Глава 16
Я протискивалась через толпу в ту сторону, где должны были стоять Лад и Григорий, и все время оборачивалась назад, чтобы в очередной раз поймать жестокий взгляд и увидеть кривую ухмылку на лице бородатого мужика. Я лихорадочно искала глазами знакомые фигуры, но Лад и Григорий словно испарились. И вдруг я поняла, что сейчас мне придется спасаться самой.
Я ощущала, как во мне медленно поднималась жгучая волна паники и как она все больше накрывала меня, мешая обдумывать план действий.
Нужно затеряться в толпе. Нужно где-то спрятаться.
Я пересекла всю площадь от одного ее конца до другого, но так и не смогла найти Лада, а между тем мужчина подбирался все ближе. Я старалась петлять между людьми, чтобы скрыться в толпе, и порой казалось, что я оторвалась, но через пару секунд он снова оказывался у меня за спиной.
Я закусила губу. Спокойно, Валерия. Не паникуй. Почему нигде нет полицейских?
Краем глаза я заметила, что к площади примыкал большой парк, между деревьями которого не спеша прогуливались горожане. Фонарики освещали только дощатые дорожки, а сам парк тонул в полной темноте. Я долго гадала, что будет лучше — остаться на площади и дальше пытаться скрыться между людьми или попытаться спрятаться в парке и переждать. В итоге победила вторая мысль.
Я резко свернула вправо, подобрала полы платья и побежала в сторону парка. Толпа скрыла моего преследователя, и я облегченно выдохнула. У меня есть время, чтобы найти укрытие.
Кровь стучала в висках, ладони стали потными. Я металась среди деревьев, но почти в полной темноте не могла отыскать ничего подходящего. Оставалось только встать за какое-нибудь дерево и затихнуть. Так я и поступила.
О Святые, как он здесь оказался? Почему вы снова позволили нам встретиться? Разве вы мало принесли мне испытаний?
Я прижалась спиной к шершавой коре дуба и закрыла глаза. Листья молчали, хотя я и пыталась спросить у них, что делать. Словно бы мне в наказание, они не произнесли ни слова. И просто тихо смеялись.
Прошло около двух минут, но все было спокойно. Я все еще могла слышать негромкие разговоры парочек, прогуливающихся по дорожкам и отдаленные звуки музыки. Паника приутихла, и во мне зародилась надежда, что мужчина потерял меня из виду.
Но как теперь найти Лада? Вдруг этот бандит все еще караулит меня где-то? Вернуться на площадь — это настоящее самоубийство. Остается наедяться, что Лад станет искать меня. И обязательно найдет.
Листья зашелестели, и я смогла разобрать лишь одно слово: «Беги».
Однако бежать было поздно. Его грубые руки схватили меня так резко, что из груди вышибло весь воздух. Он закрыл мне рот рукой, но я укусила его пальцы, за что получила сильный удар в живот. Тело сковала дикая боль, я согнулась пополам и стала хватать ртом воздух, словно рыба, выброшенная на сушу. Мне показалось, что я умираю, что внутренние органы просто превратились в кашу. От этой сумасшедшей боли я стала терять сознание.
Он схватил меня за волосы и заставил посмотреть ему в лицо. Его холодные глаза горели нездоровым огнем, и мне показалось, что он улыбался, как будто все это приносило ему невероятное удовольствие.
— Какая неожиданная встреча, — медленно проговорил он, проводя грязным пальцем по моей щеке. Я все еще не могла вдохнуть и держалась за живот руками, словно это могло притупить острую боль. — Кто бы мог подумать, что разные дороги приведут нас в одно место. Хорошо, что ты сбежала тогда. Сегодня я не такой злой, как в тот день, поэтому не собираюсь убивать тебя, а просто закончу начатое.
Он повалил меня на спину, а я вцепилась рукой в ближайшее дерево, призвав едва ощутимые всплески магии, и толстый сук с размаху ударил его по лбу. Мужчина отлетел. Я поднялась на колени и стала ползти в сторону освещенных дорожек, не в силах встать на ноги. Вместо крика из моей груди выходил лишь слабый хрип, а во рту стал ощущаться железный привкус. Неужели внутреннее кровотечение? Нет, с облегчением подумала я. У меня просто разбита губа.
Я не успела далеко уползти. Он поймал меня за ногу и резко потянул назад. Я рухнула на землю, содрав кожу с подбородка и правой скулы и больно ударившись головой. Мои пальцы хватали траву и вырывали ее с корнями, а ногти впивались в землю, но магия не откликалась на зов. Она оставила меня. Я больше ее не ощущала.
