8
Открыв дверь автомобиля, я подал руку Соне, помогая вылезти. Она бегала растерянным взглядом по территории. Я приобнял её за талию, поглаживая и успокаивая. Мы направились в сторону дома. Охранники изучающе осмотрели мою девушку, и я ели сдержал себя, чтобы не наброситься на них и не вырвать их блядские глаза. Клянусь, я это сделаю, но сейчас у меня в приоритете заставить девочку чувствовать себя, как дома.
Войдя в дом, я сел на колено перед малышкой, снимая с её обувь.
- Руслан, я сама могу разуться.
Моё имя с её уст возбуждало меня до предельных границ. Я ели сдерживался, чтобы не накинуться на неё, как самое настоящее животное. Ничего не мог с собой поделать. Я хотел эту куколку. Хотел подмять её под себя, взять во всех позах, кончать в неё каждую ночь, а потом целовать её округлившийся живот с нашим ребенком внутри.
Гребанные мысли разрывали мою сдержанность, которую я развивал всю свою жалкую жизнь. Рядом с этой крошкой я переставал думать головой; мной управлял орган, находившийся в штанах.
- Идём, - повёл я Сонечку на кухню.
Моя девочка разглядывала дом с интересом, стараясь не упустить какую-либо деталь.
- Ты здесь живешь один?
- А с кем должен? – скинул я вопросительно бровь.
- Не знаю. Просто дом очень большой для одного человека, - пожала плечиками моя малышка.
- Я строил его на будущие, - произнес я, хватая её за талию и сажая на кухонную тумбу. - У нас же с тобой не один ребенок будет…, и не два, три.
- Что? – удивленно хлопала она глазами. – Ребенок?
- Да.
Я раздвинул её ноги и разместился между ними, чтобы уменьшить между нами расстояние до минимума.
- Всё очень быстро, - она выставила свои руки, упираясь мне ими в грудь, - я не готова.
Тяжело вздохнув, я молил Бога дать мне еще больше терпения и выдержки. Хотя являлся атеистом.
- Сонечка, к чему ты не готова? - я убрал ее волосы назад, давая мне доступ к её шее и ключицам.
- Ко всему, что сейчас происходит. Я хочу домой.
- Теперь здесь твой дом, - прохрипел я, оставляя мокрый след на её щеке.
- Неправда.
Покрывая поцелуями её тонкую шею, я удерживал себя, чтобы не нанести на её нежную кожу следы страсти к ней, которые бы свидетельствовали о моей власти над этой малышкой.
- Ты такая сладкая, моя маленькая девочка, - она вздрогнула, когда я попыталась прикусить её кожицу, оставляя розовое пятнышко, - такая чувствительная. Я хочу покрыть полностью твое тело засосами, чтобы каждый знал, что ты моя. Ты принадлежишь мне, только мне одному.
Словно в бреду, я что-то ей говорил, наслаждаясь её телом, её запахом. Она пытается меня оттолкнуть, но это тоже самое, что пытаться сдвинуть скалу. Моя девочка теперь полностью под моим контролем.
Руками я блуждал по её талии, спине, сильнее прижимая её к себе. Мой член начал болезненно ныть, яйца переполнились семенем, которое я собирался в скором времени излить в мою маленькую крошку, для создание нашей полноценной семьи.
Сжав её подбородок, я зафиксировал её голову на одном месте, собираясь попробовать её губы на вкус. Облизнув их, я встретил сопротивление. Она сомкнула их, не собираясь впускать меня внутрь. Я сильнее сжал её челюсть. Малышка нахмурилась от дискомфорта и приоткрыла свой маленький ротик. Долго не раздумывая, я ворвался в неё, наслаждаясь её вкусом. Она была сладка, так аппетитна, что о нежности и речи быть не могла. Я поглощал её, словно собирался съесть. Девочка мычала, пытаясь что-то сказать, но ей это было сделать трудно, когда мой язык был в её маленьком ротике.
- Ты так прекрасна, моя маленькая девочка.
Я ласкал её тело, пробираясь под одежду.
- Я хочу тебя полностью.
