Я найду тебя.

— Знаю. Он в больнице.

Анна с сочувствием смотрела на лучшую подругу, которая застыла как статуя с неверующим взглядом. Брюнетка мысленно молилась, практически умоляла, чтоб Айгуль не стала противиться и с понимаем отнеслась к тому, что в больницу они не пойдут. По крайней мере, точно не сейчас.

Но не свезло.

Айгуль тут же развернулась и быстрым шагом ринулась в сторону местной больницы. Анна тут же побежала следом за ней, крепко хватая ее за руку в попытке остановить.

— Айгуль, мы не можем... Нам нужно в видеосалон!

— Да к черту этот салон! Почему ты сразу мне не сказала? — на ее щеках застыли горячие слёзы. Она впервые посмотрела на подругу таким, до боли, разочарованным взглядом.

— Нам небезопасно сейчас гулять по улице! Айгуль, прошу тебя...

— Во что ты ввязалась? Нас что, преследует кто-то? Мне нужно к Марату, пусти!

Айгуль громко кричала, отчаянно вырываясь из цепкой хватки подруги. Анна была готова рухнуть на землю от бессилия, ведь ей было очень жаль блондинку, но их безопасность сейчас была превыше всего. Она была уверена, Кащей неспроста указал на то, что им не стоит ходить одним, тем более, после произошедшего.

— Айгуль! Нам нельзя...

— Пусти! Клянусь, Аня, если не отпустишь, то я... Ударю тебя! — подруга в ярости пыталась ее оттолкнуть. Вот тут-то нервы девушки не выдержали.

— Хорошо! Иди! Только потом не жалуйся, когда будешь ходить такой же разукрашенной, как я, или еще что похуже! — она отпустила ее руку, делая резкий шаг назад.

Айгуль застыла в непонимании. Конечно, она догадывалась о том, что ее подругу избили чужие пацаны. Но, мысль про Марата, и о том, как ему сейчас одиноко в больнице, застилала глаза, не давая мыслить разумно. В мгновение ей стало очень стыдно за свое поведение. Они обе тяжело дышали, глядя на друг друга. Это их первая ссора за всю историю их дружбы.

— Они... Они к нам домой пришли. Его так сильно избили, я думала, он умрёт... — Анна неожиданно стала откровенничать. — На моих глазах, Айгуль.

— Анечка...

— Я... Меня к батарее привязали, я еле вырвалась. Это так страшно. — она горячо расплакалась, судорожно начав тереть глаза.

— Господи, прости меня... Прости. — подруга тихо подошла к ней, крепко прижимая к себе.

Они простояли так минут пятнадцать, прежде чем Анне удалось взять себя в руки. Ее быстро успокоила мысль о том, что сейчас они находились в людном месте, где может быть кто угодно. Поэтому, быстро вытерев последние слёзы, она взяла подругу за руку, направляясь к видеосалону. Было видно, что Айгуль от всей души не хотелось туда идти, ведь та грезила только беспокойством за собственного парня, но деваться было некуда. Короткий рассказ Анны о произошедшей с ними ситуации поубавил смелость блондинки. Она смиренно шагала за подругой.

Их без проблем пригласили внутрь. Видеосалон еще был закрыт для посетителей, но их, как приближенных к группировке впустили сразу же. Внутри был Турбо и Зима, которые отчитывали мальчика лет двенадцати за то, что тот на кого-то огрызнулся. Анна легко улыбнулась, смотря на пацаненка с пухлыми щечками, который был одет в куртку на пару размеров больше. Он выглядел забавным, но тем не менее, уже состоял в ОПГ.

— Еще раз услышу, Лампа, в фанеру пропишу! — грозный тон Валеры был слышен даже с улицы.

— Понял.

Девушки присели на те самые два кресла, на которых Анна тогда отдыхала с Кащеем. Воспоминания о том дне вызвали бурю эмоций, как положительных, так и негативных. В тот самый день она лишилась собственного дома, в крах рассорившись с матерью. Сейчас она задумалась о том, случился бы с ней тот ужас, если бы девушка была у себя? Этого она уже никогда не узнает.

