7

Как и все нормальные люди, Ким ненавидел утро. Еще больше он ненавидел утренние звонки, а уж если какой-то смертник, без устали, названивал ему перед работой, не давая доспать последние два часа, Намджун искренне желал тому кары небесной.

Чертов мобильник не утихал, и Намджун все же протянул руку к прикроватной тумбочке и схватил телефон. Не став смотреть кто звонит, ответил:

- Если не начались скидки на пиво или не произошло второе пришествие, ты труп.

- И тебе доброго утра, Мони~я, - даже по телефону Намджун слышал, что этот ехидный ублюдок лыбится.

- Какого хера тебе надо, Ким? Думаешь, не решусь набить твою смазливую морду? Очень ошибаешься.

- Бессердечный, вдруг я тут помираю, а ты единственный кто мог бы меня спасти.

- Единственное, что я могу в таком случае сказать, так это «до встречи в аду».

- Вот за это я тебя и люблю, Моня.

- Тэхён, - Намджун ненавидел шутников, он и сам никогда не шутил, но почему-то на подколки этого клоуна всегда велся.

- Ладно, ладно, - Ким вмиг стал серьезным, эта еще одна особенность, которую Намджун у него подмечал - мгновенная смена эмоций, будто два разных человека, - Мне нужно, чтобы ты пару дней прикрыл меня на работе.

- Это с какой радости? - хмыкнул Ким.

- Я единственный человек, с которым ты можешь выйти в смену, но при этом не выйти из себя, - и снова с ним разговаривал клоун, - Да и пора бы признать, я тебе нравлюсь.

- Еще раз ты...

- У меня проблема, - резко перебил его Тэхён, - Хотя, лучше сказать, маленькое недоразумение, с которым я разберусь за пару дней.

Намджун вздохнул, потерев глаза, и сел на кровать.

- Ты же меня знаешь, в долгу не останусь, - по голосу было слышно, что собеседник снова лыбится.

- Конечно ты будешь мне должен, ублюдок, - рявкнул Намджун. Он уже окончательно проснулся, но радости ему это не принесло ровным счетом никакой, - И одной оплатой выпивки ты не отделаешься.

- Как скажешь, дорогой, устрою еще ужин при свечах, - ухмыльнулся Тэхён и положил трубку.

- Пошел в жопу, чертов гомик! - это Намджун проорал уже гудкам. Всё же, Ким его тоже ненавидел.

***

Пробуждение давалось тяжело. Болело...всё. Двигаться не хотелось, но все-таки, попытавшись, Дженни осознавала, что не может этого сделать. Еще немного придя в себя, она поняла, что обе руки прикованы к изголовью кровати, да и ко всему - во рту кляп.

Дженни старалась успокоиться. Если она подтянется....но эту идею она отмела, ноги не были связаны, потому что в этом не было нужды. Низ поясницы простреливало при малейшем движении. Так больно Дженни не было даже когда ее избивала компашка Намджуна.

Но и лежать вот так, в тишине, одной, было невыносимо. Она будто снова оказывалась там...внизу. Она не хотела думать о том, что ее изнасиловал мужчина. Не хотела. Не хотела вспоминать невыносимую боль, унижение и страх. Не хотела признавать, что оказалась настолько слаба что...

Горячие слезы обожгли лицо. Щеки еще болели от сильных пощечин. Дженни хотелось кричать в голос. А еще её тошнило. Перспектива захлебнуться рвотой её не устраивала, поэтому, она глубоко вдохнула и снова постаралась успокоиться.

Чуть повертев головой, Дженни осмотрела комнату. По всей видимости, она принадлежала тому человеку. Без изысков, но довольно чистая и просторная. Только комод и двухспальная кровать, на которой как раз лежала Дженни. Темные жалюзи закрывали окно, но судя по небольшому проникающему свету, из-за их колыхания, был день. И еще она заметила две двери, вероятно, одна в санузел.

За рассматриванием она немного забыла о боли и стала лучше прислушиваться к ощущениям. И её снова прошиб холодный пот. Её вымыли и переодели, пока она была без сознания. Белая рубашка была сильно велика, если Дженни встанет, она будет ей чуть выше колен. Она прогнала мысли о том, как этот человек мыл её и обрабатывал в самых постыдных местах. Сейчас её пугало другое. По тому, что она чувствовала, кроме чужой рубашки на ней ничего не было. А вдруг этот человек захочет снова...

Дженни опять затошнило.

Нетнетнетнетнет. Она не позволит. Не снова. Она должна убежать. Вернуться домой. Как там Наен? Боже, она тогда осталась на площадке. А родители? Отец, он по-любому будет искать её. Чосон - шеф полиции. Он поймает этого психопата.

За тяжелыми думами она не сразу заметила, что дверь открылась и её кошмар вошел в комнату.

- Проснулась, малышка?

Дженни застыла. По интонации человек улыбался. Но этой улыбке Дженни не доверяла ни на йоту.

- Знаешь, я полагал, что полицейских посвящают своих детей, как не надо вести себя при похищении, - Ким присел на кровать.

- Ты меня очень-очень огорчила, поэтому пришлось наказать тебя, - Тэхён положил ладонь ей на лодыжку, нежно поглаживая.

- И давай, сразу кое-что проясним, - рука замерла, - То был первый и последний раз, когда ты посмела меня ударить, а если еще хоть раз попытаешься сбежать, - мужчина сильно сжал её лодыжку, - Я без лишних слов перережу тебе сухожилия, будет довольно занятно трахать тебя, когда ты будешь еще более беспомощной.

Дженни трясло. Она хотела быть храброй, но слезы все-таки сами полились из глаз.

- Ну-ну-ну, милая, - Тэхён похлопал её по спине, - Я напугал тебя? Прости, прости.

Дженни хотела уткнуться в подушку, но чужие пальцы вплелись в волосы, приподнимая её голову. Она могла бы заупрямиться, но побоялась. Поэтому, просто закрыла глаза.

- Ты такая красивая, котёнок, - Тэхён прильнул, сцеловывая соленые слезы, - Тшшш не плачь, все хорошо.

Ничего не хорошо. Но Дженни так устала. Тихая истерика высосала из неё силы, которых и так почти не было. Она прикрыла глаза, всего на секунду. Совсем чуть-чуть. Ведь вдруг это всего лишь страшный сон. И сознание милосердно покинуло её истерзанное тело.