Нащупав застёжку от лифчика, я быстро с ней разобрался и не избавляясь от кофты, начал ласкать её маленькую грудь, которая оказалась меньше моей руки. Из рта Сони вырвался неконтролируемый стон, который согрел мои уши. Она была напугана, но я знал, что сумел её возбудить. Если засунуть руку в её трусики, то скорее всего я подтвержу, что дюймовочка полностью мокрая, и готовая принять меня.
- Тебе же нравится, малышка, - выдохнул я между поцелуями, - зачем отталкиваешь?
Её попытки отпихнуть меня не причиняли мне большого неудобства, но раздражали.
- Это всё странно. Остановись, пожалуйста.
- Что странно?
Я опустил свободную руку на ее промежность, надавливая. Соня сделала глубокий вдох и застыла, схватившись за мои плечи.
- Что ты делаешь?
- Ты себя не разу не ласкала? – прищурился я, медленно круговыми движениями двигая пальцами на её интимной зоне.
Девочка тяжело дышала, зажмурившись. Она покачала головой, давая понять, что её ответ отрицательный. Я остановился, ловя её неудовлетворённый взгляд.
- Ты серьезно? – взглянул я на неё. - Не разу не мастурбировала?
Она не успела ответить мне на вопрос. На кухню зашел парень – один из охранников. Он осмотрел меня и задержал взгляд на моей малышке.
Одна секунда.
Две секунды.
Три секунды.
Сорвавшись с места, я налетел на него, грубо вытолкнув из кухни, крикнув Соне:
- Сиди и жди меня.
Я схватил эту мразь за волосы и вывел на улицу. Остальные охранники встретили меня с шокированными глазами, но и слова не произнесли. Эти дебилы знали, что меня лучше не трогать в таком состояние.
Я был в ярости.
Этот малолетний сучонок решил, что может пялиться на мою девочку. На мною возбуждённую крошку.
Кинув парня на пол гаража, я позвал начальника охраны. Олег не заставил себя долго ждать. Этот мужик работал со мной, когда я еще находился в криминальных кругах.
- Руслан, слушаю.
Я подлетел к нему, достав из его кобуры пистолет. Вернувшись к парню, схватил его морду и, игнорируя мольбы, выстрелил в один глаз, а после во второй. Отшвырнув мертвое тело, словно бесполезный мусор, я повернулся к Борису, тыча пистолетом на труп.
- Предупреди остальных, что, если кто-то посмеет посмотреть на мою девочку более трех секунд-их ждет подобная учесть.
Вернув пистолет Олегу, я вернулся в дом. Моя куколка стояла у окна, что-то рассматривая.
- «На кого она смотрит? На молодых охранников?»
Резко развернув её к себе, я впился в её губы, жадно кусая их, всасывая, поглощая её слюны. Мне нужно, как можно скорее сделать её своей, иначе ревность меня сожжёт, превратит в пепел.
- Ты даже не представляешь, что ты делаешь со мной, девочка.
- Руслан, давай поедим?
Я прекрасно понимал, что она хотела меня отвлечь от себя, но это было тщетно. С первого взгляда на эту малышку, все мои мысли были забиты ей, всё моё тело желало лишь её. Рядом с ней я не хотел ни есть, ни спать, ни курить. Мне нужна лишь она и больше ничего в этом мире мне не сралось.
- Конечно, я не допущу, чтобы ты голодала.
На этот раз решил позволить ей порадоваться своей маленькой победой. Но лишь сейчас, в эту минуту. Ведь сегодня ночью я сделаю её своей и больше не отпущу ни на секунду.
Открыв холодильник, я готов был застонать от своей тупости. В последнее время я был забит делами компании и предпочитал ночевать в городе, в своей квартире. Но, встретив Соню, вся работа пошла к черту. Я должен был перед тем, как привести малышку к себе, забить этот гребанный холодильник едой, но это, как и всё остальное – вылетело из моей головы.
- Будешь яичницу?
- Буду, - пискнула куколка позади меня.
Доставь яйца, и положив их на стол, я снял с себя пиджак, закрутив рукава рубашки до локтей. Мельком кидая взгляды на девочку, я наблюдал, как она заинтересованно рассматривала кухню.