Айгуль завела легкую беседу, дабы отвлечь их обеих от непростых мыслей. Она старалась не подавать виду, но по неизмеримой грусти в ее больших глазах было всё понятно. Девушка была готова отдать всё на свете, лишь бы оказаться сейчас в больнице, сидя у кровати любимого. Но увы, судьба распоряжалась иначе, подкидывая подлянку. Анна большим пальцем поглаживала ее ладонь в поддерживающем жесте, попутно успокаивая себя. За столь короткий срок, она научилась быть хладнокровной, хоть и не всегда получалось. Но, ее способность рассуждать и говорить себе, что с ней все в порядке, оказалась недостаточным убеждением для ее разума и тела. Она чертовски устала.

Голоса парней стали громче, когда они заходили с улицы внутрь. За ними потянулся неприятный холод и шлейф сигаретного дыма. Айгуль поёжилась, натягивая на хрупкие плечи белоснежную шубу. Она с такой надеждой глядела на вход в видеосалон, будто надеясь, что туда войдет целый и невредимый Марат. Анна не стала уточнять, что именно приключилось с другом, ведь и сама толком ничего не знала. Кащей толком не объяснил ей, что с ним произошло, лишь намекнул на то, что ему хорошенько попало. А где и при каких обстоятельствах – было неизвестно. Девушка догадывалась, что та стычка и побоище в квартире Кащея были между собой связаны. Получается, что она была всего лишь случайной жертвой. Такая себе плата за то, что полюбила бандита.

Вошедшие парни спорили между собой о том, кто теперь будет отвечать за оплату «киносеанса». По их разговору, девушки узнали, что за это всегда отвечал Марат. Айгуль шумно выдохнула, стоило ей лишь услышать имя любимого. На ее глаза налились слёзы, которые она быстро смахнула рукой.

— Да уж, не во время конечно малой слёг. Кого теперь ставить? Лампу, что ли?

— Да не, Валер. Лампа еще малой сильно, если вдруг какие пацаны зайдут, вряд ли оплату выбьет.

— А давайте я буду? Временно, пока Марат не вернется... — резкий возглас Айгуль разнесся по всему помещению. Анна с недопониманием покосилась на нее.

— А ты справишься? — Валера удивленно на нее посмотрел.

— Да что там справляться? На входе стоять и деньги с рук брать? С этим любой школьник справится. — блондинка уверенно взглянула на него в ответ.

— А не боишься?

— Кого мне бояться? Гопников, что ли?

— Хорошо. Принято.

У Анны едва не отвисла челюсть от такой вольности подруги. Она не была уверена, что это хорошая идея, но с другой стороны понимала ее рвение быть ближе к парню. Но всё же, ее очень беспокоил тот факт, что ее хрупкой Айгуль придется большинство своего времени проводить здесь, в компании группировщиков. А вдруг кто-то чужой зайдет? А если те самые с Разъезда? На блондинку итак положил глаз один из них, который уже пытался украсть ее с самого ДК. Украсть отсюда было еще проще.

— Айгуль, может не стоит...

— Даже не пытайся что-то сказать. Я уже всё решила. — впервые за сегодняшний день на ее лице расцвела привычная улыбка. Подруга точно была довольна собой.

Они еще немного посидели в видеосалоне, когда им захотелось пройтись. Анна решила, что прогуляться вокруг здания будет безопасно, да и к тому же, совсем рядом были свои пацаны. Вдруг что, они успеют убежать. У нее начинала болеть голова, и решить эту проблему мог только свежий воздух. Айгуль восприняла эту идею в радость, шепча о том, как ей надоело сидеть на одном месте и слушать бессмысленные споры парней о машинах и рыбалке. Типичные мужчины, как их назвала блондинка.

Они вышли на улицу, жадно вдыхая морозный воздух. Подруги обе уже успокоились, хоть у них и остались вопросы. Анна взяла себе на заметку, что обязательно устроит Кащею вечером допрос, и если нужно будет, то с пристрастием. Она вспомнила, что так и не рассказала лучшей подруге о том самом дне, а точнее, про его конец. Почему-то, было совсем неловко заводить тему об этом, ведь в их времена это не было тем, о чем открыто разговаривали. Но, Анна была уверена, что своей любимой блондинке можно было доверить абсолютно всё, не переживая даже о том, что кто-то узнает.

Девушка настраивалась около пяти минут, пока быстро не протараторила:

— Мы провели ночь вместе...

Ей казалось, что глаза Айгуль выйдут из орбит. Подруга даже приоткрыла рот от внезапной новости, которая повергла ее в полнейший шок. Ее белоснежные щеки тут же залились краской, показывая как та засмущалась от услышанного.

