сейчас задохнусь. На самом деле я хотела запомнить этот аромат, записать его на своей коже, волосах, запястьях... Пусть им пропитаются все мои вещи, учебники, тетради.

Думать о домашке я уже просто не могла. Во мне боролись три чувства: стыд перед преподавателем, ярость перед Чон Чонгуком и чувство влюблённости, вспыхнувшее в моём сердце ещё сильнее после поступка Ким Сокджина.

Быстро покончив с домашкой, я улеглась на кровать и прижала к себе белую рубашку, любезно предложенную мне преподавателем. Я лежала и вдыхала этот аромат. Представляла себе то, что было бы, если бы я его всё-таки заинтересовала. Если бы он вдруг захотел предложить мне большее, чем просто обучение под его началом.

Я так и заснула в обнимку с рубашкой. Крутила перед этим между своими пальцами аккуратно пришитые пуговки, гладила плотные манжеты рубашки и улыбалась. Улыбалась как дура — во весь рот. Иногда даже пырскала от смущения и пряталась в подушку. Дура! Дура-дура-дура! Да кто же надеется связать свою жизнь с учителем? Только круглые дурочки. Круглые влюблённые дурочки.

Утром я проснулась от будильника. Он трезвонил на всю комнату. И услышав грозные шаги мамы в мою комнату, я подорвалась и поспешила прикончить часы своим отработанным ударом рукой.

— ЧонХи, есть! — крикнула мама из кухни. Они опять что-то выясняла с отцом. Стало даже как-то не по себе от того. Что я стала так погружена в учёбу, что и забыла о своей семейной ситуации. Я быстро собралась в университет и вышла к маме. — Сколько тебя можно звать?

Быстро поев, я понеслась в университет. На входе подобрала СоРа с Юнги, сухо поздоровалась и потащила их за собой.

Злость к Чон Чонгуку, казалось, должна чуть поутихнуть. Всё же прошла ночь, я успокоилась. Но нет. Я будто стала ещё злее. А утром вообще обрела полную уверенность в том, что залеплю ему пощёчину. Хотя я никогда не била людей, я не смогла и поверить в свои силы на пощёчину.

— Ты задумчивая, — произнёс Мин Юнги. Я быстро повернулась к нему и поняла, что в столовой я постоянно кручу ложку вокруг тарелки, издавая неприятный звук. — Что произошло?

— Да так, — грустно улыбнулась я.

— Если хочешь, то можешь не говорить, но мне было бы приятно, если бы ты поделилась.

Я подняла на него глаза. Юнги выглядел искренним.

— Чон Чонгук... Этот гадёныш! — вскрикнула я и ударила ложкой по столу. Мин Юнги аж сам дёрнулся. — Он украл у меня одежду и подложил... Весьма непристойные шмотки! И мне пришлось идти в этом виде домой, — об учителе я предпочла промолчать.

Юнги взволнованно вдохнул.

— Да ты что!? А я только сегодня его видел в университете, — задумчиво произнёс Мин. Мои глаза сразу же расширились.

— Видел!? Где!? — я требовательно вскрикнула. Мин лишь пальцем указал на второй этаж. Я уже неслась по лестнице на второй этаж. И, о чудо, Чонгук! А сзади — полкоридора старшекурсников и однокурсников.

— А ну стоять, гадёныш! — громко сказала я. Чонгук послушно остановился и посмотрел на меня с недоумением.

— Ты чего, ЧонХи!? — возмущённо сказал парень. Все полкоридора обернулись на него.

— Думал, я не догадаюсь, что это ты? Ишь какой весь пафосный. На свидание я его позвала. Хрен тебе, а не свидание! Ты просто трус! Трус и женоненавистник! — крикнула я и уже хотела разъяренно развернуться и уйти, но Чонгук меня остановил.

— Совсем больная? Сама ко мне подкатывала, а теперь сцены устраиваешь!? — он тоже крикнул. — Да тебе, наверное, не в первой парня клеить! Шибко опытная!

Гнев закипел в жилах, на глазах появились слёзы. Вдруг рука резко полетела к его лицу и оставила розовый отпечаток от пощёчины. Чонгук округлил глаза.

— Не смей больше приближаться ко мне, ублюдок, — голос дрожал. Дрожал от ярости. Я тихо усмехнулась, а затем ещё раз подняла на него взгляд, но сказать больше ничего не смогла.

Сердце разрывалось от гнева, поэтому я быстро направилась в зал и несколько часов просто отбивала мяч от стены. В этот раз я в раздевалку не проходила. Не стоило испытывать судьбу во второй раз.

Снова вопросы, снова без ответов. Кажется, я просто схожу с ума. Быстро выдохнув, я поняла, что зал скоро закрывается. Я собралась и вышла из университета. Помню, что пока шла по пришкольной территории, то видела, как пара сидела и целовалась на лавочке. И после, как оказалось, по голосу это был Чонгук. Я всмотрелась в лицо несчастливицы, а после стремительно скрылась за пределами университетского двора...