part 4: власть, ревность, самоконтроль.
Прошу прощения за ошибки и приятного прочтения ~
— Среди всех информаторов он был, и никто ничего не заподозрил, все прошло гладко и чисто.
Знаете, все просто. Люди реагируют только на власть. Не красота, не ум - сила, вот что. И ЧонГук был именно этим представителем, имеющим все три качества, им двигала власть, а власть приводила в экстаз. Что может быть лучше, чем чувство власти и неподбедимости перед другими? Молодые, да и не только молодые женщины сравнивали его с незрелым богом, имеющим все, для такого прозвища. Мужчины же видели в нем соперника, а некоторые даже пытались равняться на столь молодого Чона.
— Это было все, что мне нужно, вы можете быть свободными, - мужчина небрежно махнул рукой, призывая того выйти из кабинета, - ЧонГук, останься, мне нужно поговорить с тобой.
Постепенно мужчины в строгих костюмах выходили один за одним, пока ЧонГук, подперев голову рукой наблюдал за ними безразличным, холодным взглядом, вальяжно восседая на кресле. От него веяло спокойствием и величием. Чон терпеливо ждал, пока все выйдут и его отец начнет говорить.
— Ты был прав, - отец ЧонГука тяжело вздохнул, развязывая туго завязанный галстук. Слишком туго. Мешает дышать, - Мне жаль, что я сомневался в тебе, - ЧонГук усмехнулся про себя, закрываясь рукой, - Но пожалуйста в следующий раз в первую очередь поговори со мной на счет этого. - господин Чон одобрительно похлопал своего сына по плечу, хотя его ребенок был выше его на полторы головы так точно, и выглядело это слегка комично, - А теперь едьте с Лим на склад и справтесь с этим отморозком. Нам надо устранить его, ты это знаешь. Надеюсь на тебя.
Ехать с Лим всегда непривычно и скучно, чем с Юнги - он парень тихий и холодный, его бледные руки, через кожу которых видны вены, крепко сжимают руль и его выражение лица всегда напомнало ЧонГуку мертвеца. Думаю, он просто так выполнял свою работу.
Лим резко затормозил перед складом, даже не заботясь о правильной парковке дорого автомобиля.
— Ты заходишь, пробуешь и получаешь информацию, которую он тебе скажет. Кто знает, может он что то не рассказать. А затем действуешь по сценарию, как и всегда, - ЧонГук давал наставления, попутно доставая телефон из кармана телефон, - Мне нужно позвонить.
Тяжелые гудки давили на уши и к тому времени как трубку на том конце провода подняли, склад был наполнен странными воплями и криками.
Раз..
Два...
— Юнги?
— Да, мистер Чон? - парень отчетливо слышал, как мотор атво работал на том конце. Юнги куда то ехал. ЧонГук нахмурился, нервно косясь на старое здание, где наростала буря.
— Ты с ней? - неловкий вопрос в трубку и Чон слышит как Мин усмехается и, наверняка, давит свою ухмлыку. Парень начал переминаться с ноги на ногу на месте, положив свободную руку в черный карман брюк - явно нервничал парень, сразу видно. А крики становились все громче за его мощной спиной.
— Да.
Забавно, как он привык к террору, а не к настоящим и искренним эмоциям.
— Она пошла, чтобы увидеть его, не так ли? - спросил он вдруг, стоя неродвижно и направляя свой взгляд куда вниз, на пол. Глаза затекли, а веки требовали спокойствия. Желудок парня начал скручиваться из за предвкушения. Но не такого предвкушения, не сладостного. Он знал ответ заранее и так же знал то, что ему не понравится этот ответ.
— Да.
ЧонГук завершил вызов первым. Не говоря ни слова Юнги. Глаза застилает что то - что то вроде гнева или ревности, а может быть даже и отчаяния. Мгновение и уже Чон идет на бушующий склад к самому эпицентру событий.
Он наконец то смог почувствовать что то, и это чувство просто отвратительно, он смог признать это. Чон был зол как зверь, опечален. Он просто хотел упасть на колени прямо перед всеми этими людьми и плакать, он хотел умереть от чувства боли. Почему ему так больно? Знает только он и нарастающее, такое противное чувство внутри. А во всем виновато его уязвимое место. Он из за нее уязвим с головы до пят.
Уязвимость - это слабость.
ЧонГук чувствует эту тягучую слабость.
Никому не хочется потерять чувство власти над кем то, поэтому контроль над собой медленно трещал. И стена его поломалась до конца, образуя
большую трещину. Чон вытащил пистолет, такой серебряный, с оконтовкой, а под пальцами чувствовался узор - Орел. Величественный и красивый. Птица свободы и величия. Парень клянется, что это самая красивая вещь которую он когда либо видел.
Металл был приятно теплым от его горячей ладони.
И точно, когда крики стали настолько громкими, что пришлось жмуриться и кусать внутреннюю сторону щеки, он покончил со всем этим в один момент.
Пш..
И там внутри снова начала наростать сила. Такая приятная, от нее хочется закатывать глаза. Блаженно. ЧонГуку нравится это. Руки вспотели, ему нравится как люди в этот момент кричат именно из за него. Истерично и устрашающе.
Единственная проблема: он все еще ощущал что то отвратительно липкое внутри. То самое чувство.
ЧонГук ворвался в пентахус жутко раздражительный. Дверь со стуком ударилась о стену, еле выдержав такого натиска. Отчаянно его глаза бегали из комнаты в комнату, из угла в угл, и резко он остановился по середине квартиры.
Тебя тут не было.
Он должен был знать, должен. Юнги, как и тебя не было в здании. Он не смог предугадать, но должен был знать заранее.
— Блять!
И снова я вернулся.
Как вам глава? Она пока еще ничего не раскрывает, но надеюсь вас хоть как то заинтриговало это начало.