— Аня, мать твою! Как так?

— Не спрашивай, как это произошло. Я сама не до конца это осознаю.

— Ты жалеешь? — брюнетка всего на секунду задумалась над вопросом подруги.

— Знаешь, совсем нет... Мне даже понравилось.

— Ань, а ты уверена, что он тот самый? Ну... Ты его любишь? — она понимала, почему девушка задавала ей этот вопрос. С начала их отношений прошло совсем мало времени, а всё уже так быстро закрутилось.

— Мы уже столько с ним пережили за эти последние полтора месяца... Я думаю, что да. Я полюбила его.

Они еще немного пообсуждали эту тему. Айгуль с искренним интересом расспрашивала ее обо всех тонкостях, о том, было ли ей больно в процессе, и какие вообще были ощущения. Эти вопросы вгоняли Анну в краски, заставляя чувствовать легкий дискомфорт, но она ответила почти на всё. В голове сразу же начали всплывать образы, напоминая о том, насколько приятным было быть с ним настолько близкой. Его бесстыдные и грубые прикосновения, разгоряченные поцелуи и взгляд с застывшим обожанием. Ей определенно это нравилось.

За разговорами они не заметили, как быстро пролетело время. На улице начинало вечереть, и Анна подумала о том, как же им добраться домой. Ей было страшновато даже днем находится на улице одной, что уж говорить о вечере. Темнота не несла за собой ничего хорошего, она поняла это еще тогда, когда убегала от синих жигулей. Сейчас же, после того ужасного случая, в ней тонкими щупальцами расползалась паранойя. Навязчивая мысль о том, что за углом ее поджидают, не давала покоя.

Она могла бы попросить кого-то из парней провести ее. Но, зная своего возлюбленного, он испепелит сначала ее, а потом сопровождающего. Провоцировать на лишнюю ревность не хотелось, но и подвергать себя лишней опасности тоже. Поэтому, вся надежда была на то, что он приедет и заберет ее. Отвезет в квартиру, в которую совсем недавно так легко и просто ворвались трое вооруженных подонков, избив ее и его до полусмерти. Его дом не вселял чувство спокойствия, но его присутствие было хоть каким-то спасательным кругом для ее неустойчивой психики, которая с каждым днем расшатывалась еще больше.

Айгуль, не выдержав, попросила Зиму провести ее хотя бы до двора. Ей срочно нужно было домой, пока мама не начала бить караул, ведь дочь даже не предупредила ее о том, что после школы пойдет гулять. Быстро попрощавшись, она вышла из видеосалона, натягивая теплую шапку на голову. Перед тем, как уйти, подруга договорилась с Валерой, что завтра придет как можно раньше, чтоб открыть салон и вступить в свои временные обязанности.

Анна осталась наедине с Валерой, который не обращал на нее никакого внимания. Парень задумчиво рассматривал новые кассеты, читая на обертке содержимое фильма. Она задумалась о том, что тогда ей рассказала Айгуль. Про чистых и грязных девушек, и о понятиях группировщиков. Совсем недавно ее честь была с ней, но повинуясь обстоятельствам, брюнетка довольно быстро ее запятнала. И как теперь к ней могли относиться? Ее это не сильно волновало, ведь Кащей не был маленьким мальчиком, который пошел бы трезвонить об этом всему свету по секрету. Глупые мысли.

Он приехал за ней, когда на улице уже совсем было темно. Анна не знала, сколько времени провела в ожидании. Она все еще была слегка обижена на него за его утреннее поведение и холод по отношению к ней. Девушка точно этого не заслуживала, ведь была совсем паинькой.

— Птичка, заскучала?

— Пока тебя дождешься, постареть можно. Где ты был?

— Обсудим всё дома, иди в машину. Мне нужно поговорить с Валерой.

— Ага.

Анна послушно пошла к выходу, немного замедляясь. Еще в глубоком детстве ее учили тому, что подслушивать нехорошо и бескультурно. Но, что поделать, если недосказанность бесконечно начинала раздражать? Она аккуратно притаилась у выхода, напрягая собственный слух. Девушка понимала, что если кто-то ее заметит, ее точно будет ждать строгий выговор. Но интерес был выше всего этого, поэтому она стала внимательно слушать, впитывая в себя всю информацию.