— Тварь, — выплюнул мужик, и снова перевернул меня на спину. Я увидела, как по его лицу стекала кровь и окрашивала его светлую бороду в ржавый цвет. Видимо, сук разбил ему нос. — Ты мне ответишь за это. За все ответишь! — Он ударил меня головой об землю, и перед глазами все закружилось. Я поняла, что сейчас точно потеряю сознание. Что ж, это хотя бы забавно: Валерия Виктория Лаар умрет в последний день траура по ней. И теперь умрет по-настоящему.
Он стал рвать на мне платье, и это были самые мучительные секунды в моей жизни, потому что сознание я так и не потеряла. У меня не было сил сопротивляться ему и не было сил призвать магию. Единственное, что я попыталась сделать, — ударить его коленом по спине, но это мне никак не помогло. Я получила хорошую пощечину и окончательно оставила попытки защититься.
— Помогите, — прохрипела я, когда ощутила его толстую руку между своих ног.
— Никто тебе не поможет. — Он наклонился ко мне и облизал мое ухо. — Ты знаешь, что делают с такими шлюхами, как ты?
Я схватила его за спутанные волосы, чтобы оттянуть это омерзительное лицо от себя. Он улыбнулся, обнажив кровавые зубы.
— Сопротивляйся. Так ты возбуждаешь меня еще больше.
Его пальцы сомкнулись на моей шее и сдавили горло. Я сделала безнадежную попытку вдохнуть, все еще надеясь как-нибудь спастись. Мои руки пытались ослабить его хватку, но я понимала, что это бесполезно. Легкие начали загораться огнем, в глазах потемнело. Я уже практически ничего не ощущала, как вдруг он меня отпустил. Из моей груди вырвался тяжелый кашель, я смогла вздохнуть, но этот вздох причинил мне безумную боль. Все внутри меня полыхало и жгло, мысли исчезли, но я понимала только одно: я хочу жить.
— Я не убил тебя только потому, что ты мне очень нравишься. — Он грубо раздвинул мои ноги и протиснулся между ними, снимая с себя штаны. — Если будешь хорошей девочкой, я больше не причиню тебе боль.
Я плюнула ему в лицо и изо всех сил дала пощечину.
— Мразь! Хочешь грубо? Я только с радостью.
Я ощутила внутренней стороной бедра его возбужденную плоть и пришла в такой ужас, что мне захотелось кричать во весь голос и биться в истерике, чтобы хоть как-то заглушить весь этот кошмар, но мне хватало сил лишь на бессильную ярость. Лучше бы он убил меня. Лучше бы я умерла и не осознавала происходящее.
— Немедленно отпусти ее.
Сначала я подумала, что у меня начались галлюцинации, и этот спокойный голос мне просто послышался. Но затем я увидела, как сверкнули в темноте его зеленые глаза. И поняла, что в них полыхнула ярость.
Мужчина остановился и повернул голову в сторону Лада.
— Свали отсюда, гаденыш. Я сделаю вид, что не заметил тебя, — прошипел он и выплюнул кровавый сгусток на землю. Я попыталась дернуться, но его рука снова сжала мою шею.
— Я сказал, отпусти ее, — прозвучал в темноте его ледяной голос.
— Или что?
Пока мужик внимательно рассматривал Лада, я незаметно просунула руку под нижнюю юбку, где был спрятан револьвер, и стала осторожно вытаскивать его, стараясь не делать резких движений. Хорошо, что он был заряжен.
— Это моя девка. Иди, куда шел. Мы сами здесь разберемся.
— Я бы и ушел, да только девка не твоя. А моя.
— Что ты сказал?!
Я приставила револьвер к его лицу и положила палец на курок.
— Разве ты не расслышал? Тогда повторю: я его девка.
Он резко дернулся, но я успела выстрелить. Пуля попала ему в плечо, и он взревел от боли, прижав руку к кровоточащей ране. Я вылезла из-под него и побежала в сторону Лада, не ощущая собственных ног. Его руки коснулись моей талии, а я почувствовала резкий прилив магии, которой несколько минут назад не оставалось во мне ни капли.
— Ты не ранена? Он не тронул тебя?
Я замотала головой, прижимаясь к нему. Мое тело сковала крупная дрожь, я еле сдерживала слезы. Еще бы немного, и он бы не успел.
