1996 » styles [rus]

- Мы будем скучать по тебе, - говорит Найл, сидя напротив меня в закусочной, в которой мы были ещё в начале лета. Посылаю ему грустную улыбку, сидя между Гарри и Майрой. Моя голова опиралась об его плечо, потому что слишком устала. Знаю, что это очень хорошо, но факт в том, что это лучшее, что можно мне предоставить.

- Ага. Типа, даже не подразним её, и будем выглядеть как соплячки? Лиам? - усмехается Луи. - Нет? Жаль. - Моя усмешка растёт, когда весь стол спорит с парнем.

Лиам закатывает глаза и смотрит на Луи.

- Мы будем скучать, Алексис. Мы рады, что познакомились с тобой, - мягко обращается ко мне Лиам.

- Я тоже, Лиам. Я правда буду скучать, - уверяю. Разумеется, я буду скучать по каждому из всех, но есть человек, по которому буду скучать намного больше, но не решаюсь сказать.

- Знаете, это будет моим самым лучшим летом. И не только из-за Алексис, а потому, что произошло много удивительного, - говорит нам Лиам.

Зейн, который в основном молчал, решил заговорить.

- У нас ещё куча лета, чтобы повторить это. Но, через какое-то время мы постареем и будем жаловаться на тазобедренную кость.

- Господи, не говори о старении. Это ужасно, я в стрессе, - стонет Майра.

- Разве стресс не ускоряет старение? - спрашивает Зейн, нахмурив густые брови, сосредоточившись на соломинке.

- Я, блять, не знаю, - кривится Майра, потянувшись к середине стола, где были картошка фри и куриные крылышки, а так же соусы от острого до кислого. Она хватает последние крылышко, стукнув поспешную руку Найла, сигнализируя о том, что блондин обойдётся.

Моя рука тянется к коленям Гарри, где были сложены его руки. Он мало чего говорил, но я знаю, что он думает по этому поводу. И я не особо хотела говорить с ним об этом. Однако, моя маленькая рука берёт его большую, переплетая. Я слышала, как он тяжело вздохнул.

Больше никто ничего не говорил.

- Мы должны что-нибудь сделать... в последний раз. Прежде, чем Алексис уедет, - заявляет Луи.

- Например? Ты хочешь... угнать тачку? Попробовать наркотики? Пожертвовать самым ценным, что есть у тебя Дьяволу, взамен на деньги и славу? - говорит Майра, оглянув слегка запутанный и молчащий стол.

- Эм... нет? - Луи даже в себе не уверен, но смотрит на девушку в течение нескольких секунд. - Давайте напишем её имя на дереве в лесу.

- На дереве? Звучит, как посвящение в какую-то поп-культуру, - смеюсь.

Луи делает вид, что замешен и удивлён.

- Кто рассказал ей о секте, ребята?! - шутит он, закатывая глаза. - Но, если честно, вы можете воспринимать меня серьёзно? Или это слишком трудно для вас?

- Извини, - смеётся Найл. - Твоя серьёзность и чувство зрелости появляются очень редко, мы не привыкли. Трудно понять.

- Почему ты звучал так, словно твой словарный запас больше, чем размер твоего мозга, Найл? - спрашивает Лиам. - Обычно ты говоришь, как необразованный придурок.

- Заткнитесь, я образован!

- Ты глупенький, - продолжает Лиам.

- Тогда... тогда... - думает Найл. - Ты глупее!

- Необразованный, - напевает шатен.

- Ты не знаешь географию.

- Ты завалил математику в седьмом классе. Дважды.

- Ты словно в жизни провалился!

- Зато правда!

- Эй!

- Вы когда-нибудь закончите этот бессмысленный разговор? Вам что, нужно три дня, чтобы разрешить эту проблему? - вмешивается Зейн.

- Да, три дня будет более, чем достаточно, - подшучивает Лиам.

- Ладно, короче, - бормочет Луи, раздражаясь тем, что ему мало уделяют внимания. - Что мы делаем с деревом?

- Да, - вдруг говорит Гарри. Он смотрит на меня сверху вниз. Я знаю, о чём думает он, и он тоже, но всё равно делает. - Ты должна будешь пролить кровь, чтобы остаться в нашей секте.

- Фу, - морщу нос. Луи стонет, и все смеются.

- Кто теперь у нас тут самый мягкий?

+

Я не хотела забирать всё. Мои глаза были сухими и уставшими, потому что мало спала, и по большей части собирала вещи. Но всё же мне удаётся застегнуть красный чемодан. Слышу стук в комнату и кричу «входите». Дверь открывается, и я вижу Нонну. Её лицо было уставшее, волосы посидевшие. В комнате было вновь пусто, как и до того, как я разложила все свои вещи. Последние дни здесь были слишком эмоциональными.

Оставить Нонну, её приятный дом и смешные, иногда грубые шутки, будет тяжело. Она не была той женщиной, которая может общаться с людьми лишь временно. Мне грустно осознавать то, как одиноко ей будет здесь. Нет даже шанса, чтобы она поехала со мной.

- Знаешь, то что ты тут делаешь... собираешься. Тебе не обязательно уезжать, - говорит она, садясь на край кровати рядом с чемоданом. Я сажусь рядом, откинувшись назад на спину. Несколько прядей упали мне на лицо, но я даже не потрудилась убрать их.

- Ты знаешь, что я должна, - усмехаюсь. - Ты просто не знаешь, как сказать мне, что будешь скучать.

- Верно! - засмеялась она. Нонна тоже ложится, и наши головы были в дюйме друг от друга. - Может быть, я и буду скучать по тебе, - тихо добавляет она.

- Знаешь что? - улыбаюсь я. - Так и будет. Я тоже буду скучать.