— Кащей, так что по итогу с Маратом-то?

— Черепно-мозговая. Досталось крупно, не скоро еще отделается. Разъезд уже в край ахуели, мало того, что пацана забили, так еще и ко мне в дом пришли.

— А как так вышло вообще? Че они к Марату прицепились?

— Да пацан там один, Голик, к подруге его пристал. На той дискотеке, где Ералаша запинали, утащить ее пытался. Анька моя защищать полезла, и он ей нос сломал. Вот малой и не выдержал. — девушка услышала щелчок зажигалки. — Пришел, рассказал. Ну мы с ним и поехали туда.

— А нас-то че не взяли? Мы б им, сука, мозги прошибли.

— Да кто ж знал, что так пойдет? Мне знающие подсказали, что Голик этот, вечно со своей тарантайкой в гараже пропадает. Я адрес пробил, нашел его. Мы приехали, а он не один там. С кентом своим был. Я его отмудохал, а малой не вывез. Второй, мудак, его со спины по голове арматурой угрел.

— Вот же...

— Голику хорошо досталось, я ему приличный больничный выписал. Поэтому, жигули мы еще не скоро увидим. Остальные обозлились, домой ко мне пришли втихаря. Малую мою к батарее, как собаку паршивую привязали. Их трое было, я старался как мог, но у них бита была.

— Надо что-то с этим решать, Кащей. Они уже достаточно натворили. Пацана нашего убили, второго избили. Сестер наших трогают. За такое убить к чертям всех! — голос Валеры был таким яростным, что у девушки перехватило дыхание.

— План хороший нужен. Завтра собери парочку крепких из скорлупы, и старших по возрастам. Будем планировать набег, че еще сделать?

— Я понял. Завтра к двум подкатывай.

— Договор. Ладно, давай, а то Анька там заждалась небось.

Послышались приближающиеся шаги, и Анна со всех ног помчалась к машине. У нее начало бешено колотиться сердце, ведь она чуть не попалась. Быстро сев в вишневую девятку, девушка аккуратно захлопнула дверь. Ее дыхание сбилось, а лицо покраснело от стыда за саму себя. Кащей вальяжной походкой двигался в ее сторону, пока она всеми стараниями пыталась придать своему обеспокоенному лицу непринужденность. Получалось так себе, но Анна хотя бы постаралась.

Судя по всему, он ничего не заметил, ведь сев в машину, мужчина скользнул по ней нежным взглядом. Он мягко поцеловал ее в щеку, легко ухмыляясь. Крепко ухватившись за кожаный руль, Кащей завел машину, которая с тихим рыком подалась вперед. На улице красиво шел снег, падая пышными хлопьями на лобовое стекло. Это был чарующий момент, который был способен отвлечь Анну от всех неприятностей, напоминая о том, насколько удивительным был мир вокруг. Она так прекрасно встретила тысяча девятьсот девяностый год... Кто ж знал, что он за собой принесет?

Поднявшись в квартиру, Анна сразу же напряглась. В голову тут же вернулись воспоминания о том, что здесь произошло. Она с удивлением заметила, что на деревянном полу не было ни единого пятна крови, да и сам дом выглядел так, словно тут ничего и не было. Кащей, заметив ее удивленный взгляд, тут же поспешил объяснить:

— Скорлупу посылал, чтоб убрались.

Анна с благодарностью взглянула прямо в его карие глаза. Она, конечно же, не поддерживала эксплуатацию младших, но сейчас ей стало намного приятнее находиться здесь, не наблюдая остатков того проклятого дня. Кащей мило улыбнулся, радуясь тому, что угодил своей даме. Девушке нравилось, когда он был таким. Хотелось, чтоб мужчина оставался с ней таким всегда.

— У меня есть для тебя сюрприз, птичка. Пройди на кухню.

Анна смущенно улыбнулась, забывая как дышать. Почти что на носочках двинулась в сторону кухни, предвкушая то, что он ей приготовил. Увидев, что там, она ахнула. На столе, в громоздкой расписанной вазе стоял огромнейший букет алых роз, заполняя комнату невероятным запахом. Цветов было не сосчитать. Возле него покоилась большая картонная коробка, небрежно накрытая тенью. Девушка медленно подошла, раскрывая ее. Казалось, она забыла, как дышать.

