Silent cry

- Его уже что, выпустили? - Чонин косится в сторону столов с едой.

- Как видишь, - следом звон металлического предмета о стеклянную тарелку, Минхо выразительно выпускает вилку из рук.

Хёнджин проходит мимо их столика, не задерживаясь ни на мгновение. Ян Чонин звучно присвистывает. Милое личико Хвана украшала разбитая губа, огромный кровоподтёк от скулы до виска и пластырь поверх раны на щеке.

- Нехило ты его разукрасил, - поднимает ладонь, чтобы отбить руку Минхо, но сталкивается с, полным злости, взглядом Джисона.

- Какого хрена ты вообще на него с кулаками полез?! - в памяти разговор с Кристофером и его вполне прямолинейные намёки о последствиях. - Забыл, что после школы в универ поступать надо, - Джисон пихает Минхо локтем, - с такими рекомендациями тебя никуда не возьмут.

- Переживу, - Хан в ответ на это лишь обиженно надувает губы, - если тебе это так важно, я поступлю, куда скажешь, - шепчет Минхо в самое ухо, пуская по спине Джисона мурашки.

- Ты избил своего друга, - не успокаивает Хан, - он, конечно, мудак, но всё же.

- У нас с ним всё отлично, - Минхо поворачивается к проходящему мимо Хёнджину, - Джини, - машет рукой, получая в ответ средний палец, - вот видишь, полное взаимопонимание, - тянется за поцелуем, от которого Джисон успешно уворачивается.

Феликс провожает взглядом Хёнджина, тот идёт в сторону первокурсников. Все столы заняты, Хвану не нужно и слова произносить, чтобы компания молча поднялась и освободила ему место. Он садится за пустующий стол, бросая свою сумку на самый край. Ловит взгляд Феликса, слишком долго останавливаясь на нём, но вскоре отворачивается, комфортно разваливаясь на стуле. Феликсу по-хорошему стоит забить на него, вот только он слишком привык к нему, его случайным прикосновениям за едой и нежной полуулыбке.

- Нам нужен ещё один эльф, - заявляет Джисон, отсаживаясь в сторону на полметра от своего парня. Минхо закусывает нижнюю губу с наигранной обидой, а в глазах дикий огонь и мысленная расправа над Ханом. Желательно прямо сейчас, но он подождёт и до вечера. - Феликс, ты ведь не против?

- Я могу хоть один день в школе нормально провести, - парень утыкается взглядом в тарелку. - Я, конечно, не против тебе помочь, но кто ещё исполняет такую почетную роль?

- Минхо и Чонин, - Джисон широко улыбается, а взглядом косится в сторону своего парня.

- Как он только тебя уговорил?

- Есть у него пара приёмов, - отвечает Минхо, а сам прищурившись, смотрит на Хана.

- Извини, но, как представлю тебя в коротких зелёных шортах, колпаке и гольфах, сложно сдержаться, - за столом поднимается громкий смех, половина студентов поворачивается в их сторону. Только Минхо сверлит взглядом всех по очереди.

- Ханни, дорогой, какого хуя?!

- Мин-мин, ты уже согласился, - Джисон вытаскивает из своего арсенала самую милую улыбку и накрывает губы Минхо своими.

***

Феликс устал. Безумно устал ничего не чувствовать в последнее время, лишь стойкую апатию.

«Пассивам слова не давали».

Проносится в голове на повторе, бесчисленное количество раз. Парень, когда первый раз услышал, внутри что-то звучно оборвалось и всё. Никакой злости, только пустота. Феликс встаёт с кровати, которую занимал добрый час, тупо пялясь в потолок. Он тянется к рюкзаку, выуживая оттуда таблетки.

- Чёрт, - громко срывается с губ.

- Ты чего? - из дверного проёма в ванную высовывается мокрая макушка Джисона.

- Не могу доклад по истории найти, - врёт парень, засовывая таблетки назад.