- Я знаю, - говорит Нонна, и мы обе замолкаем, пялясь в потолок и желая заморозить время. В конце концов, нам приходится встать и Нонна через час отвезёт меня в аэропорт.

- Гарри снаружи, - вдруг говорит она. - Он просидел там какое-то время. Моё холодное, стальное сердце разрывается.

Улыбка, которая держалась на моём лице, начала медленно сползать. Это должно было случиться. Прощание. Ужасная, изнурительная боль появилась на сердце. Я рискнула, и в итоге влюбилась. Я обожаю его маленькие причуды и странные привычки. Чёрт. Неужели это так трудно, оставить кого-то?

- Спустись и поговори с мальчиком. Не заставляй меня надирать задницу тебе, и ему. Я думала, что вы снова вместе, после той ярмарки, - высокомерно проговаривает Нонна, протягивая мне руку. - И не думай, что я не знаю, что вы делали.

Мои щёки медленно покрываются румянцем, когда выхожу из комнаты. Нонна даёт мне предупреждающий взгляд. Не знаю, почему я так не хотела говорить с ним. Плакать - это то, чего я хотела меньше всего, но это будет просто неизбежно. Я становлюсь более эмоциональной, спускаясь вниз.

Надеваю сандали и чуть ли не задыхаюсь, взявшись за дверную ручку. Рот приоткрывается и дышу глубоко, прикрыв глаза. С ним встретиться было больнее всего, плюс, я не люблю прощаться. Это всегда неловко и слишком эмоционально. Не знаю, обычно, такое происходило редко. Но, не существует хорошего прощания.

Кручу ручку и вздыхаю, оглядываясь по сторонам, чтобы найти его сидящим на крыльце. Потом я вижу его грузовик, припаркованный у дороги. Опять смотрю на него. Делаю первые скрипучие шаги, отчего парень поворачивается.

- Как долго ты здесь... сидел? - спрашиваю его, и сажусь рядом, прежде чем он сможет встать. Я устала стоять на ногах, к тому же, у меня было очень тошнотворное чувство, которое я старалась игнорировать.

Он пожимает плечами, ничего не говоря. Кудрявый парень расслабляется, оперевшись локтями о бёдра и соединив ладони, прижав в губам. Глаза смотрят куда-то вдаль, на фонарь, который мигает ночью.

Я бы хотела, чтобы он не был таким тихим. Я моргнула и отвела глаза в сторону. Руки доходят до лица, убирая волосы назад. Я позволила своим глазам вновь посмотреть на него. Мне грустно от того, что мы не говорим, но я знаю, что дальше может быть больнее.

- Давай убежим, - внезапно предлагаю я.

Гарри смотрит на меня, мягко усмехнувшись.

- Конечно, - тихо говорит он, оторвав руки от губ.

Мои глаза вновь щипают.

- Я правда... - начинаю говорить, соединив руки. - Я люблю тебя.

Он глубоко дышит, чуть повернувшись, чтобы посмотреть на меня. Позволяю себе дотянуться до него, его щёк и губ. Сердечный, глубокий и больной поцелуй. Опускаю руки ему на плечи, в том время, как его обнимают меня за талию. Мы целовались довольно мало, но нам приходится оторваться друг от друга, поскольку поцелуй был очень эмоциональным, и воздух закончился.

Затаив дыхание, он в последний раз накрывает мои губы своими. Его нос прижимается к моей щеке, а глаза закрыты. Я слышу, как его губы бормочут, что он любит меня, обнимая крепче. Чувствую себя, как в аду.

- Всего лишь год? - спрашивает он. - Это столько мне нужно ждать, чтобы увидеть тебя?

Отстраняюсь от него, подняв голову, чтобы видеть. Брови соединяются, а на глазах наступают слёзы.

- Гарри... я не знаю. Я не знаю, вернусь ли сюда.

Он сглатывает и моргает, глядя на меня. Я видела в его глазах слёзы.

- Я забыл... что у тебя есть планы на будущее, - тихо говорит. - Надеюсь, ты станешь археологом.

- Честно говоря... я даже не знаю, чего хочу, - грустно улыбаюсь ему. Кладу руки ему на щёки. - Я уверена, ты уедешь отсюда. Я понимаю, что это место, в котором ты вырос, но рано или поздно, это всё равно произойдёт.

- Я не могу, - говорит. - Если я уеду, я оставлю Макса. Отца. Я не могу поступить с ними так же, как мама. Не стану этим жертвовать.

- Не обязательно думать так, - настаиваю. - Потому что это не так.

- Так, - упорствует Гарри. - Так оно и есть. У меня нет денег, ничего нет. Это просто... жизнь.

Брови хмурятся сильнее, а по щекам стекают первые слёзы.

- Нет, - шепчу ему, чувствую бурю эмоций. - Один год.

- Ты не знаешь этого. Ты сама только что сказала.

- Ещё один год, - твёрдо говорю ему.

- Алексис! - Голос Нонны прерывает нас. - Мы опоздаем! Бери чемоданы!

Наши головы поворачиваются в двери, и тяжело вздыхаем. Смотрю обратно на парня, и тот делает то же.

- Алексис...

- Я люблю тебя. Я хочу, чтобы ты перестал говорить такие негативные вещи, Гарри. Да, я не знаю, что может произойти. Но у меня достаточно надежды, чтобы верить, что мы снова встретимся.

- Когда? Через десять лет? - иронизирует Гарри. - Я не смогу жить с ложной надеждой. Больше не могу.

- Это лучше, чем ничего, - дрожащим голос произношу.

Словно в мгновение мы слышим шум в доме. Наши головы снова поворачиваются, а сердца колотятся. Я открываю дверь, Гарри следует за мной. Абсолютная тишина, приносящая меня в полный ужас.

- Нонна?!