— Я рядом. Все хорошо. — Его губы коснулись моего виска. Я громко всхлипнула, и уткнулась лицом ему в шею.
— Я убью эту мразь! Где эта шлюха?!
Я увидела, как он поднял на нас мой револьвер, который я выронила при выстреле. Мои глаза округлились, я застыла и ощутила, как по телу прокатился холод.
— Не бойся. — Его нежный шепот и оглушительный звук выстрела.
Перед нами в одно мгновение выросла стена из ветвей, и пулю бесшумно поглотила бесконечная зеленая листва. Я вскрикнула и закрыла лицо руками, боясь, что пуля пройдет на вылет и заденет нас. Однако зеленая стена резко исчезла, и я стояла все еще оглушенная собственным ужасом, даже не пытаясь понять, что происходило.
Мужик снова поднял на нас оружие. Я не успела вспомнить, сколько было пуль в барабане, как вдруг по земле, словно зеленые змеи, поползли толстые вьюны, которые обернулись вокруг мужчины и стали ломать ему пальцы. Револьвер выпал из его руки, а до нас докатился болезненный вскрик.
— Лад! Хватит!
Григорий показался среди деревьев. Строгий и серьезный, он остановился возле нас, и на его лице я прочитала гнев.
— Хочешь сказать, что я должен пощадить этого ублюдка? — Лад холодно взглянул на него, и его рука сильнее сжала мою талию. — Я чудом успел найти ее. Не думаю, что нужно рассказывать тебе, какие вещи он хотел с ней сделать.
— Если ты убьешь его, ты больше никогда не сможешь помочь Валерии. Ты знаешь, чем это кончится. Прекрати.
— А что, если он не оставит ее? Если пойдет следом? Я не могу этого допустить.
— Если ты сейчас остановишься, я обещаю, что завтра же он окажется за решеткой.
— Сегодня же.
— Договорились.
Вьюны освободили мужчину и исчезли под землей, так же быстро, как и появились. Григорий подошел к нему, чтобы убедиться, что тот дышал, а затем поднял с земли револьвер и вернулся к нам. Я взяла оружие дрожащей рукой и сжала его рукоять так сильно, что стало больно. Если бы не ты, папа...
— Езжайте домой. Я отведу его в полицейский корпус и скажу, что видел, как он напал на девушку. Даже если мне не поверят, его закроют на пару суток и вы сможете спокойно покинуть Иву.
— Спасибо, брат. Спасибо, что успел.
— Я всегда тебя прикрою, — сказал Григ и хлопнул Лада по плечу. — Поезжайте. Скажите Майе, что я скоро буду.
Мы вышли из парка, и Лад быстро нашел нам возничего. Всю дорогу до гостиницы он не отпускал мою руку, а я тихо плакала, так и не сумев прийти в себя. От пережитого шока я забыла о саднящих скуле и подбородке, забыла о сломанных до крови ногтей и разодранном в клочья платье. И помнила лишь о холодном револьвере, который сжимала моя левая рука. Мне казалось, что, если я отпущу его, моя защита превратиться в пыль, и я снова окажусь в том темном парке, лежащей на сырой траве под грузным мужским телом. Думаю, мне еще долго будет сниться в кошмарах сегодняшний вечер.
Увидев меня на входе в гостиницу, Майя чуть не потеряла сознание. Пока готовили ванну по ее распоряжению, Лад в двух словах рассказал ей, что произошло. У меня говорить не было сил.
Майя помогла мне отмыться и бросила порванное платье в бочку для отходов, за что я была ей очень благодарна. Она дала мне чистую ночнушку и настаивала на вызове врача, но я упрямо отказывалась. Это всего лишь ссадины. Ничего страшного. Все самое худшее давно позади.
Майя зажгла в моей комнате свечи и вышла за дверь, пожелав мне спокойной ночи. Я кивнула ей, хотя понимала, что никакой спокойной ночи у меня не будет. И еще очень долго.
Я слышала, как вернулся Григорий. Он громко спорил с Ладом, но я не могла разобрать, о чем они говорили. Затем все стихло, а через десять минут в мою дверь постучали. Я не ответила, потому что знала — ему не нужно разрешение, чтобы войти.
Он молча закрыл дверь и подошел ко мне, опустившись рядом со мной на кровать. Его рука осторожно убрала мои волосы за спину и коснулась шеи, на которой остались синие следы толстых пальцев. Я тяжело вздохнула. Новый приступ истерики подступал тошнотворной волной.
— Валерия...
Наши взгляды встретились, и я увидела в его глазах страх. В первый раз.
