Ну что ж, удачи ему.
Утром, проснувшись и выпив таблетку от головы, которая неимоверно раскалывалась, я пошла привести себя в порядок.Ура,каникулы,можно отдыхать. Выйдя из ванны, решила набрать маму и что-то приготовить.
- Мама, - сказала я встревоженно, - папа дома?
- Привет, милая. Он в командировке. Что-то случилось? - ответила мама.
- В командировке? Весело, - рассказала я маме, что произошло. - Приезжай ко мне, и побыстрее, я тебя встречу на вокзале.
- Боже, хорошо, милая. За что мне это? - произнесла мама, едва сдерживая слёзы.
Я отбросила мысли и начала быстро убираться в квартире, чтобы хоть как-то отвлечься. Но дрожь в руках не проходила.
Прошло пару часов, и я уже стояла на вокзале, ожидая маму. Ветер холодил кожу, но мне было всё равно - главное, чтобы она приехала быстрее.
Когда она вышла из вагона, я сразу заметила, как сильно она переживает. В глазах была тревога, лицо бледное, губы плотно сжаты.
- Кира... - только и сказала она, обнимая меня.
Я молча прижалась к ней. Мне тоже было страшно, но я не могла этого показать.
- Пойдём, - сказала я, беря её чемодан. - Нам нужно многое обсудить.
Мы пошли к выходу, и я уже знала - спокойной эта встреча не будет.
Я помогла маме собрать вещи, стараясь сделать всё быстро, чтобы не создавать лишних забот. Она продолжала говорить, что всё будет хорошо, что ей нужно немного времени для себя. Я чувствовала, как она пытается успокоить нас обеих, но всё равно оставалась тревога в её глазах.
- Мне нужно идти на работу, - сказала я, чуть замедляя шаг. - Ты тут пока отдохни, а если что-то понадобится - набери меня.
Мама тихо кивнула, её голос был мягким, но всё равно в нём была некая усталость.
- Я отдохну, если что наберу тебя. Спасибо, - мило произнесла она, и я почувствовала, как её слова стали для меня небольшим облегчением.
Я вышла, чувствуя, как сердце тяжело стучит, но все же знала, что мама в безопасности, а я должна продолжать свою жизнь.
Выйдя из квартиры, я пошла за товаром.Прокрутив привычную схему, я шла домой. В наушниках громко играла музыка, как всегда позволяя забыться на пару минут. Ритмы стихали внутренний шум, заставляя сосредоточиться.
В кармане куртки прочно лежали кастет и перцовый баллончик - моя новая защита, всегда под рукой. Я не думала, что мне может понадобиться что-то из этого, но быть готовой было важно. Я привыкла к этим вещам, они стали неотъемлемой частью моей повседневной жизни.
Кровь предложил помощь. Он всегда готов был быть рядом, если что-то шло не по плану. Вместе с его людьми они начали искать дополнительную информацию, что было мне полезно. Я доверяла ему, потому что знала, что он всегда в курсе, что происходит вокруг, и всегда сможет помочь, если ситуация выйдет из-под контроля.
Я шла по дороге, пытаясь не думать о многом, но когда увидела, как Мел стоит с Ритой у магазина, что-то внутри меня напряглось. Рита, кстати, так и не набрала, и я решила, что она, видимо, сама отходила после всего произошедшего.
Подойдя к ним, я поздоровалась и заметила, как Рита тут же задала вопрос:
- А ты чего так рано ушла вчера?
Я пожалела, что вспоминаю об этом, но всё равно ответила:
- Та я сильно выпила, Гена провёл. - Пнула камень под ногами, отвлекаясь от лишних мыслей.
Рита посмотрела на меня с таким выражением, как будто она что-то знала, намекая на что-то, но я быстро поняла, что она хочет спросить.
- Нет, Рит, ты чего, он мне как брат, - быстро сказала я, чтобы развеять её сомнения.
Мел, молча стоя рядом, курил свою сигарету. Я почувствовала, как его дым тянет меня, и, не раздумывая, достала свою пачку сигарет. Несколько вдохов - и я почувствовала, как успокаиваюсь, растворяясь в этом мгновении, как и он.
Как только я увидела Кислова, он появился прямо перед нами, выходя из магазина. Видимо, он и Ритка с Мелом просто гуляли, а тут остановились, чтобы подождать, пока Кислов зайдёт в магазин.
Он заметил нас, и на его лице мелькнуло какое-то выражение - может, удивление, может, что-то другое, но в любом случае я почувствовала, как его взгляд как-то задержался на мне. Но я решила не обращать на это внимания. Все эти мысли, все эти чувства уже не имели значения.
Рита, заметив его взгляд, слегка улыбнулась и, как ни в чём не бывало, продолжила разговор с Мелом. Я же просто снова затянулась сигаретой, стараясь не думать о том, что сейчас чувствует Кислов.
- Гуляли? - спросила я, немного склонив голову и ощущая, как странно это звучит в контексте всего происходящего. Внутри меня было как-то пусто, но, видимо, я всё-таки пыталась что-то узнать, вывести его на разговор.
Кислов немного смутился, но быстро взял себя в руки, кивая.
- Да, гуляли, - ответил он, сдержанно, будто чувствовал, что что-то не так.
Я же, решив изменить тему, добавила:
- А у меня мама приехала, кстати.
Моя фраза как будто разорвала напряжённую атмосферу, и я почувствовала, как в воздухе что-то поменялось. Может, это было потому, что речь шла о чём-то привычном и важном для меня, или может, просто потому, что не хотелось снова возвращаться к теме Кислова.
