Глава17
Хосок стыдливо смотрит в пол и осознает, как же он устал от этого всего. Чимин же злиться, часто дышит и стоит, сжав ладони в кулаки, до выпирающих косточек.
Мин Юнги та ещё зараза, которая любит покопаться в тебе и всковырять все самое сокровенное и больное. Он давит своей надменностью и уверенностью, мысленно прижимает к полу, из-за чего многие и не могут ему перечить. Только вот Чимин не такой. Парень почти такой же был, до того, как он понял, что его манит к тебе.
Именно сейчас Паку страшно, что хочется рвать и метать. Слова Юнги до сих пор звенят в ушах: " Ты не рассказывал ему о своём прошлом, Джей?"; " Ты знаешь, я всегда приму тебя обратно". Чимин свыкся, что ничего не знает о Хосоке, но когда понял, что у них с Юнги какая-то связь, о которой он бы ни в одном источнике не нашёл, то взбесился. Мин специально это сделал и это понимают все, но только вот терпение Пака закончилось, когда тот перешёл на тебя. На его собственность.
Чимин боиться потерять лучшего друга и хорошую игрушку. Ему страшно, поэтому он скалится и хочет подойти к Юнги, чтобы хорошенько вмазать в наглую морду.
Сейчас раздражены все, ты это чувствуешь, поэтому молчишь и утыкаешься глазами в пол, лишь бы не смотреть на напряженные лица парней. Тем явно нужно друг другу высказаться, но они молчат, и эта неловкая тишина поглощает всё. Ни Чимин, ни Хосок не знают с чего начать, хотя вопросов и ответов в голове много.
— Как мне тебя называть? Джей или Хосок? — раздраженно спрашивает и падает на место, где сидел Юнги.
— Я пойду поговорю с ним. Не будь ребёнком, я всё тебе расскажу, — Хосок сжимает челюсть и встает с дивана.
— Столько лет не рассказывал, а тут сразу же, хорошо как, блять, — язвительно проговаривает и грозно смотрит, из-за чего видно, что от такого жара, глаза Чимина наполняются влагой. Хосок лишь хмыкает и уходит с своими телохранителями к выходу.
— Успокойся, можешь рассказать, почему ты так зол? — тихо шепчешь и присаживаешься к Паку. Тебе страшно рядом с ним. Теперь ты видишь почти того же Чимина, который посещал твою комнату. Дерзкий, злой, с выпирающими венами и сжимающимися кулаками. Не хочется ощущать на себе этот пристальный, взгляд с яростью и полным бесчувствием смешанном с раздражением.
—Ты до сих пор не поняла? Сука, как же вы все заебали, пристрелить бы, — Чимин громко бьёт кулаком по столу, кричит надрывно, а ты пугаешься такого парня, поэтому прикрываешь лицо руками и пытаешься сдержать непрошенные слезы. Чимин откидывает стол в сторону, яростно хватает тебя за руку и поднимает с места. — Не смей ко мне сейчас подходить, — он убирает свои руки от тебя, вытирает пот со лба и уходит в толпу танцующих людей, которым плевать на то, что происходит. Ты сначала теряешь его в этой массе, а потом находишь, только уже с девушкой под руку, которую он ведёт прямиком в VIP-комнату. Обида душит горло, потому что Чимин ни за что плохо обратился с тобой, когда до этого одаривал новыми вещами и веселился. А еще неприятно осознавать, что сейчас Пак ведёт в какую-нибудь из комнат шлюху, чтобы выбить силы и бездумно трахнуть.
* * *
— Что ты делаешь, сука? — Хосок выходит на улицу и замечает Юнги возле машины. Рывком берет того за пиджак, немного приподнимая от земли, и сквозь стиснутые зубы дышит глубоко. — Какого хуя ты ворошишь прошлое?
— Ого, да ты злишься. Тебя ведь редко вывести на эмоции, не уж то из-за того, что можешь с Чимином поссориться? — Юнги даже в таком положении смееться, а Хосок не выдерживает и ударяет с кулака прямо в челюсть. Чон кидает парня на землю, шипит и наклоняется к его уху.
