Игра в кошки-мышки

Офис утром пахл стерильной чистотой, отчаянием и вчерашним кофе. Алиса вошла одной из первых, ее шаги отдавались эхом в пустом открытом пространстве. Она провела здесь пол-ночи, перебирая файлы, строя новые планы защиты и нападения. Сон был невозможен. Под веками будто насыпали песок, а в груди тлел уголек ярости, раздуваемый каждым воспоминанием о вчерашнем фиаско.

Она заняла свой островок - минималистичный стол с двумя мониторами, где царил строгий, почти милитаристский порядок. Ни одной лишней бумажки. Ни одного намека на личную жизнь. Это была ее крепость. И сегодня ей предстояло защищать ее не от конкурентов, а от своего же коллеги.

Первые сотрудники начали подтягиваться, их взгляды скользили по ней с любопытством и легкой опаской. Шепотки затихали, едва она поднимала голову. Она стала главной темой для кулерных сплетен. «Слышал, как Воронов ее размазал?» - «Думаешь, ее уволят?» - «А ведь она была права, он реально ее идеи стащил».

Алиса игнорировала их. Она уткнулась в монитор, делая вид, что погружена в работу, но видела лишь размытые пятна. Она ждала. Ждала его.

Он появился беззвучно, как призрак. Не было ни стука шагов, ни предупреждающего шороха. Просто пространство вокруг нее сжалось, воздух стал гуще, зарядился его энергией. Алиса почувствовала это спиной - мурашки пробежали по коже.

Лео прошел к своему столу, расположенному напротив, через проход. Его «офис» был полной противоположностью ееему - хаотичное нагромождение скетчбуков, пустых кофейных стаканчиков, разобранных макетов. Он швырнул на стол ключи от машины, и они со звоном упали рядом с какой-то премией в области дизайна, которую он, по слухам, получил год назад.

Он не посмотрел на нее. Не сказал ни слова. Он просто сел, включил компьютер, и через секунду послышались первые аккорды мрачного инди-рока из его колонок. Нарочито громко. Вызов.

Алиса сжала челюсти. Игра в молчаливую войну началась.

Она продержалась до одиннадцати. Пока не пришло общее собрание отдела.

Они сидели в том же конференц-зале, что и вчера. Алиса - с одного края длинного стола, Лео - с другого. Между ними - нейтральная полоса, которую никто не решался занять. Напряжение витало в воздухе, осязаемое, как запах озона перед грозой.

Вошел Артем, директор по маркетингу. Человек с лицом уставшего сфинкса и взглядом, способным заморозить лаву. Он не стал занимать свое место во главе стола, а остался стоять, опершись руками о спинку стула. Его пальцы постукивали по кожаной обивке.

—  Коллеги, - его голос был ровным, без эмоций. - Вчерашнее... представление не осталось незамеченным нашими партнерами из «Нектара».

В зале замерли. Алиса почувствовала, как у нее холодеют кончики пальцев.

— Они были впечатлены, - Артем сделал паузу, давая словам повиснуть в воздухе. - И концепцией, и той... страстью, которую наши сотрудники вкладывают в проекты.

Лео сидел, развалившись в кресле, с виду абсолютно расслабленный. Он смотрел в окно, будто его это не касалось.

- Однако, - Артем продолжил, и в его голосе впервые появилась сталь, - они также выразили обеспокоенность. Обеспокоенность внутренней культурой нашей компании. Драки в песочнице, как они это назвали, их не интересуют. Их интересует результат.

Он медленно прошелся взглядом по всем присутствующим, остановившись на Алисе, затем на Лео.

—  Проект «Нектар» - самый крупный в нашем портфеле на ближайший квартал. Мы не можем позволить ему развалиться из-за личных амбиций. Поэтому я принял решение.

Алиса перестала дышать. Вот оно. Ее увольняют. Или его. Или их обоих. Она мысленно лихорадочно пролистывала свое резюме, подсчитывая сбережения.

— С сегодняшнего дня, - Артем говорил четко, отчеканивая каждое слово, - проект «Нектар» будет вести специально созданная рабочая группа. Руководители группы - Алиса Королева и Лео Воронов. Совместно.

В зале кто-то резко вдохнул. Алиса почувствовала, как почва уходит из-под ног. Это было хуже, чем увольнение. Это была пытка.

—  Это не обсуждается, - Артем пресек начавшийся ропот. - Это ультиматум. От «Нектара». Либо вы двое находите способ работать вместе и представляете им финальный, согласованный вами обоими концепт через три недели, либо... - он снова посмотрел на них, и в его взгляде не было ни капли жалости, - я закрываю проект. А с ним уходят и все занятые в нем ресурсы. Включая ваши позиции.

Левосторонняя сокращение. Красивые слова, означавшие одно: «завалите проект - и вы оба на улице».

Алиса смотрела на Артема, не веря своим ушам. Это была самая изощренная казнь, какую она могла представить. Привязать ее к тому, кого она презирала больше всех на свете, и заставить танцевать под его дудку.

— Есть вопросы? - спросил Артем.