— Все хорошо, — прошептала я, больше надеясь убедить в этом себя.
— Я не должен был оставлять тебя. Прости. Это я виноват.
— Нет, ты не виноват.
Он дотронулся до моих разодранных скуле и подбородка, а затем провел большим пальцем по разбитой губе.
— Я не смогу себе этого простить. Это моя вина.
— Перестань. — Я перехватила его руку и крепко сжала ее. — Ты пришел за мной.
— Я едва успел.
— Неважно. Ты пришел.
Его пальцы утонули в моих распущенных волосах, и я опять ощутила пульсацию магии.
— Я больше не отпущу тебя. Никуда. Никогда.
— Но в Розиерте придется отпустить.
— Нет.
Лал приблизился ко мне. Я дотронулась до его щеки, и он прикрыл глаза.
— Но теперь ты знаешь правду. И кто я. Поэтому, даже если захочешь сбежать, я не отпущу тебя. Слишком поздно.
— Тот лес... Это был ты? И странный домик тоже твоих рук дело?
— Да.
— И моя магия...
— Я почувствовал ее колебания уже давно, но не сразу догадался, почему она растет.
— И когда понял?
— Не знаю. Может быть, за некоторое время до приезда в Иву.
Он обнял меня за талию, слегка притянув к себе.
— Это из-за тебя она начала расти?
— Скорее, из-за нас. Ведь моя магия тоже выросла.
— Я думала, что тебе все равно.
— Просто ты слепая, селедка.
Я улыбнулась, хотя даже и не представляла, что смогу это сделать.
— И давно?
— По официальной версии в ту ночь, когда мы прятались от грозы.
— А по неофициальной?
— В ту секунду, как ты свалилась с лошади в грязь.
Я снова улыбнулась, проведя пальцами по пухлым губам Лада.
— Я не хотел себе в этом признаваться, потому что это помешало бы работе. Но твои чары оказались сильнее меня.
— И ты сдался?
— Я и не пытался бороться. Вы слишком сильно пленили меня, сударыня. У меня не было никаких шансов. Но теперь захочет ли сударыня остаться? Ведь она — неорская княжна, а я — всего лишь эльф.
— Разве у меня есть другой выбор?
— Нет. И не будет.
Мы замолчали и снова посмотрели друг другу в глаза. Я подумала, что точно откинусь от избытка эмоций, потому что от смерти до любви я сделала всего лишь один шаг.
— Я хочу поцеловать тебя, — прошептал он тихо.
Его губы коснулись моих, и в этот миг весь мир перестал для меня существовать. Я ответила на поцелуй робко и пугливо, но Лад был настойчив. Он целовал меня страстно, жадно, практически без нежности. У меня кружилась голова, мне хотелось большего. Я чувствовала, как внутри меня вскипала магия, словно хотела выплеснуться наружу, и как она бушевала, будто безжалостный ураган. Я еще никогда не испытывала таких чувств. И никогда не знала, что возможно так любить. Наш поцелуй сразу же перечеркнул все, что произошло за этот вечер. Мне стало плевать на прошлое и на будущее, я хотела быть здесь и сейчас. Хотела быть с ним. И хотела, чтобы этот поцелуй никогда не заканчивался. Но это было невозможно.
Лад слегка отстранился от меня, проведя губами по моей щеке и виску. Я запускала пальцы в его темные волосы и вдыхала приятный аромат мужского парфюма. Мое лицо горело, сердце колотилось, как бешеное. Если это сон, я не хочу просыпаться.
— Я слишком давно об этом мечтал.
— Тогда почему тянул? Ты же знал, что я испытываю к тебе чувства.
— Я не был в них уверен. И не был уверен в своих. К тому же я думал, что ты до сих пор могла что-то испытывать к мужу.
— Ты дурак.
— Не без этого. Но зато я твой дурак.
Я потянулась к нему и снова поцеловала, обхватив руками его шею. Лад нежно прикусил мою нижнюю губу, и я тихо простонала.
— Я люблю тебя, Валерия.
Его губы накрыли мои в легком поцелуе.
— Я тоже тебя люблю. С самого начала.
— Неужели? Прям с самого? Тогда мне нужны доказательства твоей любви. Я собираюсь остаться здесь на всю ночь, селедка.
Я тихо рассмеялась, проведя рукой по его волосам. С этой секунды ночь перестала казаться мне страшной и бесконечной, вместо кошмаров меня ждали лишь нежный шепот и крепкие объятия.