ВЫШКА

Я проверял налоги на перевозку багажа и как работает новый путь контрабанды, когда меня отвлек наш адвокат. Джейкоб работал больше тридцати лет на семью Кроно и знал толк во всей этой бумажной волоките. Он не вмешивался в криминальные дела, но отлично отстаивал права легального бизнеса.

Так же Джейкоб был настоящим сплетником. Иногда я еле выдерживал его часовые разговоры о политике и светских скандалах. Сегодня был тот самый день, когда мужчина узнал сенсацию на своём любимом новостном канале и хотел рассказать её каждому встречному.

Под руку как раз попал я, вызвав его для консультации по одном вопросу.

– А вы ужу придумали имя для своего ребёнка? Я могу отдать целый сборник с различными именами, нам с женой в своё время эта книжечка помогла.

– О чём это ты?

– Интервью твоей жены, она призналась, что в скорости вашу семью ждёт пополнение, – демонстративно погладил пивной живот мужчина.

Я сжал покрепче край стола, не выдавая своих эмоций. Я даже представить не мог, что моя жена расскажет всему миру о своей беременности, не думая о своей безопасности и ребёнка. Если мои враги воспользуются этим... Чёрт, нет.

– Не мне тебе советы раздавать, но это было смело до рождения малыша давать прессе такую ценную информацию, – покачал головой Джейкоб.

– Можно как-то мирно решить эту проблему?

– Беременность?

– Поставка товара, Джейкоб. Лучше не суй нос в мои семейные дела, пока я тебе его не оторвал.

Я не мог сосредоточиться на работе, думая о том, как буду разгребать всю эту кашу с прессой и Аминным признанием. Всё шло к тому, что сегодняшняя ночь снова пройдёт в офисе.

Я откинулся в кресле, массируя переносицу носа. Глаза уже устали от кучи монотонного текста и давно престали его различать. Я решил спуститься в холл и сделать себе кофе, чтобы немного разгрузить голову.

Внизу Берте срывал злость на своей новой ассистентке, показывая, как правильно делать ему лате. Я давно перестал делать ему замечания, ведь после потери единственной дочери он явно сошёл с ума. Пока он не трогал меня и мою семью – пусть живёт спокойно. Хотя его конфликт с Наталией меня настораживал.

Тем не менее сегодня я не наст роен читать ему лекцию о базовых правилах приличия. Под жужжание кофемашины обвожу взглядом пространство, остановившись на холле. Женщина спорила с охранником, что-то доказывая ему. Её лицо показалось мне слишком знакомым. Точно, гинеколог Амины.

Я решил подойти поближе и узнать в чём проблема. Женщина, увидев меня, помахала рукой. Сомнений не осталось, она искала меня.

– Кирилл Андреевич, эта миссис утверждает, что у вас назначена с ней встреча. Но в базе данных информации об этом нет.

– Пропустите её.

– Но пропуск.

– Я и есть её пропуск, – выжидающе смотр на парня, пока тот не простит женщину.

Охранник не будет со мной спорить, поэтому без проблем даёт зелёный свет. Я приглашаю её к себе в кабинет, где нас никто не услышит.

Я с трудом вспоминаю её имя, подсмотрев в телефоне контакты. Регина Карпен – одна из лучших гинекологов города. Что ж, надуюсь она пришла ко мне с хорошими новостями. Я предлагаю ей сесть, высовывая стул напротив себя.

– Кирилл Андреевич, извините за такое внезапное появление.

– Нечего страшного.

– Я хотела поговорить о вашей жене, точнее о её беременности.

Я согласно киваю, внимательно слушая врача.

– В медицинской карте Амины нет упоминания о процедуре ЭКО, но я не первый год работаю гинекологом, чтобы не увидеть признаков штучного оплодотворения. Я понимаю, вы известий человек и возможно не хотите оглашать проблемы с репродуктивной системой в вашем браке, но ради блага самого плода лучше продолжать вести беременность с гинекологом, который сделал вашей жене данную процедуру.

– Вы что-то действительно путаете.

– Кирилл, я не перепутаю природный эндометрий с тем, который подготовили гормонами.

У меня непроизвольно открылся рот. Я пытался проанализировать информацию, но мозг отказывался работать. Что за чушь? Как и когда Амина могла сделать ЭКО? Мы не говорили о детях, и она не горела желанием иметь ребёнка на пике свое карьеры.

***

Тем же вечером я сидел в кабинете одного киевского гинеколога, перебирая информацию о последних клиентах. Мои люди без труда отследили предвидение Амины по телефону, давая отчёт о каждом её шаге.

Я нагрянул с проверкой в клинику, которая могла тайно совершать штучное оплодотворение, обходя налоги и закон. Тем не менее в одном из ящиков было найдено тайные записи с информацией о клиентах. Среди десятков фамилий я нашёл свою, жадно всматриваясь в текст.

– Кто был донором сперматозоидом для Амины Царёвой? – спрашиваю у гинеколога.

– Это конфиденциальна информация.

