Я найду тебя.

Анна в бешеном темпе сгребала все свои вещи в охапку, неаккуратно швыряя их в дорожную сумку. Было ли это от спешки, или от накатившей злости, она не знала. Внутри поднималась настоящая буря негодования от того, что им не дали закончить свой внеплановый отдых, и прервали на самом интересном. Она не уловила того, в какой момент стала такой невыносимой эгоисткой, но сейчас ее это не волновало. Волновало лишь то, что произошло, и какого черта им нужно было нестись обратно в Казань сломя голову. Кащей зловещей тенью расхаживал позади нее, безмолвно подгоняя. Это еще больше начинало злить, хотелось все бросить и, словно маленький ребенок, увалиться посреди комнаты на пол и замотать ногами. Ей так хотелось продлить момент их недолгого проживания в этом чудесном доме, но реальная жизнь играла по своим правилам. Проблемы никуда не девались, они все еще оставались реальными, и их все еще нужно было решать.

Кащей подхватил ее сумку и быстро зашагал к выходу из дома, звякнув ключами в руках. Анна медленно плелась позади, в последний раз проводя холодной ладонью по лакированным тумбам. Хоть она и провела здесь два неполноценных дня, она навсегда запомнит каждую деталь, каждую мелочь, каждую секунду проведенную здесь. В голове на миг всплыло воспоминание о том, как в детстве, гостя у тети в другом городе, она кинула монетку в фонтан, обещая обязательно вернуться. Но, так и не вернулась. Обстоятельства того времени лишили ее возможности куда-либо путешествовать, не давая и шанса выбраться дальше родного города.

Усевшись в прогретую машину, Анна уставилась в окно, которое наконец-то было вымытым. Ее лицо было по-детски надуто, но она даже не пыталась сдерживать свои эмоции. Кащей тоже не был рад отъезду. Мужчина и вовсе был в полнейшей ярости, его ноздри раздувались от частого дыхания, а глаза налились кровью. Он сразу же вжался в педаль газа, пока несчастная девятка рычала, будя всех соседских собак, которые теперь лаяли на всю улицу. Девушке даже стало страшно в моменте, когда сознание подкинуло ей неутешительные статьи в газетах про аварии на дорогах, которые усыпаны снегом и гололедом. Но испуг быстро сошел на нет. Его заменила непонятная тоска.

На улице уже совсем стемнело, из окна были видны лишь редкие фонари, которые раздражающе мигали. Анна часто задумывалась о том, чтобы уехать отсюда навсегда. В другую страну, туда, где все новое, неизведанное, чистое. Незапятнанное каплями вязкой крови. Но такая возможность вряд ли когда-нибудь появится у нее, ведь ни денег, ни моральных сил на переезд не было. Да и кто ее отпустит? Кащей лишний раз из дома не выпускал, а тут заграница.

Он всю дорогу молчал, а она и не пыталась с ним заговорить. Чувствовала, что если промолвит хоть одно слово, он тут же сорвется и наорет на нее без каких-либо объяснений. Быть с ним тоже самое, что ходить по минному полю. Никогда не знаешь, в какой момент подорвешься.

Когда грусть и тоска ушли на задний план, страх мерзкими щупальцами пробрался по ней, залазя прямо в горло. Теперь в ней бушевал вихрь вопросов о том, что произошло. В голове сразу всплыл образ лучшей подруги с перерезанным лицом, и ее передернуло. С Айгуль точно все в порядке, она дома, под присмотром родителей. Это немного ее успокаивало, но бушующее волнение никуда не делось, а лишь усиливалось, стоило им хоть на километр приблизиться к городу. Чем ближе становились безликие высотки, тем сильнее в горле затягивался ком.

Спустя еще пятнадцать минут, они въехали в город. На улице уже совсем было поздно, а в окнах многоэтажек даже не горел свет. Анна устало зевнула, мечтая о теплой постели и мягкой подушке. Эх, а ведь сейчас она бы валялась на огромнейшей кровати, попутно обнимая своего любимого. Но вместо этого, они приехали решать насущные проблемы.

Девушка удивилась, когда вместо поворота в сторону их дома, они поехали прямо. Кащей до сих пор не промолвил ни слова, а она даже не знала что думать. Неужели им снова нельзя появляться дома, ведь кто-то решил туда ворваться? Больше всего на свете хотелось уснуть крепким сном в хорошей обстановке, а не зевать в холодном автомобиле, вдыхая сигаретный дым.

— Куда мы едем?

— Сейчас быстро к пацанам съездим и домой. Потерпи немного.

