Мышка

Наконец-то наступило лето, когда можно отдохнуть от шумных учеников и занудливого завуча. В этот отпуск жена повезла меня в туманный Лондон, про который сложено много легенд, но главная моя ассоциация - девушка, которую невозможно забыть. Не понимаю, почему Настя решила помучать меня, или же она попросту забыла свою школьную "подружку"? Ответ на этот вопрос мне не важен.

Основная мысль предшествующего текста, что я поехал в город Ольги, где, к сожалению, меня никто не ждал. За исключением, наверное, ресепшиониста в отеле, желающего получить наши денежки. В прошлый отпуск мы были в Вене, чудном городе музыки и аристократизма, так тогда с нас еще потребовали оплатить городской налог - целых семь евро! С тех пор я испытываю отвращение к служителям гостиниц.

Однако что-то я отвлекся, вернусь к теме. Мы прибыли в столицу Великобритании в час пополудни и были чрезвычайно удивлены отсутствию дождя, ведь стереотипы прочно въелись в наш мозг и не желали оттуда выходить. Еще я был наслышан об ужасной английской кухне - но и того я не увидел, напротив, нас чудесно покормили в пригостиничном ресторанчике. Правда, не уверен, что спагетти "Карбонара" - местное блюдо, но от этого оно не менее вкусное.

Дальше следовала прогулка по центру. На такси мы доехали до начала улицы Мэлл и продолжили путешествие к Букингемскому дворцу и Темзе, но продолжалось оно недолго, ведь Настя увидела какой-то магазинчик со шмотками и со скоростью гепарда бросилась туда, не сказав мне ни слова на прощание. Я побрел по отходящей улочке в неизвестном мне направлении.

Вскоре я вышел к тихому скверу, где почти никого не было, за исключением женщины с коляской. Она мирно напевала что-то себе под нос, убаюкивая дитя. Могу вас уверить, что ребенок был тише воды, ниже травы, и вообще не подавал признаков жизни. Я подошел поближе, чтобы посмотреть на странное создание, но остановился, как вкопанный, увидев лицо матери, скрытое темными волосами.

- What do you want to tell me (Что вы хотите мне сказать)? - спросила она меня без акцента, ранее слышимого мной на уроках английского.

- Are you Olga Babikova (Вы Ольга Бабикова)? - ответил ей я вопросом на вопрос.

- I'm afraid of you! (Я вас боюсь!)

- Я - Миша. Не бойся, - успокоил ее своей русской речью.

- Ты? Через столько лет? - ее глаза удивленно округлились. - Я выкинула тебя из своей жизни, но ты вернулся. Лихо! Пойдем, познакомлю тебя с Джозефом.

- А можно без этого?

- Нельзя, - одной рукой она взяла коляску, а другой меня.

Ольга привела меня в старенький дом, напоминавший клуб девятнадцатого века: в центре комнаты стоял рояль, с одной стороны от него располагались стулья и кресла, разваливающиеся от малейшего дуновения, а с другой - сцена. Кулисы были сделаны из занавесок с заплатами, а деревянное покрытие рассохлось.

- Что это?

- Это наш театр, - с гордостью ответила девушка.

- My dear, we have a guest (Дорогая, у нас гость)?

- Да, я старый знакомый Ольги. Как она вам? Думаю, у нее трудный характер.

- Как прелестно. Вы будете первым, кто услышит мое произведение! Ольга - за рояль!

Моя бывшая ученица опустилась на стул, покачнувшийся под ней, но без колебаний положила ноты, а затем ее пальцы заскользили по клавишам. Музыка лилась нескончаемым потоком, затуманивая разум, она была подобна гипнозу.

Спустя минуту-другую райская песнь закончилась. Моих ушей коснулась тишина. Я уже думал, что мертв, но Джозеф вовремя подставил стул, и мое тело грохнулось на него. Я просидел недолго, вскоре уже начинал прощаться с хозяином ветхого театра.

- Я буду ждать вас в дальнейшем. За наше недолгое знакомство вы показались мне хорошим человеком. Всего доброго, - англичанин улыбнулся.

- Всего хорошего, - бросил на прощание я, улыбнувшись его десятилетнему сыну, притаившемуся в углу.

В тот вечер мы поссорились с женой, но я могу утвердительно сказать, что события стоили этого скандала.