Львёнок Для Хищника

Я зашла в туалет просто на минутку — привести себя в порядок. Вода. Пудра. Глубокий вдох.
Иногда всё это внимание утомляло. Постоянные взгляды, шёпот за спиной, чужие фантазии о том, кто мы с Адамом и почему.
Но я держалась.

Закрыла дверцу кабинки и вздохнула, прислонившись лбом к прохладной стенке.

И тут — хлопнула дверь.
Голоса. Узнаваемые. Они.

— Слушай, да что в ней такого, а? — сказала первая.
— Да нич-чего, — протянула вторая. — Серая мышь. Обычная. Сидит тихо, глазки опускает. И всё.

— Мда. Если бы я так глазки опустила, он бы тоже прибежал? — насмешливо сказала первая.

— Пфф, да ты хотя бы выглядишь, как человек. А эта... Девочка-сиротка, весь такой образ бедной жертвы. Ну, видимо, на Адама это сработало.

— Да ладно тебе, может, она в постели — ого-го?

Они рассмеялись. Громко, мерзко.

— Хотя нет, — добавила вторая, — она, скорее всего, даже целоваться до него не умела. Бедный Адам. Сначала такие, как мы, потом — вот это.

Я не шевелилась. Сердце стучало где-то в горле. Но не от страха.
От ярости. И от какой-то... внутренней твёрдости.
Я устала молчать.

Я открыла дверь кабинки. Медленно. Без хлопков. Просто — вышла.

Девчонки вздрогнули. На секунду — замерли. А потом выпрямились, будто ничего не случилось.

— Ой. А мы и не заметили, что ты здесь, — сказала одна, фальшиво улыбаясь.

— Конечно, не заметили, — спокойно ответила я, подходя к раковине. — Слишком были заняты тем, чего у вас никогда не будет.

— Что ты сказала?.. — голос стал холоднее.

Я посмотрела на них в зеркало. В глаза. Чётко, твёрдо.

— Вы спрашивали, почему он со мной? Почему не с вами?
Они молчали.
— Потому что я не делаю вид. Не играю в «крутых девочек», не хожу с маской.
Я повернулась к ним.

— Потому что он любит меня. Не за внешность. Не за секс. Не за «ого-го». А просто так.
Пауза. Тишина.
— А вы... — я усмехнулась. — Вы можете делать, что угодно. Флиртовать, кидать взгляды, обсуждать меня в туалетах.
Но он — всё равно будет держать меня за руку. Целовать при всех. И называть «моя девочка».

Они побледнели. Одна открыла рот, чтобы что-то сказать — но не успела.

Я прошла мимо. Спокойно. Не оборачиваясь.
Потому что мне больше нечего было доказывать.

Он — уже выбрал.
А я — больше не боюсь.