— Ладно... Скажи только, все произошедшее связано с Айгуль?

— Нет.

Анна почувствовала, как с хрупких плеч свалился тяжелый груз. Хотя бы за кого-то она могла быть спокойна. Как только у нее появится возможность, она сразу же помчится в гости к подруге, прихватив с собой целый пакет ее любимых конфет. Девушка уже и забыла, когда они в последний раз собирались и беззаботно болтали ни о чем, как раньше. Тогда в их жизни еще не просочился криминальный мир, их разговоры были основаны на иностранных журналах о моде, а прогулки ограничивались походами в «Йылдыз». Но за столь короткий срок все кардинально изменилось. Будто прошлого никогда и не существовало.

Кащей припарковал девятку на привычном месте, чуть поодаль от спуска в подвал. Выйдя на свежий воздух, Анна тут же замерзла. Ночи были до невозможности холодными, даже шуба не могла в полной мере согреть. На улице во тьме стояло несколько человек, куря по кругу одну сигарету. Анна облегчено выдохнула, узнавая в них своих. Перед ней стоял растерянный Валера, а по бокам от него Вахит, Андрей и незнакомый ей парень. Все выглядели замотанными, а от некоторых несло приторным перегаром. Как только этот запах почувствовал Кащей, сразу же с кулака прописал в фанеру старшему по возрастам. Валера тут же упал на холодную землю, дотрагиваясь ладонью к рассеченной губе. Белоснежный снег тут же запачкался в алые разводы, пока парень отхаркивался кровью.

— Вы че, блять, офанарели? Бухали, небось, пока видеосалон обносили!

— Кащей...

— На вас вообще хоть что-то оставить можно? Что за халатность к своим обязанностям?

— Да мы днем еще посидели немного, ближе к вечеру двинули туда. Эти ублюдки посреди белого дня приперлись!

— Зашли быстро.

Все, как по струнке, начали спускаться по бетонным ступенькам вниз. Кащей шел позади всех, нависая над ними, словно грозовая туча посреди солнечного дня. Он выдыхал густой дым, выбрасывая окурок прямо на пол, не заботясь о чистоте. А ведь именно с уборки их логова и началась вся история. Анна слегка усмехнулась, прокручивая все прошлые моменты в голове. Сейчас ей казалось, что испытываемый ею страх в то время был абсолютно необоснованным, ведь сейчас происходили вещи в разы хуже.

Все пацаны уселись на диван, пока Кащей выносил стулья для него и Анны. Его движения были резкими и нервными. Он был очень сильно зол, было страшно даже просто смотреть на него. Будто в любой момент мог накинуться и растерзать в клочья. Он грозно уставился вперед, ожидая рассказа Валеры, который съежился под диким взором главного. Нервно сглотнув, он начал:

— Вообщем, разъездовские разбили весь салон. Стулья, окна... Видак украли, да и еще Лампу забили. Малому ногу проткнули, крови много потерял. Не факт, что выкарабкается.

После последних слов, Кащей резко поднялся и швырнул стул в стену. Он ходил по комнате то в зад, то вперед, сжимая руки в крепкие кулаки. Мужчина был на грани истерики, ведь каждый пацан из его группировки был для него семьей, он и вправду нес за каждого ответственность, а тем более за младших. Воспоминание о том, как маленький светловолосый мальчик пришел пришиваться, все еще было свежим. Он не простит в первую очередь себе, если тот погибнет, не прожив и малую часть того, что ему уготовлено. Чертовы ублюдки в край перегибали, творя откровенную дичь. Это было далеко от понятий и чести, которую группировки должны были превозносить словно мать родную. Сначала был Ералаш, сейчас на очереди Лампа. Кто следующий?

Нужно было срочно что-то решать. Анна сидела в полнейшем шоке от всего, что ей довелось узнать. Конечно, ее не должно было это удивлять, ведь ее тоже напрямую касались эти разборки, но боль за маленького мальчика не стихала. Он ведь не заслужил и толики того, что с ним сотворили, так же как и Ералаш не заслуживал мучительной смерти. Просто оба попали под горячую руку, пока боролись за свою группировку, с честью отвечая «при делах». Сколько мужественности и недалекости было в этих поступках... Но последствия всегда были хуже, чем можно было ожидать. Их убивали просто за то, что они состояли в ОПГ. И никого не волновало, сделал ли ты что-то плохое, или нет.

После того, как Кащей успокоился и закурил уже, казалось бы, третью сигарету подряд, он уселся напротив пацанов.

— Вообщем, сейчас я позвоню их старшему, будем договариваться о встрече. Меня уже достали эти крысиные методы борьбы. Поэтому, будьте готовы.

