Пасха с Кхеей (3 годика)
Хёнджин намеревался проснуться ближе к обеду в объятиях любимого мужа. Но до его планов и желания никому нет дела. Ведь Хван чувствует, как на его груди кто-то сидит и тихо шлепает своими ручками по лицу.
— Кхея, я же просил тебя так не делать. — Хёнджин закрывает лицо руками, но вместо того, чтобы остановиться, девочка стала пинать его ножками.
— Опять папу бьёшь? — Спрашивает сонным голосом Феликс, сваливая дочь на бок и обнимая её.
— Папа...ну вы куличи обещали. — Кхея помнит, что Ликс обещал ей с утра кулич. Она такое не забудет.
— Звёздочка, скажи, ты совсем не устаёшь? Мы вчера до трех ночи яйца раскрашивали и что? Время семь и ты уже на ногах. — Хотя что ей уставать, это ведь Хёнджин сидел и на каждом яйце рисовал цветочки, а не Кхея.
— А мы к лялечке поедем? — Быстро переключая тему, спрашивает черноволосая девочка.
— Если ты дашь ещё хотя бы часика два поспать. — Отвечает Хёнджин и накрывает Кхею одеялом.
— А куличик? — А вот их маленькая звёздочка явно не намерена больше ложиться спать.
— Пошли, я все-таки обещал. — Феликс кое-как поднимается с кровати и берёт дочь на руки. — Поспи, пока она кушает. — Ликс, в отличие от Хвана, вчера лёг спать в одиннадцать, ведь по словам Кхеи он некрасиво цветы рисует.
— Будем есть куличики, — Кхея радостно хлопает в ладоши, а Ликс всегда умиляется такой реакции. Естественно, никто куличи ей раньше времени не даст, но Феликс ведь умный. Поэтому он специально испек много маленьких кексов и украсил их глазурью, чтобы Кхея не добралась до куличей раньше Пасхи.
— Так, сначала зубы чистить и расчесываться. — У их трёхлетней принцессы волосы росли не по дням, а по часам. И мало того, что волосы длинные, так ещё и очень густые.
— А потом куличики кушать?
— Да, потом куличики кушать. — Говорит Феликс, заходя с дочкой в ванную комнату и ставя её на стульчик возле раковины. У Кхеи была новая зубная щётка, которую она себе купила. Ну, как купила, выбрала, а платил, естественно, папа. А какой именно — не так важно.
Кхея достаточно быстро почистила зубки и теперь ждала, пока папа поможет ей умыться. Ведь сама она просто обольет себя. Поэтому, когда Феликс тоже почистил зубы, он помог умыться своей звёздочке.
— Теперь быстро расчесываться и можно иди кушать. — Вот как раз волосы заплетать Кхея не любила больше всего, но и стричь свои волосы она тоже не хотела.
В итоге, чтобы расчесать эту маленькую принцессу, Феликсу потребовалось около тридцати минут и ещё пятнадцать, чтобы заплести.
— Кушать куличик! — Радостно восклицает девочка, садясь за свой детский столик.
— Сначала каша, а потом куличики. — Ликс хотел сам пойти и приготовить, но вышел повар. Судя по всему, Хёнджин был не первой жертвой, которую разбудила Кхея.
— Каша с ягодами готова. — Мужчина поставил тарелку перед девочкой и уже хотел уйти.
— Это она вас разбудила?
— Она стала выпрашивать с утра куличи, но я сказал пойти и спросить у вас.
— Правильно сделали. Мне, пожалуйста, тоже кашу и кофе. — На слова Феликса повар поклонился и скрылся в столовой.
— А куличик? — Спрашивает Кхея, жуя ягодку.
— Сейчас принесу. — Феликс, помимо куличей, испек мини-кексы и тоже украсил их глазурью и присыпкой. Поэтому сейчас перед Кхеей стоял мини куличик.
— А яичко? — Нет, ну что, зря они вчера с папой Хёнджином их раскрашивали?
— Держи, выбирай, — Феликс сидел рядом и держал перед Кхеей чашку с яйцами, где все яйца были разрисованы вручную. Правда на одних были цветные и неровные ромашки от Кхеи, а на остальных аккуратно выведенные цветы от Хёнджина, который, блин, часов шесть их рисовал.
— С маком, — Девочка взяла белое яичко с красными маками и зелёной травкой. Если бы кто-то мог читать мысли, то они бы знали, сколько раз Хёнджин сматерился про себя, когда их рисовал. И это был не самый сложный рисунок ещё.
— Умница, теперь кашу, а потом куличики и яичко, — И совсем не важно, что пасха в воскресенье, а сегодня только пятница.
— А мне можно куличик? — В столовую вошёл Хёнджин с улыбкой на лице.
— Поспал лишний час и счастливым стал? — Спрашивает Феликс, ставя чашку с яйцами на стол.
— Да, прям бодрым себя ощущаю.
— Очень хорошо, нам скоро принесут кашу, можешь себе тоже красивое яйцо с цветочком выбрать.
— Спасибо, что разрешил выбрать, их же не я вчера раскрашивал, — Послышался сарказм чистой воды, за который Хёнджину могли треснуть по голове, но Феликс, вроде как, мимо ушей пропустил его фразу.