— Могу даже нос подправить. Ты не меняешься, всё такой же ублюдок, — Хосок отходит на пару шагов, когда телохранители Юнги и его стали нацеливать друг на друга оружие.
— Ты тоже, как я вижу. Нам было хорошо работать вместе и были как братья, Джей-хоуп. Разве не помнишь? — Юнги улыбается, отхаркивает кровь и встает с земли, немного пошатываясь от удара, что взбодрил лучше кофе.
— Тебе кажется. Если по-твоему братство - это шастать по клубам, продавать вместе наркотики и трахать одну и ту же телку, то ошибаешься.
— Мы доверяли друг другу всё, делали всё вместе. У нас была одна мечта на двоих, ну так где же мой лучший друг сейчас. Тусуется с каким-то школьником? — Юнги прыскает в кулак и язвительно проговаривает, хотя у самого внутри органы сжимаются и шутить не хочется вовсе.
— Хочешь сказать, что это я кинул тебя? Ты блять головой думай и мозг включай. Кто меня кинул, собрал все деньги с наркотиками и уехал в Америку, а? Кто потом приехал и начал своим высоким статусом наркодиллера тыкать мне в лицо, когда я помирал в тюрьме пять лет, потому что ты меня сдал? Пиздабол хуев, — Хосок словно ядом плюется, сам себе делает больно от воспоминаний прошлого, но все равно продолжает говорить. — Ты называешь Чимина малолеткой, хотя у того ума больше и уровень продаж выше, — Хосок смеётся. Но не так лучезарно, нежно, что затмил бы весь мир, а притворно, лживо с насмешкой и каплей горечи.
— Мы одинаковые, Джей. Сделаны из одного и того же теста. В будущем мы все равно будем вместе работать, я уверен, так что не разбрасывайся словами.
— Нихуя подобного. И я давно уже не Джей или Джей-хоуп. А теперь, пока, попутного ветра в сраку, — Хосок улыбается и тяжёлыми шагами уходит обратно в клуб.
— До скорой встречи, — Юнги лишь хмыкает, смотрит в спину парня и продолжает ухмыляться.
* * *
— Где Чимин? — Хосок обеспокоенно смотрит на плачущую, немного подвыпившую тебя и хмурится.
— Трахается.
— Что?
— Трахается с какой-то шлюхой клуба, что не понятного? — резко проговариваешь, немного заикаясь и шмыгая носом.
—В связи с последними событиями, то роль шлюхи играешь ты, но...
— Ты мог бы хотя бы в такой момент быть не настолько прямолинейным. Он послал меня, хотя я хотела узнать что случилось и почему он так зол. Вы же лучшие друзья, почему он злиться на тебя? — выпиваешь залпом стакан с алкоголем и с досадой спрашиваешь.
— Заслужил. Я ничего никогда ему не говорил. Он не знает моего прошлого, ничего, — Хосок садиться рядом, притягивает тебя за плечи, чтобы приобнять.
— Почему?
— Я просто не хотел, чтобы он думал, что его хён точно такой же как и все.
— Не понимаю, — икаешь и большими глазками смотришь прямо в глаза Хосоку.
— Все мафиози и наркодиллеры грубые, как Чимин допустим или Юнги, сама знаешь. Я же пытался показать пример Паку, что не все такие, что есть и хорошие люди. Он ведь кроме этого клуба ничего не видит, а тут все пропитано похотью, притворством, алкоголем и дымом сигарет. Поэтому Чимин и был таким. Я старался учить его, потому что не хотел, чтобы у него потом всё сложилось как у меня, — Хосок облегченно дышит, потому что наконец-то смог выговориться. — Я хотел лучше для него, но оказывается, не рассказывая о себе, я был плохим другом.
— Почему ты так сторонишься своего прошлого? Это ведь прошло, почему скрываешь?
— Ты пьяна, потом поговорим, дурочка.
— Я не пойду в комнату, там Чимин, не хочу им мешать, — немного обиженно шепчешь, дуешь губы и пускаешь пузырики через трубочку в напитке.
— Значит я пойду. Пошли, я не хочу, чтобы ты напилась до потери сознания. Отведу тебя в комнату, где будешь сегодня спать.
/Soonshi/