– Завтра же я закрою эту шарашкину контору, а тебе припишут добрый срок из-за нелегального проведения процедуры ЭКО. У меня есть адвокат, который выбьет для тебя самый длительный срок.

– Макар Царёв, – выплюнула женщина, отворачивая голову.

Я хватаю врача за шиворот, вытрушивая с неё всю дурь. Она врёт, эта крыса мне просто врёт. Я не верю ей. Мой человек оттаскивает меня от этой бедолаги, прося прийти в себя.

– Кто был донором семени? – снова спрашиваю её.

– Я уже сказала. Не верите – есть результаты анализов.

– Неси.

Спустя полчаса я с трясущимися руками просматриваю клятые анализы, убеждаясь в правдоподобности слов гинеколога. Чёрт, чёрт, чёрт!

Я со всей силы толкаю стол, переворачивая его на пол. Мне мало, я хочу разрушить всё в этом кабинете, в этой стране и чертовом Мире. Вслед летят стулья, стеллаж и какие-то постеры. Я остаюсь один среди кучи мусора, спускаясь по стене.

С трудом нащупываю телефон в пиджаке, ища нужные контакты.

«– Слушаю, босс».

«– Чтобы к завтрашнему вечеру в моём доме никого не было».

«– Мне предупредить мисс Амину?»

«– Пусть моя жена не покидает территории пентхауса. Головой отвечаешь, Зиро», – я не узнаю своего голоса.

Мне потребовалось чуть больше суток, чтобы вернуться в Лондон. По пути я решал вопросы с прессой, затыкая им рты и пытаясь максимально убрать информацию о беременности Амины. О последней я не мог думать без злости, желая задушись собственными руками.

Подъехав к парковке пентхауса, меня встретили открытые ворота и Амина. Она хотела уйти, демонстративно показывая охране свою власть. Соблюдав со своими эмоциями, я схватил жену, вталкивая её назад.

Она ручалась и кричала, думая, что это становит меня. Закрыв входную дверь, мы остались одни со своими проблемами. Я остался наедине с источником всех моих проблем. И, о Господи, дай мне сил не убить эту женщину.

Подняв на меня свои кукольные глаза, Амина сделала шаг назад, явно заметив что-то неладное. Я не хотел подходить ближе, чтобы не нанести ей вреда.

– Когда ты думала рассказать мне о сделанном ЭКО с донором в лице моего брата?

– Кирилл, я всё объясню.

– Или вы смогли всё сделать природным путём, а это было лишь прикрытием?

– Сначала выслушай меня, я просто...– вскидываю руку вверх, обрывая её.

– Я устал слушать твою ложь, понимать и принимать твои чокнутые выброски. Ты хотела мне отомстить – отомстила. А теперь убирайся с моего дома.

Я отворачиваюсь от неё, хватая стакан для виски. Мне нужен алкоголь, лучше больше, чтобы забыть этот чёртов день. Никого не хочу больше видеть.

Амина не торопится уходить, переминаясь с ноги на ногу. Я обхожу её, уклонясь от протянутой ноги. На хуй её и всё их клятое семейство.

Девушка обгоняет меня и пытается снова прикоснуться, но я отшатываюсь от неё. Амина перекрывает мне ход, думая, что это что-то изменит.

– Я люблю тебя, – плачет она, разводя очередное представление.

– Ты никого не любишь кроме себя.

– Ты просто злишься, но тоже любишь меня. Я знаю это, не отрицай.

– Я любил Амину Царёву, а не монстра, в которого она превратилась. А теперь уйди с дороги.

– Кирилл...– тянется она ко мне.

– Исчезни с моих глаз!

Я отталкиваю её, поднимаясь наверх. Закрываюсь в своём кабинете, надеясь, что всё решится само собой. Откупорю бутылку виски, выпивая содержимое с горла. Хватит с меня на сегодня.

Телефон раздражает меня своим миганием. Я выключаю его, продолжая омывать свою печаль алкоголем. Время летит незаметно, когда открываю другую бутылку, а потом ещё одну, и ещё одну.

Я отключаюсь, видя чудесные сны. Но утро настигает первыми лучами солнца, напоминая о незакрытых шторах. Я морщусь от света, пока головная боль напоминает о тяжёлом вечере.

Кто-то настырно стучит в дверь. Наверное, Амина снова будет выносить мне мозги. Моя злость немного угомонилась для более конструктивного разговора. Но прежде я успеваю встать с пола, дверь вылетает с петель, пропуская внутрь Макара.

– А вот и ещё один герой драмы феерии, – хлопаю ладоши, зло усмехаясь.

– Где твоя жена?

– Тебя это волновать не должно.

– Идиот! – хватает он меня за шиворот, приводя в вертикальное положение. – Машина Амины найдена пуста на трассе.

Я тут же прихожу в себя, потирая глаза. Головная боль усиливается, но мне хватает сил дотянутся к выключенному телефону, чтобы запустить его. На экране тут же всплывают уведомления, но меня волнует лишь трекер передвижения. Сигнала нет.

– Чёрт.