— А мы к лялечке поедем? — Кхея уже немного испачкалась в каше и глазурь с кекса понадкусывала, и это Феликс только на две минутки отвернулся.
— Поедем. — Говорит Ликс, беря салфетку и вытирая мордашку дочери.
— Угу, покушаем, собираемся и поедем. — Хёнджин сидел рядом с ними и чмокнул сначала Феликса в щеку, а потом и Кхею.
— Вот каша, — Повар поставил две тарелки на стол и пошёл за кофе.
— Кхея, сначала кашу покушай, потом будешь кекс крошить, — Естественно, Феликс знал, что Кхея съест только глазурь, а остальное не станет. Ну, возможно, она раскрошит его и повытаскивает изюм, и это будет в лучшем случае.
— Я ем, — Девочка надула губки и стала собирать ложкой кашу.
— Пошли тоже кушать, — Ликс оставил салфетку дочери, чтобы та сама, если надо, вытерлась, и встал. Они с Хёнджином сели за стол и стали есть. У Кхеи был отдельный столик лишь только потому, что врач посоветовал его для правильной осанки девочки.
— А Джисон знает, что мы приедем? — Как-то не хочется их будить с утра пораньше.
— Я ему напишу чуть позже. — Говорит Феликс и целует Хвана в щеку. — Всё, давай есть.
******
— Кхея, мы едем к лялечке или нет? — Одеть свою дочь это не такая большая проблема, а вот обуть — да. Кхее то неудобно, то она сбегает, то туфельки ей не нравятся и она хочет босоножки.
— Едем. Пап, а лялечке надо куличик отвезти. — Девочка надувает губки и мило хлопает глазками.
— Ну, пошли выбирать. — Феликс поднимает дочь на руки и идёт в столовую.
— Надо красиво, с корзиночкой. — Хёнджин для Пасхи заказал небольшие корзинки для подарков. Вот Кхея и хотела везти куличик в такой корзинке.
— Хорошо, давай вот эту с красным бантиком. — На слова Ликса Кхея кивнула и они пошли выбирать куличики. Естественно, что настоящие никто не даст и они просто возьмут кексики.
— Вот этот и этот, — Кхея собирала красивые кексики в корзиночку и мило улыбалась.
— Ну и что, мы не выходим? — Спрашивает Хёнджин, заходя в столовую.
— Мы лялечке корзинку подарков собираем. — Отвечает Феликс и показывает на дочь.
— Молодцы. Там ещё можно нервов железных для Минхо с Джисоном,— Ну, этого тем двоим точно не хватает. Ведь спят они всего по несколько часов в день и то если повезёт.
— Пап, яички, — Девочка отодвинула поднос с кексиками и стала ждать.
— Держи, — Ликс ставит перед ней чашку с раскрашенными яйцами и девочка начинает выбирать. Она берет и то, что раскрашивал Хван, и то, что разрисовывала сама.
— Папа, принеси ещё конфет. — Девочка говорила это Хёнджину. Несмотря на то, что она называла их обоих папами, они всегда прекрасно понимали, к кому именно Кхея обращалась. И сколько бы они не объясняли, что ребёнку Джисона пока нельзя ничего давать грызть, их малышка все равно каждый раз брала много сладостей.
— Сейчас. — Хёнджин пошёл на кухню, где взял конфет, он просто набрал первые попавшиеся.
— Вот конфетки положим и все, можем ехать.
— Хорошо, — Феликс целует дочь в щёчку и аккуратно гладит по голове, ну, это естественно, он же её заплетал.
— Вот конфеты, — Хёнджин положил сладости на стол, ведь знал, что Кхея обязательно придумает что-то необычное и будет обижена, если Хван сам положит конфеты в корзинку. И правда, девочка начала складывать сладости каким-то необычным способом, будто делила их.
— Я всё, можем ехать. — Говорит Кхея и слезает со своего стульчика.
— Ура, — Феликс берет корзиночку, потому что её надо аккуратно донести и, не дай Боже, что-то сломается. Им тогда конец. Нет, не то, что Кхея была капризным ребёнком, скорее легко обижающимся. Она закатывает истерики в очень-очень редких случаях, как говориться редко, но метко. А вот обижается намного чаще, у Феликса каждый раз сердце кровью обливается, когда он видит свою принцессу с обиженной мордашкой, так и хочется подарить ей весь мир и пасть к её ногам. Ну, а как иначе? Любимая и единственная дочь.
— Папа, обувай меня, — Кхея подняла ножку и стала ждать, пока Хёнджин наденет ей сандалик, а потом второй.
— Теперь можем идти в машину? — Спрашивает Хван и открывает дверь.
— Да. — Девочка радостно выбегает на улицу и бежит к машине.
— Я поражаюсь ей, откуда у нашей дочери столько энергии? — Хёнджин ждёт, пока Феликс тоже выйдет из дома, чтобы закрыть за ним дверь.
— Сам восхищаюсь её способностями.
*******
— С добрым утром, — Говорит Феликс, когда им открывают дверь.