Принимает единственное адекватное для себя решение, больше пить их не будет. Ему осточертело состояние, напоминающее безжизненную субстанцию. Проходит всего пара дней и Феликс «оживает». Замечают это все. Смеётся он громче, радуется искренне и злится как раньше, смешно надувая губы. И всё бы ничего, но с этим приходит и глубокая обида на Хёнджина. Его слова воспринимаются не с привычным уже безразличием, а болью где-то под рёбрами. С каждым днём это чувство всё сильнее. Хван больше не сидит с ними в столовой. С Минхо они опять общаются и, кажется, их дружба всё-таки пережила временный кризис. В сторону их столика прилетают редкие взгляды, адресованные Феликсу. Хёнджин улыбается, у Феликса очередной болезненный спазм в грудной клетке. Так продолжается почти неделю. Молчаливые переглядки, и лишь одна попытка поговорить.

- Феликс, - Хёнджин хватает парня за локоть у самого входа в кабинет биологии, тот смотрит на сцепленные пальцы Хвана и встречается пустым взглядом с их обладателем. У Хёнджина пробегает холодок по спине и он сам отпускает парня.

- Мне стыдно за то, что я сказал в тот день, - Хван не решается повторять свои слова, его и так понимают. Едва касается пальцами щеки Феликса, но сразу опускает её, сейчас это неуместно. - Перед Минхо я извинился, думаю и перед тобой нужно.

Ли Феликс смотрит пристально, синяки на лице Хёнджина практически сошли, только рана осталась, ярко выделяясь на пухлых губах.

- Считай, что уже это сделал, - коротко кивает парень и отворачивается.

- Ликси, - Хёнджин делает шаг навстречу, выдыхая имя в самое ухо.

«Молодец, Феликс, это ты хотел чувствовать?» - спрашивает у самого себя парень, с силой зажмуривая глаза. Он давит подступающие слёзы. Воздух застывает в груди, боль не даёт выдохнуть. Феликс рывком открывает дверь и проходит в класс, шумно хлопая ей перед самым носом Хёнджина.

***

- Соблюдайте тишину, - чеканит учитель, несколько раз ударяя учебником о стол.

Звук перекрывает поднявшийся смех и оживлённые разговоры. Чонин бросает взгляд на экран телефона, в диалоге висит непрочитанное сообщение.

- Что там? - тихо интересуется Феликс, стараясь не привлекать внимание преподавателя.

- Телефоны положили на стол! Или на перемене вам зачитать устав школы?

Все послушно откладывают смартфоны из рук, разговоры не прекращаются, хоть и переходят на уровень шёпота.

- Опять какую-то хрень в школьный чат скинули, - пожимает плечами Чонин, не успевая разблокировать телефон.

- Ли Феликс, - дверь резко открывается, с треском ударяясь в стену. Кристофер сжимает руки в кулаки, но те находятся в карманах брюк, скрывая состояние завуча, - ко мне в кабинет.

Феликс поднимается с места, делает пару шагов и класс разрывается на дружный смех. Он неприятно бьёт по барабанным перепонкам. Чонин ошарашено оглядывается на учеников и тянется к телефону, смотрит на всплывшие фотографии в диалоге, а после на удаляющуюся спину друга.

Внутри Феликса всё сжимается от волнения, которое очень быстро перерастает в панику. Завуч молча приглашает присесть напротив, не сводя с него глаз. Взгляд пронизан злостью с примесью сочувствия. Кристофер шумно выдыхает, поворачивая монитор своего рабочего компьютера к Феликсу. На экране школьный чат фейсбука и две картинки, отправленные с учётной записи под ником Ли Феликс, где расположена «радужная» аватарка. На первом изображении он с Хёнджином в танцевальной студии. Кому-то удалось запечатлеть момент их поцелуя. А на второй прайс цен на услуги. Феликс тупо смотрит на экран расширив глаза до невозможности.

«Поцелуй-10 долларов... Секс-1000 долларов.»

Парень цепляется только за начало и конец, он не вчитывается в весь список «услуг». Ниже указан номер Феликса. В кармане раздаётся вибрация смартфона, от которой ученик подскакивает и дёргается всем телом.

- Мистер Бан, - запинается Феликс, - это не я, - он медленно мотает головой. Ему это снится, совершенно точно.

- Знаю, - Кристофер разворачивает компьютер на место, закрывая изображения, - это Со Чанбин. Наш программист выяснил с какого компьютера было всё отправлено. Феликс, кто избил тебя в туалете?

Парень напротив словно в трансе продолжает мотать головой. Телефон в очередной раз оповестил о входящем сообщении, вызывая дрожь по всему телу.