Пацаны все разом кивнули, поднимаясь со своих мест. Кащей ушел в свою небольшую комнатку, доставая из пыльного ящика домашний телефон. Анна шумно выдохнула, понимая, что домой они поедут еще не скоро. Если вообще поедут. Разъезд были довольно сильной группировкой, они способны на многие грязные способы, лишь бы остаться в выигрыше. И сейчас, ее мужчина и новоиспеченные знакомые поедут на очередную бойню, с которой могут не вернуться вовсе.

Она зевнула, обнимая себя собственными руками в попытке согреться. Было холодно и хотелось спать, но девушка терпела как могла.

Кащей вышел из комнаты, держа в руках сложенный спортивный костюм. Мужчина выглядел весьма воодушевленным после разговора с вражеской группировкой, от чего Анна почувствовала неладное. Он начал быстро переодеваться, скидывая с себя брюки и рубашку. Видимо, он уже заранее знал, что решить все словами не выйдет, поэтому выбрал одежду, удобную для драк. Все остальные так же готовились, доставая из укромных мест подвала всё оружие, которое у них имелось. Кастеты, потертые биты, на которых оставалась засохшая кровь, раскладные ножи. Анне стало не по себе от наблюдения за всем этим, ведь ее ни разу не допускали к этому настолько близко. Кащей никогда не рассказывал ей подробности их преступной деятельности, грубо ограждая ее от этого. Только сейчас она поняла, что он делал все правильно, ведь чем больше она узнавала обо всем, тем противнее ей становилось. Девушка могла только мечтать о том, чтоб ей просто стерли память обо всем происходящем, и увезли подальше от опасности, которая поджидала везде.

Когда все были готовы, Кащей кивнул на выход. Анна осталась сидеть на месте, не зная что делать. Он же не может вот так просто взять ее не пойми куда, где она вполне возможно увидится с теми ублюдками, которые привязали ее к батарее? Ей не хотелось никуда ехать, только разве что домой, где теплая постель и уютное одеяло могло ее согреть.

— Птичка, тебе отдельное приглашение нужно? — когда все вышли, он повернулся к ней.

— Никита...

— Давай, едем. Я тебя тут одну не оставлю.

Ей хотелось расплакаться от безысходности. Она резко поднялась со стула, быстро шагая к выходу. Едва успела выйти из подвала, как ее тут же дернули за руку, утягивая обратно внутрь. Кисть тут же обожгла тупая боль.

— Характер будешь дома показывать, ясно тебе? Если я говорю ехать со мной, значит так лучше для тебя. — он грозно склонился прямо напротив ее лица. — Или ты хочешь, чтоб пока я с ними разбирался, тебя в очередной раз утянули хрен пойми куда?

Она оставила его без ответа, лишь выдергивая из цепкой хватки свою руку. Анна еще больше начинала злиться, ведь он в очередной раз позволил себе сгонять свою злость на ней, не думая о ее чувствах. А было, ведь, неприятно.

Анна без раздумий села вперед, на свое законное место. Четверо пацанов, которые до этого яростно спорили кто сядет спереди, докуривая сигареты у машины, разом умолкли, смиряясь с тем, что придется попытаться втиснуться сзади. Девушка раздраженно хмыкнула, полностью отворачиваясь от Кащея, который уверенно сел за руль. Он выглядел довольным, а его глаза хитро сощурились. Он выглядел как человек, которого ждет что-то воистину великое, но никак не очередное побоище. Это все было максимально странно, и это заметила не только Анна. Пацаны тоже наблюдали за своим главным, переглядываясь. Они потратили около трех минут, прежде чем смогли наконец-то усесться.

— Пальто, еб твою налево, ты мне мочевой пузырь придавил! — Валера громко высказывался.

— Да я че, виноват? — бедный парень, которого усадили себе на колени, бился головой об потолок на каждой кочке.

В любой другой момент Анну бы развеселила эта ситуация, и она бы посмеялась, но сейчас ее нервы были натянуты, словно струны. Тусклый свет фар освещал дорогу, которая вела их к неизбежному. Пацаны на задних сидениях что-то тихо обсуждали, пока Кащей вдумчиво глядел вперед, не отвлекаясь. Легким движением руки, на которой блестел массивный перстень, потянулся к магнитоле, включая звук на максимум. Послышался громкий голос солистки «Мираж», которая распевала веселую песню о чем-то неважном. Мужчина пытался разрядить обстановку приятной музыкой, но это не очень-то помогло. Анну еще больше начинало всё злить, ведь эти песни ассоциировались только с энергичными танцами в ДК, которое теперь закрыто из-за группировок.