— Утро добрым не бывает, когда у тебя маленький ребёнок, — Джисон выглядел максимально не выспавшимся и уставшим. Он пропустил ребят внутрь.
— Понимаем, наша легла в три ночи и встала в семь. — Говорит Хёнджин, разуваясь.
— Кстати, а где она? — Хан смотрит вниз и Кхеи не видит.
— Ты серьёзно думаешь, что она будет ждать? Она уже разулась и к лялечке вашей побежала. — Усмехнулся Феликс и протянул Джисону корзину с гостинцем. — Это вам, Кхея сама собирала.
— Шустрая, — Хан берет корзинку и идёт на кухню.
— Естественно, сами поражаемся её активности.
— Славу Богу, наш ещё не ходит, а только ползает.
— Поверь, ты и не заметишь, как он бегать начнёт. — Парни усаживаются за стол.
— Начинается. — Тихий детский крик и топанье. Это то, что они будут слушать на протяжении нескольких часов. Джисон не знал, какая связь у его сына и Кхеи, но она явно была. Ибо их отношения просто по-другому не объяснить. И вот Юнхи ползёт с криком по кухне, пока за ним бежит Кхея, но уже через пару минут убегать начинает девочка, а маленький карапуз ползёт за ней. И сути в этих догонялках никто не видел, ведь они не салили друг друга, а просто в какой-то рандомный момент менялись ролями. Хотя, раз дети счастливы и заняты, за остальное можно не переживать.
— Всем привет. — Минхо выходит из спальни и закрывает туда дверь, чтобы дети бегали только тут и никуда не уползали.
— Привет. Как спалось?
— Отлично, но мало, — Да, для отца маленького ребёнка это самое точное описание его сна. Спит он прекрасно, особенно после нескольких бессонных ночей. Правда всегда по два-три часа. Ибо их карапуз постоянно капризничает.
— Мы вам куличики привезли, — Говорит Кхея, обнимая Минхо за ногу.
— Иди Юнхи лови, — Кстати, имя ребёнку выбрал Джисон. Чем-то уж сильно оно ему понравилось. Ну, Минхо особо не возникал, Юнхи так Юнхи.
— Угу, — Кхея кивнула и побежала в другую сторону.
— Скоро Пасха, я так вижу, вы куличи не пекли?
— Нет. Юнхи много капризничает и постоянно на руках сидит. — Исключения были лишь тогда, когда приезжала Кхея.
— А я испек вам кулич, это чтоб вы не покупали. Домашние вкуснее. — Феликс улыбается и смотрит на сонных друзей. Как же хорошо, что Кхея не капризничает, конечно просыпается рано, но это не так важно. — Вы такие милые сонные домовёнки.
— Спасибо. Ты прям на Пасху привезёшь или нам самим приехать?
— Да как вам удобнее.
— Ладно, в субботу решим, чай кофе будете? — Спрашивает Минхо, пока достаёт бокалы.
— Можно чай? Мы кофе дома попили.
********
— Пап, пап, пап, — Наконец-то настало воскресенье, долгожданная Пасха. А Кхея снова сидит на груди у Хёнджина и шлепаёт того по лицу.
— Что? — Спрашивает Хван и открывает глаза, чтобы поймать ручки девочки.
— Христос воскрес.
— Воистину воскрес, — И после этих слов девочка перестала бить по лицу Хёнджина и протянула ручку вперёд.
— Чего?
— Яйцо она хочет, — Говорит Феликс и начинает смеяться. Он в шоке, что Кхея мало того, что запомнила, что говорить надо, так ещё и помнит, что надо яйцо обязательно давать.
— Надо вниз идти, — Сонно говорит Хёнджин и снова закрывает глаза.
— Нет, давай сейчас и куличик. — Кхея сжимает кулачок и бьёт по щеке папы.
— Хватит его травмировать. — Феликс смеялся и удивлялся их отношениям. Иногда у них какой-то абьюз, но стоит Хёнджину что-то сделать и у них снова любовь-любовь. И всё-таки у Ликса прекрасная семья, любящий муж, дочь проказница и он, когда-то похищенная веснушка.
— Мы идём куличики кушать? — Кхея наконец слезла с Хёнджина и упала на кровать ближе к Феликсу.
— Давай ещё поспим? — Ликс обнимает дочь и прижимает к себе.
— Ещё немного и пойдём есть куличики, — Хёнджин натягивает одеяло повыше, чтобы накрыть Кхею и обнимает их обоих.
— Хорошо, — Девочка сдается и закрывает глазки, может быть она и не уснёт, но полежать спокойно попробует.
Феликс счастлив. У него есть всё, о чем он когда-то мечтал. Сейчас они немного полежат, все вместе, ведь даже если Хёнджин и Феликс уснут, то это ненадолго. Кхея дольше двадцати минут лежать не станет. Они потом пойдут собираться и умываться. А потом, как и сказала малышка, кушать куличики. Хотя Феликс уверен, что Кхея просто погрызет глазурь, а тесто есть не станет. Но это не так страшно, главное, чтоб ребёнок был доволен. А если счастлив ребёнок, то и родители спокойны.