- За это, - завуч тыкает в монитор, - я максимум что могу сделать, это отстранить его от занятий и то временно, - смотрит на Феликса, пока парень прожигает точку на сцепленных в замок ладонях. - Все фотографии удалят.

В коридоре раздаётся звонок и ученики медленно покидают классы.

- У тебя следующим английский, можешь пропустить.

- Н-нет, - заикается Феликс, - я пойду.

Парень на ватных ногах поднимается, идёт до двери и с другой стороны врезается в широкую грудь.

- О, принцесса, - Чанбин с силой сжимает запястье Феликса, - отсосёшь мне? Я по двойному тарифу оплачу, - несколько раз толкая язык за щёку.

Слова прилетают как пощёчина, в миг отрезвляя Феликса. Он отталкивает Чанбина подальше от себя, слышит полный удовольствия смех. Дверь в кабинет завуча открывается, Феликс, пользуясь моментом, заворачивает за угол прямо к лестнице на второй этаж.

- Вызывали? - с ухмылкой говорит Чанбин, проходя вглубь кабинета.

Телефон в кармане не прекращает вибрировать. Феликс бежит по ступенькам, затем по коридору этажом ниже, на другом конце которого видит столпившихся студентов. Они стоят небольшой кучей у доски объявлений рядом с кабинетом английского. Даже с такого большого расстояния прекрасно видно, что та обклеена сплошь фотографиями из школьного чата. Феликс бесшумно останавливается позади всех, на него не смотрят. Все слишком увлечены зрелищем перед собой и его обсуждением.

- Хёнджин, случайно не первым клиентом у Феликса был? - спрашивает Метью, студент из параллели Хвана.

- Хуйню не неси.

- Ты тут слишком довольный, - Метью тыкает в распечатанное фото поцелуя.

- Качественный фотошоп, - бросает Хёнджин, складывает руки на груди.

Метью многозначительно изгибает бровь, пожимая плечами.

- Гляди, - парень тянется рукой к соседней распечатке, - ты всего за пятьсот долларов можешь трахнуть это милое личико, а за штуку и его задницу.

- Заплати мне в сто раз больше, я всё равно даже не посмотрю в его сторону, - слетает с губ Хёнджина.

Феликс горько усмехается. Звук тонет в окружающих разговорах.

- Ничего себе, - присвистывает Метью, - да за сто штук я бы с радостью поимел австралийского красавчика.

- И не противно тебе о таком говорить, - кривит лицо Хван, в пол оборота глядя на собеседника.

- А что собственно в сексе противного?

- Феликс!

Джисон налетает со спины, слегка толкая. Феликс не оборачивается, зато это делает Хёнджин, сталкиваясь с, прожигающим от холода, взглядом парня. Руки безвольно повисают вдоль тела, в глазах страх. Хван до боли закусывает изнутри губу, чувствуя металлический вкус на кончике языка. С какого именно момента он слышал их разговор? Феликс тянется к доске, срывая два листа за спиной Хёнджина, сминает в кулаке и впечатывает их в грудь парня.

- Разошлись все! - разрезает толпу одним голосом Минхо.

Учащиеся расходятся по разным сторонам коридора, мгновенно замолкая. Джисон снимает несколько листовок, протягивая их своему парню. Минхо помогает, к ним присоединяется Чонин, а Феликс пятится назад, наконец разрывая зрительный контакт с Хёнджином.

Друзья приходят спустя пару минут. Феликс сидит в пустом классе английского. Ставит телефон на беззвучный, попутно блокируя все номера, с которых приходили бесконечные сообщения. Чонин садится за соседнюю парту, а Джисон с Минхо стоят напротив. Никто не решается заговорить первым.

- Фото настоящее, - выдыхает Феликс, - ему десять дней кажется, - вспоминает парень, - в тот вечер мы с Хёнджином переспали. Да, всё нормально и нет, я не хочу об этом говорить.

- Нихуя не нормально, - возмущается Хан, - Феликс, ты знаешь, кто это сделал?

- Чанбин, он сейчас у завуча и насколько я понял его отстраняют от занятий, - сухо прилетает в ответ.

- Скажи, что он тебя избил. И тогда его не просто отстранят, а вообще посадят. Ему уже восемнадцать, - давится от возмущения Джисон.