- Ели тебе не нравится интерьер, скажи, и завтра же приедет дизайнер.
- Мне всё нравится, - замахала она руками, - ничего не надо делать.
Она была там прекрасна что я, засмотревшись на неё, чуть не поджарил яйца, перед этим хорошо их посолив.
Поставив тарелку перед ней, я поднял её легкое тельце, а сам сел на стул, и посадить малышку себе на колени. Она опередила меня, схватив быстро вилку. Я усмехнулся, но позволил ей поесть своими ручками, зная, что после нашей ночи, у неё не будет сил даже встать с кровати без моей помощи, и тогда я смогу вдоволь за ней поухаживать.
Сонечка ела, а я всеми возможными способами отвлекал её. То тяжело дышал в волосы, стараясь успокоить своё возбуждение, то целовал в шею, то в плечо. Проводил языком, оставляя мокрый след на её коже. Она брыкалась, терлась о мой и так уже возбужденный член.
- Соня, - простонал я ей в ухо, прижимая к себе, - хватит ерзать, иначе я не дам тебе доесть эту сраную яичницу.
- Яичница не сраная, а вкусная, - произнесла она, вызывая у меня смех.
- Тогда кушай и не брыкайся.
- А почему ты не ешь?
- Мой ужин будет позже.
- Ну уже поздно, - повернула она свою головушку к окну, где было уже темновато.
- Я поем в кровати.
Еще одно её слово, и я сорвусь. Трахну её прямо на этом чертовом столе.
Я сдерживал себя, лишь из-за того, что хотел устроить её первый раз в нашей постели, которую мы с ней будем делить до самой смерти.
Матвей достал мне про Соню всю информацию, что я просил. В её медицинских справках я и выяснил, что моя девочка была еще девственницей. Эта новость возбудила во мне нотки собственника. Я, как можно быстрее желал сделать эту малышку полностью своей. Я стану её первым и последним. Она будет знать лишь мои руки, мои прикосновения. Она будет стонать для меня, будет кончать для меня и будет носить под сердцем моих детей.
Отложив вилку, малышка дала понять, что закончила с ужином. Я подхватил её на руки, неся через дом, и понимаясь на второй этаж. Зайдя в свою комнату, ставлю свою девочку на пол, давая время ей осмотреться.
- Это твоя комната?
- Да.
- А где буду спать я?
- Здесь, - указываю я на свою кровать, которая теперь и её.
Моя малышка непонимающим взглядом смотрит на меня. Я подхожу к ней, хватая за спину и притягивая к себе. Она оказалась прижата к моему телу, которое требовало расслабление, требовало её.
- Руслан, - выдохнула Соня, поднимая веки.
Я один резким движением поднял куколку, удерживая на весу за её маленькую попку. Она испуганно визгнула, хватаясь за мою шею. Девочка не успела ничего сказать, как я положил её на свою кровать, нависая сверху. Требовательно накрыл эти крохотные губки. Руки сами скользнули по её бедрам, заставляя раздвинуть их. Оторвавшись от Сони, я взглянул на её лицо, которое было розовое от смущения, а глаза наполнены удивлением, но в глубине их виднелось желание.
- Расслабься, маленькая моя, - шепчу я ей на ухо, прикусывая сладкую мочку.
Сонечка вздрагивает от моих прикосновений, сжимая мою рубашку на плечах. Она смотрит на меня с такой невинностью, с таким доверием, что я готов положить к ножкам этой принцессы весь мир.
Я набрасываюсь на её губы. Сначала нежно прохожусь по ним языком, а после погружаюсь в её ротик, заполняя его.
- Ты моя, - хрипло проговариваю я, сдерживаясь из последних сил. – Скажи, Соня, ты согласна быть только моей?
Она смотрит на меня с испугом и стеснением, а я голодным взглядом выжидаю её ответа.
- Я не знаю.
Я сжимаю челюсть до скрипа. Её ответ меня не удовлетворил. Принимаю решение выбить из неё нужные мне слова другим способом – приятным.