Она сразу поняла, когда они приехали к месту назначения. Фары освещали укромное место, в котором уже собралось восьмеро мужчин. Были и совсем молодые, а были и одногодки Кащея. В их руках сверкали металлические биты, а выражение лиц было достаточно спокойным. Они верили в свою победу.

— Вот же суки, их больше, чем договаривались. — Валера крепко сжимал кулаки, разминая перед дракой кисти.

— Плевать, разберемся.

Кащей вышел из машины самым первым, перед этим строго на строго запретив Анне лишний раз двигаться. По его словам, девушке стоило тихонько сидеть, не привлекая к себе никакого внимания. Она не стала спорить, ведь не очень то и хотелось оказаться втянутой во всё это.

Когда все пацаны вышли из машины, Аня слегка приоткрыла окно. Не смотря на всё свое отвращение к происходящему, интерес брал вверх, поэтому она решила совсем чуть чуть подслушать. Кащей стоял в самом центре, а четверо парней устроились по бокам, чуть нервно переглядываясь между собой. Численность чужаков превышала, соотвественно и холодного оружия у них было больше. Но, на этот раз у Универсама было преимущество...

Ствол.

Идея взять с собой пистолет пришла сразу же, как только Кащей узнал о состоянии Лампы. Он никогда ним не пользовался, бережно храня в небольшой коробке, которая была надежно спрятана в диване. Этот ствол он нашел в кабинете отца еще тогда, когда приезжал в дом детства в последний раз. С тех пор, оружие было с ним, но в неиспользованном плане.

— Видак где? Мы вроде договаривались, что вы принесете. — он обращался к главному.

— Так мы и принесли. — мерзкий на вид мужчина ухмыльнулся. — Но, сначала мы хорошенько вам наваляем, а потом забирайте на здоровье... Если сможете.

После этих слов семеро чужаков ринулись в бой, пока их главный оставался на месте, довольно наблюдая за тем, как его головорезы по очереди наносили удары по врагам. Кащей и сам начал драться, желая сначала разбить каждому морду, а после величественно прострелить колени. Валера и Вахит дрались в команде, прикрывая спины друг друга, каждый раз обеспокоено оглядываясь, отбивая очередную атаку. Андрей уже во всю избивал одного из разъездовских, занося каждую секунду кулак над его окровавленном лицом. Четвертый из своих, кажется Сутулый, успел вырубить двоих, принимаясь помогать своему старшему, на которого накинулись сразу двое. Пацаны справлялись довольно хорошо.

Анна практически билась в истерике, закрывая рот рукой. По щекам градом стекали горькие слёзы, пока она едва сдерживала себя от того, чтоб выбежать и осмотреть любимого. Она неотрывно следила за его силуэтом, будто боялась, что если отведет хоть на мгновение взгляд, его вырубят, или еще что хуже, убьют. Ей стало так больно за то, что она всю дорогу злилась на него, и вместо того, чтоб поцеловать его в поддерживающем жесте, просто отвернулась. Какова же дура.

Когда на грязном полу валялось уже шестеро из Разъезда, их старший принялся пятиться назад. Все это время универсамовские были заняты тем, что отбивались, и когда это практически получилось, они принялись надирать зад самому напыщенному из них. На периферии зрения Кащей заметил их видак, который стоял в темном уголке. Пропажа нашлась, а значит, пора было заканчивать.

Отойдя в сторону, Кащей шикнул своим пацанам «хватит». Его рука дернулась к внутреннему карману куртки, пока он отхаркивался кровью от разбитой губы. Цепкие пальцы уверенно обхватили рукоять ствола, наводя дуло прямо в лицо старшему Разъезда, пока тот панически оглядывался на своих пацанов, которые пытались подняться на ноги. Он был готов заорать от страха, пока Универсам крепко удерживал его тело на месте.

— Ну что, удалось хорошенько навалять? — Кащей откровенно издевался над ним.

— Пошел ты...

— Извиняйся.

— Я повторюсь...

Перезаряд.

— Извиняйся, сука.

— Да я...

Выстрел.

Перезаряд.

Еще один.

И так по кругу. Восемь бездыханных тел растянулись на холодном полу, едва притрушенным белым снегом. Ошарашенные пацаны одновременно оглянулись на друг друга. Кащей шумно выдохнул, поднимая глаза высоко в небо.

— Это вам за Ералаша. И за Лампу.

***

Не забывайте подписываться на мой телеграмм-канал! Тгк: мелисса ❣️