- Парни, я вас очень прошу, сделайте вид, что ничего не было. Не хочу ещё и от вас про это дерьмо выслушивать, - он кивает головой в сторону стопки бумаг в руках Минхо.

- Но Феликс...

- Ясно, увидимся на истории, Ян, - он прерывает Чонина, сгребает всё со стола в рюкзак и выходит из класса.

Кристофер любезно разрешил прогулять урок. Что ж, он с радостью воспользуется одноразовой акцией. Феликс выходит из учебного корпуса, у дверей ещё стойкий аромат табачного дыма. Он идёт вдоль здания, сворачивает на узкую тропинку, вдали видно козырьки беседок. Хоть час, но он побудет один. Остался последний урок, после которого Феликс благополучно может скрыться за дверью своей комнаты. Или?

Внутри всё пусто. Чистый лист, на котором боль рисует свои узоры, разрастаясь с каждой минутой, пытаясь выйти за край. Феликс сдерживает её. Это пройдёт, он уверен, всему всегда приходит конец. Слёзы застывают в глазах, а время, отведённое на урок английского, стремительно тает. Нужно сделать вид, что всё в порядке, иначе Чонин весь следующий урок будет донимать вопросами. Феликс улыбается, смотря в своё отражение на глянцевой поверхности смартфона. Ужасно, словно застывшая восковая фигура. Улыбка сходит с лица, на её месте другая. Лучше, но недостаточно. Парень трясёт головой, пробует ещё раз, наконец добиваясь желаемого результата. Цепляет маску на лицо, ему всего-то осталось продержаться до вечера, пока не останется один.

*

Урок истории тянулся неимоверно долго. Преподаватель монотонно зачитывала лекцию, попутно спрашивая самых зазевавшихся учеников. Феликс успешно избегал такой участи, он хоть и не слушал, но делал максимально вовлечённый вид, мыслями витая вокруг исписанного наполовину листа. Он наконец решает, чем закончить свою речь и ставит точку, одновременно со школьным звонком. Класс моментально оживает, все спешно собирают вещи.

- Я думал усну, - Чонин бросает сумку на стол перед другом, - давай скорее сваливать. Хочу есть и смотреть какую-нибудь тупую комедию. Присоединишься?

- Эм... - Феликс вспоминает, чем он вообще планировал сегодня заниматься, - Джисон, кажется, просил послушать его рождественскую речь. Давай в другой раз.

Парни выходят из учебного корпуса, на улице заметно холодает. Доходят до общежития, пряча замёрзшие руки в карманах.

- Ты куда? - Чонин вопросительно смотрит на друга. - Как же ужин?

- Заброшу вещи и приду, - безлико бросает Феликс, - хотя, если честно, я не голоден.

Мимо проходят ученики из параллели, косясь в сторону Феликса. Не смеются, но начинают перешёптываться, пихая друг друга локтями, пока не скрываются за поворотом. Слышатся громкие голоса, но о чём те говорили не разобрать. Чонин замечает, как напрягается Феликс, опуская взгляд под ноги.

- Ты в порядке?

Феликс слышит нотки беспокойства в голосе друга и смотрит на него с самой широкой улыбкой.

- И не такое переживал, забей, - правдоподобно отмахивается Феликс. - Ты иди, я быстро.

Чонин четверть минуты обдумывает, тянет ломаную улыбку и кивает другу.

Каждый шаг до их с Джисоном комнаты болью отдаётся в висках. Он поворачивает ключи, цепляясь взглядом за вечно горящую гирлянду. Бесит. Феликс выдёргивает провод из розетки, погружая комнату в приятный полумрак, разбавляемый светом уличных фонарей. Как в замедленной съёмке снимает школьную форму. Вытаскивает из шкафа любимые чёрные джинсы и подарок Джисона. Он так редко надевал эту чёрную толстовку, что стало даже тоскливо. Феликс проглатывает ком в горле, медленно натягивая на себя одежду. Он опускает рукава на самые пальцы, а сиреневые волосы скрывает под объёмным капюшоном. Тепло разливается по телу, а внутри леденящий холод. Открывает приложение для вызова такси, набирает пункт назначения и несказанно радуется наличию пропуска и возможности покидать школу в любое время. Спасибо занятиям с психологом. Окидывает взглядом комнату и понимает, как мало времени у него остаётся. Джисон вернётся с факультатива через пол часа, если решит заглянуть в столовую, а не поедать огромные запасы снеков, то через час. Феликс достаёт все учебники, складывая ровной стопкой на краю стола, в центр сложенный дважды листок, поверх него телефон. Решает дождаться такси на улице, и напоследок выдвигает барный стул на своё законное место посреди узкого прохода.

