Я подумаю.
— Чем занимаетесь? — спрашивает Хёнджин, заходя в комнату.
—Кхея лежит, а я смотрю подушечку для головы специальную, — Феликс сидел посередине кровати, и рядом лежала малышка, он иногда гладил её по животику. Девочка лежала на специальном матрасикеМатрас для новорождённых. Беспружинный, жёсткий, с натуральным наполнением. .
— Что за подушечка? — Хван зевнул, ведь очень устал за день, и сел на кровать, а после и сразу улегся с другой стороны от детского матрасика. Хёнджин подпер голову рукой и стал наблюдать за дочкой.
— Ну, это специальная такая подушечка, чтобы у ребёнка череп не искривлялся. Это потом очень положительно влияет на ребёнка, у неё будет правильно сформированый череп, ровный профиль лица и правильный прикус.
— А, понятно, может тогда завтра в детский магазин съездим, а сейчас спать? — Хёнджин начал улыбаться, смотря на Кхею, а та начала жмуриться — Ой, чего это она?
— Наверное, просто от света. Насчёт магазина я тоже так думаю. Просто я сейчас читаю, какую лучше купить.
— А почему она до этого не зажмурилась? — Хёнджин поднёс свою руку к лицу малышки, закрывая свет, чтобы она перестала жмурится.
— Ну, Кхея до этого смотрела на потолок, а сейчас, наверное, просто глазки на люстру перевела, вот и зажмурилась. У детей это нормально.
— Точно?
— Сто процентов. Так, ладно, я выбрал пару вариантов, мы ещё завтра съездим в магазин посмотрим. Я схожу наведу смесь, а ты с Кхеей посиди. Ну, покормим и спать будем укладывать, — сказал Ликс и начал слазить с кровати.
— Есть, капитан. Кстати, а когда мы её купать будем? Там столько вещей для ванны подарили, — Хёнджин гладил ребёнка по животику.
— Это надо у врача уточнить. Ну точно, купать ребёнка можно после заживления пупка, это происходит где-то на восьмой-десятый день, — Феликс обул тапочки и пошёл к выходу.
— Значит, завтра заедем в больницу после магазинов.
—Угу, — и Ликс вышел из комнаты.
— Ты моя принцесса, такая маленькая и красивая, — Хван чмокнул дочку в щеку.
Кхея перевела взгляд на Хёнджина и смотрела всего пару секунд. Девочка начала махать ручками и кряхтеть, а ещё двигать ножками.
— Эй-эй, ты чего. Папа сейчас вернётся, —но малышка не успокаивалась. — Кхея, прекращай этот бунт, я боюсь, — нет, ну, а что ему ещё делать?
— Всё-всё, я понял, тебя больше не трогаю, только, пожалуйста, перестань, — Хёнджин уже сам готов заплакать. — Может, ты на ручки хочешь?
Хван смотрел как-то неуверенно, но все-таки взял девочку на руки. Аккуратно, именно так, как его учил Феликс. Кхея, на удивление, вроде, успокоилась, она просто смотрела на Хёнджина, бегая глазками по его лицу.
— Ты чего её схватил? — спрашивает Ликс, заходя в комнату с бутылочкой.
— Она тут начала, — а Хёнджин даже не знал, как одним словом описать действия Кхеи. — Ну, в общем, ножками-ручками дрыгала и ещё звуки странные издавала.
— И ты испугался, поэтому решил на руки её взять? — Ликс забрался на кровать, подсаживаясь ближе к Хёнджину.
— Ну да, а что, не надо было?
— Успокойся, ну раз взял, на, корми, — Феликс вложил тому бутылочку в руки.
— Так близко подсел, я думал, сам покормишь.
— Давай корми, — и после слов Хёнджин, как и учил Феликс, поднёс к малышке бутылочку, а та сама взяла соску в рот.
— По сути я просто держу бутылочку, она сама прекрасно ест.
— Вы оба большие молодцы, я схожу за пеленкой, — Ликс опять начал слазить с кровати. Зачем только залазил?
— Кстати, я хотел спросить, а зачем мы её заворачиваем?
— Во-первых, не заворачиваем, а пеленаем. А во-вторых, это чтобы она лучше спала. Дети часто сами себя во сне бить могут, а это помогает. И... и моя мама говорит, что так надо, значит надо, — Феликс знал, что пеленание детей много чем помогает, но сейчас объяснять ему попросту лень.
— Не, ну про маму, конечно, аргумент. Твоя троих детей вырастила.
— Я сейчас вернусь, — и Ликс вышел из комнаты.
Хёнджин просто смотрел на Кхею, которая кушала, а девочка начала постепенно засыпать. Это выглядело очень мило.
Феликс вернулся быстро с пеленкой в руках. Кхея ела ещё около пятнадцати минут. И Хёнджин сильно удивился, когда она закончила, то зевнула. Хван впервые такое видел от неё. Старший пошёл мыть бутылочку, а Ликс запеленал ребёнка.