Кислов, как будто немного расслабившись, немного покивал.
- Правда? Это хорошо, что она приехала. Как она?
Рита и Мел обменялись взглядом, а я почувствовала, как появляется лёгкое напряжение. Наверное, они все понимали, что между мной и Кисловым что-то было, но никто не решался об этом говорить прямо. Я быстро смахнула взгляд с Кислова и ответила:
- Да, нормально. Сильно переживает, но я её поддерживаю.
Я почувствовала, как важно было теперь быть рядом с мамой, не смотреть назад, не зацикливаться на том, что случилось между мной и Кисловым.
Мел, заметив, что разговор стал немного тяжёлым, добавил:
- Хорошо, что всё уладилось. Надо отдыхать.
Он посмотрел на Риту, а та улыбнулась, явно готовая переключиться на что-то другое. Я кивнула, согласившись.
- Да, отдых - это то, что мне сейчас нужно, - ответила я.
Разговор немного стих, и все мы в какой-то момент замолчали, наслаждаясь моментом.
Напряжение повисло в воздухе, как тяжёлое молчание, которое никто не решался нарушить. Мы стояли рядом, и, хотя мы просто разговаривали, между мной и Кисловым витала какая-то странная, почти ощутимая дистанция. Взгляды пересекались, но каждый пытался избегать прямого контакта, будто боялся того, что скажет или подумает другой. Мы оба прекрасно знали, что то, что было между нами, уже не то, что раньше, но при этом никто не мог понять, что с этим всем делать.
Наши отношения были как замирающий момент, в котором не было ясности. С одной стороны, я уже осознала, что мои чувства к нему - это просто симпатия, не более. С другой, он продолжал смотреть на меня, пытаясь угадать что-то в моём взгляде, в моём поведении, и это словно снова возвращало меня в ту непростую ситуацию.
Но, несмотря на это молчание, я чувствовала, что всё равно какое-то странное притяжение остаётся. Он был мне важен, но теперь я уже не стремилась что-то изменить. Просто стояли рядом, словно чужие, но всё ещё каким-то образом связанными, в этой неловкой тишине.
С этого момента я приняла решение отпустить его, несмотря на всю сложность, которую я ощущала. Это было непросто, и каждый взгляд, каждый случайный момент, когда наши глаза встречались, напоминал мне о том, как много я ещё чувствовала, но я понимала, что не могу оставаться в этом тупике. Я не могла держаться за что-то, что уже не давало мне того же ощущения.
Я сделала шаг назад, не чтобы забыть, а чтобы отпустить. Принять, что не все вещи суждено сохранить, и это нормально. Пускай всё будет, как будет, и, возможно, так будет лучше для нас обоих.
Попрощавшись, я уже собиралась уходить, как вдруг меня окликнули.
- Дай номер свой, - сказал Иван, и я вопросительно взглянула на него.
- Пожалуйста, - добавил он, чуть смущённо.
Я молча взяла его телефон, записала свой номер и также молча ушла. Но вдруг заметила, что парень не отстаёт, и шаги за мной слышны всё ближе. Это меня начало раздражать, и я решила остановиться.
- Если хочешь проводить, иди хотя бы не как маньяк, - произнесла я, стараясь сохранить спокойствие.
Он слегка приостановился и спросил:
- А как?
- Рядом, - сквозь силу ответила я, ощущая, как мои нервы начинают сдаваться.
Как бы я ни хотела отпустить его, он продолжал пытаться привлечь моё внимание. Ну что ж, удачи ему.
Дойдя до дома, я не собиралась прощаться, просто молча направилась к лифту. Слышала, как его шаги не отходят от меня, но старалась не обращать внимания. Когда лифт наконец остановился на моем этаже, я вышла и продолжила идти, не оборачиваясь. Он всё равно следовал за мной, и я могла чувствовать его взгляд на спине, почти физически ощущая его присутствие.
Подойдя к своей двери, я медленно повернулась к нему. Он стоял там, немного растерянный, но с каким-то выражением, будто предчувствовал, что так будет. Я молча открыла дверь и, не сказав ни слова, резко захлопнула её за ним.
Он усмехнулся, но не стал пытаться снова поговорить. Я слышала, как он разворачивается и начинает уходить, его шаги отдаляются, оставляя меня одну. Моя рука ещё долго держала ручку двери, ощущая, как сердце бьётся, но как только он ушёл, напряжение ушло, и я снова оказалась в своей тишине.
Сегодня уснуть оказалось сложнее, чем во все остальные дни. В голове продолжали крутиться мысли, и каждая из них, как туман, словно не давала покоя. Время тянулось слишком медленно, а тишина в комнате лишь усиливала ощущение, что что-то не так.
Мои глаза не могли найти покоя, я ворочалась с боку на бок, пытаясь избавиться от навязчивых воспоминаний. Забыть о встречах, о словах, которые, казалось, повисли в воздухе и не отпускали. То ли мне не хватало ощущения контроля, то ли, наоборот, было слишком много всего, что оставалось в нерешённом состоянии.
Я долго лежала, слушая собственное дыхание, ощущая, как усталость давит, но не даёт спокойно погрузиться в сон. Всё что я хотела - это просто закрыть глаза и избавиться от всех этих тяжёлых мыслей. Но ночь не отпускала.
Мы продолжаем радоваться чему-то простому, не всегда понимая, что это простое — и есть самое ценное.