13
Мне не хватает слов чтоб передать те мысли и эмоции что были у меня всю ночь. Кому я, чёрт возьми, сдалась? Я не красотка и популярностью у парней не пользуюсь, но какому-то разбалованому сынишке я нужна. Что вообще за бред?
Мне оставалось только сидеть и думать кто он и что от меня хочет. И выживу ли я.
Утром Мин пришёл в комнату с верёвкой, завязывая мне ноги и руки. Видно боится что сбежу.
Это утро отличалось от других своей накалённой обстановкой и лицом парня. Даже если ночью он был похож на зверя, то утром опять превращался в обычного парня, который, пусть и ехидной улыбкой, но улыбался. Только вот сейчас он был злой и я боялась проронить хоть слово. Знаю, что обычно в сериалах в такие моменты принято кричать и брыкаться, но только сейчас до меня доходит что в этом нет смысла и это только усугубит ситуацию.
Юнги берёт меня на руки и через пару минут мы оказываемся в его машине. Я отворачиваюсь, смотря в окно и за всю дорогу ни разу не посмотрела на блондина. Казалось, эта тишина убивала, но сейчас она была кстати. У меня больше не было слов для него. Слишком много боли и злости.
Мы останавливаемся у какого-то большого дома. Много понта и желания показать насколько ты богат. Это бесило уже, если честно.
Мы сидим в абсолютной тишине и никто не думает выходить. В моём случае не может. Я смотрю на дождь, который бьёт по окну. Погода очень хмурая и, кажется, она отображает моё состояние. Я не знаю что будет в этом доме. Что со мной будут делать. Чувствую себя игрушкой, но ведь я ничего такого не сделала, чтоб переживать этот ад.
- Что бы не случилось - начинает блондин, смотря в даль. Его голос очень хриплый - живи.
Последнее слово он очень тихо проговаривает, опуская голову вниз. Я не понимаю этого человека и что творится постоянно у него в голове. Вчера он кричал что ему плевать, а сейчас тихо шепчет "живи".
Я слишком обижена на него чтоб ответить, поэтому не получив от меня ни слова, он выходит из машины и несёт меня к дому.
Ему достаточно пару раз побить ногой о дверь, как тут же она открывается и перед нами стоит девушка, которая явно не была кореянкой, одетая в форму домработницы.
- Хозяина сейчас нет дома, но он дал мне поручение. - говорит она, с неким британским акцентом и впускает нас в дом.
Он большой и внутри полностью оправдывает то, что я сказала о нём видя только внешне.
Девушка проводит нас на второй этаж и открывает ключом дверь в комнату. Это была чья-то спальня. Походу того ублюдка. Тёмные обои, такие же занавески и какие-то плакаты на стене.
Юнги оставляет меня на кровати, а сам уходит. Хочется крикнуть ему чтоб он вернулся, но язык не слушается и я молчу.
Через пару минут входит эта девушка. Она открывает занавески и после подходит ко мне.
- Семья Пак придёт только вечером, поэтому тебе придётся потерпеть так. - говорит она, указывая взглядом на верёвки. - Послушай, какой-то дикости я за ним не замечала, поэтому не бойся, он тебя не убьёт.
Меня это вовсе не успокоило. Кроме смерти есть же ещё столько пыток и только подумав об этом к горлу подходит ком и хочется кричать так, чтоб сорвать голос, чтоб хоть кто-то пришёл и спас меня.
Она ещё смотрит на меня и после уходит. Чёрт, чем же я всё это заслужила? Своими родителями? Но это же их вина, а не моя. И самое странное, что я даже не скучаю за ними. Я просто больше не хочу их видеть. Надеюсь им хорошо сейчас в Америке. Интересно, а совесть им спать не мешает?
Время тянулось очень долго. Каждая секунда, казалось, была как час. Тело затекло и ныло. Кажется, я перестала чувствовать руки.
Раздаётся щелчок замка и дверь открывается, но вместо той девушки входит парень. Чимин, мать его! Сколько он меня ещё будет преследовать?
- Ты? - спрашиваю удивлённо я, понимая что возможно это глупо, но я сначала сказала, а потом подумала.
- Да, привет. - говорит он, спокойной входя и садясь рядом со мной.
- Зачем я тебе? - задаю вопрос, надеясь получить правдивый ответ. Хотя Юнги бы сейчас не ответил. - А, и верёвки сними.
Я его не боюсь, я училась с ним, поэтому разговаривать легче.
Он развязывает меня и я ловлю кайф от первых секунд, чувствуя свободу, а потом кайф меняется на боль в теле.
- Ты должна быть мне благодарна. Думаешь я не знаю что делал с тобой этот садист? Он даже связал тебя. - сказал Чимин и кинул верёвки в сторону.
- А ты типа лучше? - кривляюсь я, вспоминая тот день, когда этот мудак пытался меня склеить.
- Да ладно тебе. Послушай, я дам тебе свободу, замну твои косяки с прогулами в универе и ты будешь дальше жить и радоваться, но за это ты должна со мной переспать. Понимаешь ли, тогда моя гордость была слишком задета. - Чимин ехидно улыбается, а мне хочется блевать от этой улыбки.
- Я не буду этого делать. - кричу я, отворачиваясь от него.
- Это лучшее что с тобой может быть, потому что если ты откажешься, то возможно бордель папиного друга пополнится на ещё одну двадцати трёхлетнюю девушку. - от этой фразы я поперхнулась воздухом, а парень ушёл и через минуту он принёс мне апельсиновый сок, будто я едой подавилась. Я выпила этот сок и не знала одного. Он подсыпал мне снотворное.
- Так что? - спрашивает он, поддаваясь ещё ближе.
Я не знаю что сказать. Я бы никогда, ни за что бы не переспала ни с ним, ни с кем-то другим за что-то, но сейчас на кону стояла моя свобода и дальнейшая жизнь. Я могу просто потерпеть один вечер и жить дальше с этими воспоминаниями или стать проституткой.
Я только лениво киваю в знак согласия, принимая своё поражение. Я не знаю что будет дальше, но я поклялась себе, что буду жить не смотря ни на что.
- Только пообещай что отпустишь. - глупо было верить ему, но это единственный шанс.
- Обещаю.
***
Юнги заходит в квартиру ночью и сейчас она кажется ему безумно пустой. Он же этого и хотел? Да, но сейчас в его душе так же пусто. Блондин берёт бутылку с кухни и идёт в свою спальню, даже не закрывая дверь. Опять упирается на ту же стену. Он делает первый глоток и во всю надеется что кто-то сейчас всё таки зайдёт и успокоит его, как это делала она. Вчера он наврал. Ему не плевать что сделают с ЕГО заложницей, потому что на его собственность никто не имеет права.
Неожиданно ему приходит сообщение и он даже вздрагивает. Разблокирует экран и видит фотографию, от которой ему становится плохо. Та, которая день назад принадлежала ему, сейчас мирно спала. Часть её тела прикрывала простынь, остальную - алые засосы, больше похожие на синяки.
" Ты столько времени не мог подчинить её себе, а она отдалась мне в первый день. "
Секунда и телефон Мина был разбит о противоположную стену.