Внутри коробки лежала аккуратно сложенная, песцовая шуба коричневого цвета. Анна, не веривши своим глазам, растеряно обернулась на мужчину. Тот с широкой улыбкой во всю наслаждался ее реакцией. У девушки не было слов, дабы описать все свои эмоции от увиденного. Ей никто никогда не делал таких подарков, она не знала, как стоит реагировать.

— Что, я не заслужил даже на поцелуй? — он посмеялся.

— Я... Я в шоке. Не стоило...

— Ой, ваше это бабское «ой да не надо, ой да зачем». Бесит. Твоя куртка была порванная, да и негоже женщине уважаемого человека в таких обносках ходить. — он гордо поднял подбородок.

Анна быстро подбежала к нему, обвивая его шею. Стараясь сильно не задевать его ушибленные ребра, она крепко обняла его. Быстро найдя его губы, впилась в самом сладком поцелуе, на которой была способна. Его руки тут же опустились на ее ягодицы, подхватывая девушку вверх. Быстро поняв его движения, Анна обвила его талию ногами, пока он усаживал ее на высокую тумбу.

Его руки блуждали по худому телу, подольше задерживаясь на груди. Шерсть ее свитера неприятно колола в ладони, и одним ловким движением он стянул его, оставляя девушку в одном лишь лифчике. Он отстранился, проходясь похотливым взглядом по рюшам ее белья, пролезая под него холодными пальцами. Анну тут же обдало мурашками, от чего набухла грудь и затвердели соски. Им обоим хотелось большего, поэтому она нетерпеливо опустила руки к пряжке его пояса. На этот раз, девушка справилась весьма быстро, спуская со своего мужчины черные брюки вместе с боксерами.

Он резким движением стащил с нее джинсы, поднимая ее бедра и прижимая ближе к себе. Сегодня он был намного нежнее, чем вчера, поэтому она совсем не почувствовала дискомфорта, когда он медленно, но глубоко вошел в нее. Плавными движениями он в мгновение довел ее до легкого оргазма. Девушка тихонько застонала, не зная куда деть собственные руки. Одна его ладонь придерживала ее бедра, пока вторая бессовестно сжимала небольшую грудь.

На его лице ярко выражалась звериная страсть, которую он сдерживал, чтоб не навредить ей. Она была благодарна ему за его аккуратность. Его большой палец прочертил полумесяц на щеке девушки и, опустившись ниже, медленно провел по пухлым губам. Повинуясь своему желанному порыву, она открыла рот и, обхватив губами кончик пальца, дотронулась до него языком. Его глаза тут же потемнели.

Девушка притянула его к себе, впиваясь страстным поцелуем. Она настолько хотела его, что пару раз даже стукнулась своими зубами об его. Со стороны она походила на дикую кошку, которая наконец-то нашла свою добычу. Ей было мало, она хотела больше.

Мужчина, быстро уловив ее настроение, ускорил темп. По квартире разносились громкие шлепки, от чего краснели щеки. Резким движением он поднял ее на руки, опуская на пол и поворачивая к себе спиной. Он положил горячую ладонь на ее лопатки, слегка надавливая, чтоб она нагнулась к тумбе. Ее руки крепко уперлись в покрытие тумбы, пока девушка прогибалась в спине. Он грубо шлепнул ее по ягодицам, заставляя нагнуться еще глубже.

Он резко вошел в нее до самого основания. В такой позе ей было немного больно, но дикое желание затмевало голову. Анна не сдерживаясь, громко стонала, от чего шла вибрация по стенам. Она мысленно посочувствовала их соседям, представляя их реакцию на всё происходящее. Мужчина ускорял движение, откровенно вдалбываясь в хрупкое тело. От учащенного дыхания, Анна понимала, что он уже близко.

Пару грубых толчков и всё прекратилось. Мужчина оперся руками по бокам от нее, не выходя до конца. Пару медленных, даже ленивых движений, и Анна ощутила пустоту. Ее дыхание напрочь сбилось, пока она не двигаясь, пыталась прийти в себя. Он мягко положил свой подборок на ее плечо, пока его руки исследовали ее тело. Становилось щекотно, когда он опускал ладонь на ее живот, вырисовывая на нем узоры.

Она почувствовала его дыхание возле своего уха, когда тут же раздался мурчащий шепот:

— Ты сводишь меня с ума, птичка.