Вопросов не было. Был только шок, тишина и всесокрушающая ярость, бурлящая в Алисе.

Собрание закончилось. Сотрудники поспешно разбежались, избегая смотреть в их сторону. Артем вышел последним, хлопнув дверью. В зале остались только они двое.

Алиса сидела, не двигаясь. Она смотрела на глянцевую поверхность стола, видя в ней лишь собственное искаженное отражение.

Лео первым нарушил тишину. Он медленно поднялся, прошелся вокруг стола и остановился напротив нее. Он не садился. Он стоял, глядя сверху вниз, и его тень накрывала ее.

— Ну что, кошечка, - произнес он тихо. Его голос был низким, без прежней сладковатой ядовитости, но с новой, опасной нотой. - Похоже, мы в одной лодке. И она, на минуточку, тонет.

Алиса подняла на него глаза. Она надеялась, что ее взгляд сможет его испепелить. Но он выдержал его без единой морщинки на лице.

— Это твоих рук дело? - выдохнула она. - Ты подстроил это?

Он рассмеялся. Коротко, беззвучно.

— О, будь у меня такая власть, я бы придумал для нас кое-поинтереснее, чем совместный проект. Поверь.

Его слова повисли в воздухе, обжигающе двусмысленные. Алиса встала. Они теперь стояли друг напротив друга, разделенные лишь узким столом. Она была высокая, но он все равно был выше. Его близость снова давила на нее, физически ощутимо.

— Я не буду с тобой работать, - сказала она, и ее голос дрогнул от напряжения. - Я лучше уволюсь.

— Увольняйся, - пожал он плечами. - Беги. Я так и знал. Когда становится по-настоящему жарко, ты предпочитаешь слинять. Вчерашнее шоу - лишь подтверждение.

— Я не убегаю! Я отказываюсь иметь дело с вором и манипулятором!

— Отличные качества для маркетолога, - парировал он. - А ты - просто обиженный тактик с синдромом отличницы, который не может проиграть. Мир жесток, дорогая. Иногда чужие кирпичи строят более красивые замки.

Они стояли, тяжело дыша, словно после драки. Ненависть витала между ними почти осязаемым облаком.

— Значит, так, - Лео нарушил паузу первым. Его тон сменился на деловой, холодный. - У нас три недели. У меня есть видение, у тебя - сырые, но годные наброски. Артем не шутит. Если мы провалимся, мы оба останемся без работы. Ненавидь меня сколько хочешь, но твоя ипотека, я уверен, платить себя от этого не перестанет.

Он ударил в самое больное. Он всегда бил в самое больное.

Алиса молчала. Она чувствовала себя в ловушке. В ловушке, сооруженной из его наглости, тупых амбиций «Нектара» и ее собственного упрямства.

—  И что ты предлагаешь? - сквозь зубы процедила она.

—  Перемирие. Временное и строго функциональное. Мы заключаем сделку с дьяволом. Оба. Мы работаем. Мы представляем проект. Мы получаем деньги и славу. А потом, - он усмехнулся, - мы можем снова попытаться уничтожить друг друга. С моей стороны, я буду только рад.

Он протянул ей руку. Руку с длинными пальцами, сильной кистью и тем самым шрамом на костяшках, который она мельком заметила вчера. Руку, которая, как она знала, украла у нее часть ее души.

Алиса смотрела на эту руку, будто на ядовитую змею. Все ее существо вопило против этого. Но где-то в глубине, под слоями ярости и обиды, холодный голос разума шептал: «Он прав. Ипотека. Карьера. Репутация».

Она чувствовала на себе взгляд всего отдела, наблюдающего скрем стеклянные стены конференц-зала. Они ждали ее решения. Ждали, сломается ли она.

Медленно, будто против собственной воли, она подняла руку и вложила свою ладонь в его. Его пальцы были теплыми, почти горячими, и сжали ее руку с такой силой, что кости хрустнули. Это было не рукопожатие партнеров. Это была борьба. Краткая, безмолвная схватка.

Его пальцы задержались на ее запястье на секунду дольше, чем нужно. Кожа под его прикосновением загорелась. Он наклонился чуть ближе, и его дыхание коснулось ее щеки, когда он прошептал так тихо, что услышала только она:

— Боишься меня, кошечка?

Алиса резко выдернула руку, будто обожглась. Сердце бешено колотилось где-то в горле. Страх? Нет. Ярость. Только ярость.

— Начинаем в четыре, - бросила она, разворачиваясь и направляясь к выходу. Ее спина была прямая, походка уверенной. Но внутри все дрожало. - Мой стол. Не опаздывай.

Она вышла из зала, не оглядываясь, чувствуя его взгляд на своей спине. Горячий, насмешливый, всевидящий.

Война не закончилась. Она только что перешла в новую, гораздо более опасную фазу. Фазу вынужденного союза. И Алиса поняла, что самый страшный враг - не тот, кто стоит напротив с копьем наголо, а тот, кого ты вынужден назвать союзником, чувствуя его дыхание у себя на шее.

Продолжение следует...