— Ну что, спит? — спросил Хёнджин, входя в комнату.
— Да, надо только её матрасик переложить на кроватку, — Феликс стоял с Кхеяй в руках.
— Сейчас помогу, — Хван сделал, что ему положенно. А Ликс после уложил малютку.
Хёнджин обнял Феликса со спины и положил голову на плечо. Они стояли и смотрели на свою маленькую красавицу.
— Кто первым в душ пойдёт? — спросил Ликс, наклоняя голову назад и расслабляясь. Он знал, что Хёнджин не позволит ему упасть.
—Давай ты, — Хван целует того в шею, они, вроде, ничего такого не делали, но так устали.
— Хорошо, — Феликс, повернув голову, чмокнул Хёнджин в щеку и пошёл в душ.
******
Ликс проснулся от странных звуков. На кровати он был один, а его муж уже стоял около детской кровати и играл с малышкой. А та махала ручками. "Так, в смысле ручками?", возникло возмущение, Феликс точно помнит, что запеленал её.
— Хёнджин, ты её раскутал? — спрашивает веснушчатый, привлекая внимание старшего.
— Нет, она сама ручку вытащила, — Хван смотрел так, будто его в преступлении обвиняют.
Ликс встал с кровати и подошёл к Хёнджину. И правда, Кхея была полностью завернута, просто ручку вытащила.
— Жопка маленькая, я тебя ночью пеленал два раза, а ты?
— Из плена выпуталась, — пошутил Хван и зевнул. Он сам недавно проснулся.
— Иди в душ первым, я пока её переодену.
Хёнджин поцеловал того в щеку и пошёл в душ. А Феликс, взяв ребёнка на руки, пошёл в детскую комнату. Ликс положил малышку на пеленальный столик и стал снимать пеленку. Это были многоразовые пелёнки, поэтому он положил её в ящик для грязного белья. Детские вещи будут собирать и стирать каждый день. Феликс протёр Кхею стерильным тампоном, смоченным теплой водой, так как про купания они спросят только сегодня у врача. Ликс очень бережно протирал лицо малышки, потом ручки, а после протирает бумажной мягкой салфеткой, чтобы убрать лишнюю влагу. Тело и ножки можно протирать детскими влажными салфетками, чем собственно Феликс и занимается. Следующим был уход за глазками, их промывают от наружного угла к внутреннему отдельным тампоном для каждого глаза. Это необходимо, ведь уход за органами чувств очень важен для новорождённых. Ушки протирают с помощью ватных шариков. Ушные палочки могут повредить баробанную перепонку. И под конец осталось только носик почистить, чтобы принцесса могла спокойно дышать. Здесь проблем тоже не было, просто из ватных шариков нужно сделать небольшие жгутики и после можно чистить носик.
Феликс смотрел на малышку, которая уже явно привыкла к утренним процедурам. И если в первый день она плакала, то сейчас просто недовольно кряхтела и мычала. Ликс взял детскую присыпку и присыпал естественные складки. А после надел ей памперс, дальше остался выбор одежды. Феликсу очень понравился бежевый слип с милыми апельсинчиками, поэтому он выбрал его. А на голову — нежно розовый чепчик. Ну вот и всё, их принцесса уже готова, осталось только покормить. Ликс дал малышке пустышку и, взяв на руки, пошёл в комнату.
Хёнджин уже умылся и оделся, Феликс вручил ему дочь и сказал идти в столовую и ждать его, а сам пошёл в душ. Хван послушно пошёл вниз. Ликс закончил с водными процедурами очень быстро и после поплелся в комнату переодеваться. Хотя, немного подув, Феликс решил переодеться после завтрака.
На удивление, спустившись в столовую, Ликс застал Хвана с малышкой на руках, и та совсем не плакала, даже не хныкала.
— Она уснула?
— Нет, глазки открыты, — сказал Хёнджин, смотря на Кхею.
— Странно, я торопился, думал, она уже плачет и надо идти тебя спасать. А малышка такая спокойная.
— Нет, у нас сегодня все хорошо, и спасать никого не надо, — Хван смотрит с улыбкой на дочь и после целует ее в щёчку.
— Ладно, я приготовлю смесь, — Феликс прошёл мимо Хёнджина и взъерошил его волосы, а после скрылся за дверью их столовой. Хван встал со стула и пошёл к Ликсу.
— Мы пришли посмотреть, как папа готовит, — сказал Хван, подходя к Феликсу.
— Я просто навожу смесь, — Ликс усмехнулся и, подняв бутылочку, стал наливать нужное количество воды. Сначала горячая, потом холодная, следующим идёт сухая смесь. Феликс закрывает бутылочку и встряхивает.
