Глава 8.6. Вязаный разум или история, связаашая Ель с Ивой.

- Ой, ты меня зовешь, да? Вновь указываешь путь? – догадалась она, - Спасибо!

Елица поспешила его догнать.

Идти за кошачьими лапками было очень увлекательно, ведь, стоило ей отстать хоть на пару шагов, звездная дорога недовольно замирала и звенела колокольчиком. Несколько раз Елица даже специально останавливалась, стараясь получить новую реакцию. В итоге она ее добилась:

Звездная дорога отошла на несколько шагов больше обычного и поднялась по воздухе, как паук по стене. Елица поспешила подойти, а после протянула руку, но та спокойно прошла через ничто, на котором стояли звездные лапки.

Елица нахмурилась и попыталась поставить собственные кукольные ноги на несуществующую стену, но ничего не получилось. Тогда лапки спустились, а после собрались в кучу и перед ней появился все тот же звездный светлячок. Он взлетел вверх, а после растворился в белой пустоте, подобно солнышку, укрывшемуся в облаках.

Как исчез, так сразу и появился из-за другой «стены».

- Пытаешься мне что-то объяснить?

Звездный светлячок, подлетевший вновь достаточно близко к ней, начал подниматься и опускаться, как бы кивая.

Вернувшись к «полу», он начал быстро летать, оставляя за собой желтый след, который представлялся почти рисунком, напоминающим прямоугольник.

- Что ты делаешь?

Он продолжал не останавливаясь, ведь ответ дать все равно не мог. По крайней мере словами.

- Мне нужно угадать, что это за рисунок?

Звездный светлячок одобрительно зазвенел, но не остановился, чтобы рисунок прямоугольника не пропал.

- Это прямоугольник.

Замерев на мгновение и потеряв рисунок, он взлетел выше, начиная «чертить» тоже самое, но уже на уровни ее глаз.

- Арка?

Звездный светлячок мочал.

- Дверь?

Светлячок остановился и радостно зазвенел, облетая несколько кругов вокруг девочки. Елица ему улыбнулась, посчитав его милым.

- Итак, значит, нам нужно найти дверь?

Он полетел в право, а потом налево, повторяя это действие несколько раз.

- А что тогда?

С большой скоростью звездный светлячок врезался в Елицу. Его прикосновение напоминало щекотку.

- С этим связанна я? – хихикнула Елица, успев погладить ладошкой комочек света, прежде чем тот отстранился и зазвенел, начав вновь прорисовывать очертания «двери» и подлетать к ней. – Указываешь на меня и на дверь… Хочешь этим сказать, что я… и являюсь дверью?

Вопрос был скорее риторическим, ведь звучал абсурдно. Однако светлячок сымитировал кивок и с большой скоростью, оставляя за собой след, как комета, подлетел к ней и пропал, коснувшись ее платья. Нет, он не испарился просто так, скорее… Елица ощущала теплое показывание в груди. Приложив руку, она прислушалась к себе.

Тудум.

Успокаивающий звук заставлял сосредоточиться и расслабиться.

Тудум.

Он отправлял в прекрасное место, наполненное красками и знакомое почти всем, кто имеет его.

Тудум.

Билось живое и теплое нечто в кукольном теле.

«Это так… привычно? Будто ко мне вернулось что-то давно потерянное.»

Тепло двигалось к «варежкам» и отдавало волнением. Она вздохнула, ощущая, как на «ладони» собирается свет. Руки непроизвольно потянулись к следу, что оставил звездный светлячок и, как только они коснулись, глаза начали видеть иное: яркие очертания, в точности повторяющие звездный свет светлячков, вырисовывали ей очертания двери.

«Пол», не дающий упасть раньше, перестал существовать и она почувствовала, как парит в воздухе. Страха не было. Волнения тоже. Елица ощущала лишь стук, отдающийся звуком во всем теле. Вытянув руку, она смотрела на образ двери, пока ее пальцы двигались в непроизвольном и запутанном танце, вырисовывая, как художник на холсте, линии золотистого цвета. Они мерцали, дрожали и в конце концов объединились в массивную дверь. Она блестела и отражала Елицу.

Все тело светилось желтым светом. Кукольные глазки-бусинки казались живыми, пряди красных волос напоминали огонь, светящийся в ночном костре, вот только… Кажется пламя было столь сильно, что до пепла сожгло пару прядей на челке, окрасив их в черно-серый цвет, отдавая ощущением пустоты. В остальном, она чувствовала себя куда лучше, чем когда только оказалась в этом теле. Даже платье казалось мягче, туфельки удобнее, а «варежки»… Елица ахнула, когда поняла, что на одной ее руке появились пальцы. Небольшие, тонкие и такие родные… Улыбка невольно появилась на все еще сшитом лице.

- Спасибо, звездный светлячок.

Тудум.