*

В машине шумно от громкой музыки, да ещё водитель постоянно пытается завязать разговор. Феликс раньше не замечал насколько это раздражающая привычка почти всех таксистов. Лифт в торговом центре встречает ярким светом, больно бьющим по глазам. Феликс едет в нём один, ему даже показалось, что он всех отпугивает своей аурой, а люди обходят его на приличном расстоянии.

Смотровая площадка пуста, да и кому придёт в голову ошиваться здесь в такую погоду. Руки опускаются на перила, а взгляд скользит по ярким верхушкам зданий вокруг. Город с этого места, как на ладони, большой, пугающе большой. Холодный воздух впивается в кожу крошечными иголками, вызывая онемение на каждом открытом участке тела. Феликс перегибается через свою опору, заглядывая в пугающую пустоту. Мысленно обдумывает, как осуществить свой ужасный, во всех отношениях, план. Прикрывает глаза, представляет, как летит вниз, а земля с каждым мгновением стремительно приближается. В его голове всё происходит быстро и он едва заметно кивает, полный решимости. Распахивает глаза и цепенеет, всё вокруг кружится, парковка у входа в здание начинает отдаляться, словно её тянут вниз, а Феликса наверх. Парень отталкивается от перил, пятится назад, оседая на ледяную поверхность под ногами. Всё тело трясёт от страха или холода, парень разобрать не может. Только сердце стучит в грудной клетке, загнанным зверем. Феликс сжимает толстовку на груди, до боли царапая пальцами кожу.

В мыслях проносятся картинки прошлого. Трой, со своей тёплой улыбкой. Его стеклянные глаза, направленные в пустоту. Феликс машет головой в разные стороны, прогоняя воспоминания. На место им всплывают улыбки родителей и их бесконечная забота. Неугомонный Джисон, который определённо прибил бы друга за такое и даже Минхо не остановил бы своего парня. А Чонин наверно до сих пор ждёт его в столовой.

Даже на такой высоте слышно шум города. Звук машин, каких-то сирен далеко от этого места. По щекам Феликса текут слёзы, застилая картинку перед глазами. Он смазано видит слабые точки на небе, фонари на стенах.

«В какой момент моя жизнь свернула не в ту сторону?»

Вспоминает каждый укол в свой адрес от этих богатеньких ублюдков. С губ Феликса срывается первый всхлип, перерастая в самую настоящую истерику. Чувствует кулаки Чанбина на своём теле и боль от них. Поцелуи Хёнджина и его оскорбления. Их первую и единственную ночь вместе. Дыхание останавливается. Феликс касается своих губ онемевшими пальцами, вспоминая тепло от прикосновений Хвана.

«Заплати мне в сто раз больше, я всё равно даже не посмотрю в его сторону.»

Феликса складывает пополам от боли. Она рвёт на части, не позволяя собрать мелкие кусочки воедино. Всё, чего сейчас хочет парень - это почувствовать апатию, что сопровождала его существование последние недели. Феликс фокусирует взгляд на рюкзаке, брошенном у края площадки, не поднимаясь на ноги, подползает к нему. Пальцы потряхивает, пока они нащупывают молнию и открывают оранжевые баночки с таблетками. Те почти нетронуты, Феликс выпил неделю назад по паре из каждой. На ладони помещается половина от всех лекарств.

Глубокий вдох.

Феликс отправляет два десятка таблеток в рот. Все сразу проглотить не получается, запить их нечем, приходится давиться, но парень не останавливается. Немедля справляется и со второй порцией антидепрессантов. Откидывается спиной на перила со стеклянным ограждением и вполоборота смотрит вниз. Размеренная жизнь, которая там кипит успокаивает. Мысли постепенно покидают уставший мозг, эмоции стираются, оставляя вместо себя долгожданную пустоту. К горлу подступает тошнота, но Феликс её не чувствует, погружаясь в неизбежный сон.