— Давай, я покормлю? — спрашивает Хёнджин, смотря на свою веснушку.
— Угу, — Ликс передаёт тому бутылочку и целует в щеку. А сам забирает соску у Кхеи.
****
— Так, быстренько и по списку. Купить подушечку Кхеи, посмотреть что-то ещё. Потом на приём к врачу. Всё? — уточняет Хёнджин, смотря на веснушку с Кхеей в руках.
— По-моему, ей не нравится зимняя одежда, — Феликс проигнорировал вопрос старшего.
— Мне бы тоже не понравилось, если бы меня, как шаурму завернули.
— Чё сказал? — Феликс посмотрел на того с хмурым лицом.
— Не смотри так. Ну Ликси, она же реально, как маленькая шаурма. На ней слип, тёплый костюмчик, потом чепчик и сверху шапочка. А ещё этот комбинезон с капюшоном. Одним словом — шаурма.
— А ты хочешь, чтобы наша малышка замёрзла? Все, молчи, ты сам только держать её правильно научился, — Феликс отвернулся, показывая некую обиду.
— Нет, прости. Все, я молчу, — Хван обнял Ликса и поцеловал в шею. — Прости меня, я молчу и больше не лезу. Ты сам знаешь, как лучше, — Хёнджин снова целует в шею, а потом смотрит как-то недовольно. Кхею так тепло одел, а у самого шея открытая. Хван снял с себя шарф и завязал Феликсу.
— Зачем это? — спрашивает Ликс, смотря на мужа.
— Это чтобы у меня была не одна, а сразу две шаурмы, — и лёгкий смешок. Хёнджин явно нарывается.
—Дурак, — сказал Феликс и показал язык.
— Зато твой любимый, — Хван поцеловал того в щеку и мило улыбнулся. — И вы мои любимые.
****
— Ликси, ты уверен, что мы всё купили для нашей принцессы? — Хёнджин спрашивает это в третий раз, идя к выходу.
— Да, уверен, — Феликс смирился и просто отвечал.
— Может, её сходить переодеть?
— Тучка, ты чё начинаешь? До дома всего минут сорок ехать, она ещё не кушала, и памперс я ей тоже поменял, — сейчас хотелось немного ударить Хёнджина.
— Я просто беспокоюсь. Хочу, чтобы у Кхеи всё было хорошо, — Хван просто хочет счастливую семью. Чтобы дочь и его муж ни в чем не нуждались.
— У неё и так всё есть. Хотя, стой, — Ликс остановился. — Счастливые родители — счастливый ребёнок? — Феликс смотрит с некой ухмылочкой.
— Ну, да, — Хёнджин как-то даже напрягся.
— Тогда дай карточку и возьми Кхею. А ещё свой телефон, — у Ликса аж огонёк в глазах загорелся.
— Ладно, — спорить Хван не хотел и спрашивать тоже. Он просто достал телефон и карточку, а после протянул Феликсу и взял Кхею.
— Идите в машину, я скоро приду, — веснушка развернулся на носочках и направился куда-то вглубь магазина.
***
Хван уже как десять минут сидит в машине и смотрит на Кхею. Нет, ну а что ему ещё делать? Феликс у него даже телефон забрал. Малышка просто уснула. Да, а Хёнджин так не может. Сидит, завидует собственной дочери, которая тихо посапывает в сумке-переноске.
Ликс, наконец, вернулся, всего через 22 минуты. Джини сидел и считал минуты, настолько нечем заняться. Пакеты с покупками он поставил в багажник, а после сел в машину.
— Всё, можем ехать, — Феликс выглядел и правда счастливым.
— Что купил? — спрашивает Хёнджин, но тихо, ведь Кхея все ещё спит.
— Подарок, — спокойно отвечает Ликс и поправляет шапочку дочери.
— Кому? Мы же, вроде, всем купили? Твоим друзьям, родителям, мои родителям, твоим сестрам. Даже Кхее подарок купили, а ей на новый год только два месяца будет, — Хёнджин и правда немного не понимал, они потратили так много времени на поиски подарков, хотя первоначально приехали за подушечкой для Кхеи.
— Самому главному человеку я забыл подарок купить.
— Кому? — Хёнджин смотрит с некой ревностью в глазах.
—Тебе, дурачок, — Феликс чмокает того в щеку и после обнимает его руку.
— Я знаю, что подарю тебе, осталось только купить, — Хван усмехнулся, возможно, он и правда дурак.
— Блин, только что такую вещь понял.
— Какую?
— Я мог, в принципе, подарок не покупать, нужно было только ленту. Бантик бы сделал и себя подарил, — Феликс надул губки, ведь идея и правда классная.
— Знаешь, подарков много не бывает.
— Я подумаю, — и Ликс снова целует того в щеку. — Устал, я так сильно устал, — он положил голову на плечо Хёнджина, медленно, но верно проваливаясь в сон.