8. В гостинице.
Девушка почти сорвала голос. Она упала на белоснежную простынь. Слишком эстетично тут всё. Обнажённая девушка на белом белье, хоть сейчас камеру ставь и снимай.
— Третий раз, — подвёл итог парень, невероятно довольный собой и тем, что произошло, падая рядом. Вот это физическая нагрузка! — Вот так просто лечь в постель с первым встречным…
— Слушай, тебе было хорошо?.. — спрашивает девушка, пытаясь как можно скорее восстановить дыхание.
— Да. — коротко отвечает блодин.
— Ну вот. Лежи и радуйся. Не тебе о нравственности рассуждать. — с укором заявила Саша, прикрываясь концом простыни.
— Молодец, сучка, поставила меня на место, — ухмыльнулся Кирилл, натягивая на себя одеяло.
Трёхминутная пауза, дальше девушка поворачивается к Незборецкому:
— Будем прощаться… — говорит она, вставая с кровати и натягивая трусики.
— Уже?
— Я бы с удовольствием, — улыбнулась она, подчёркивая последнее слово, после чего сделала небольшую паузу, — Осталась бы ещё на пару актов, если это в твоих силах, но мне пора домой. Муж будет волноваться…
— У тебя муж есть? — неприятно удивился Кирилл.
— Да расслабься. Никого у меня нет.
— Может тогда останешься ещё хотя бы на час? — спросил он.
— Неа. — она надела топ и влезла в джинсы. Присела на кровать, натягивая ботильоны, потом повернулась к блондину:
— Пальто мое не видел?
— В коридоре.
— Окей. Спасибо за вечер, всего хорошего! — искренне улыбнулась она.
— Тебе того же… — бросил ей вслед Кирилл. Тут же дверь хлопнула. Ушла. Парень упал головой на подушки и счастливо улыбнулся. Получил то, что хотел. Никто даже не сомневался.
Она конечно горяча. Вроде такая непреступная и гордая, а вроде и поддалась ему. А как она очаровательно улыбнулась ему! Растаяла. Даже она растаяла. Ну всё! Теперь всё встало на свои места.
Через некоторое время Кирилл поднялся и оделся. И поехал домой. С чувством удовлетворения и счастья.
Ну что ж. Теперь можно выдохнуть. Всё сделано. По возвращению домой блондин, конечно же, похвастался брату своими «достижениями». Макс лишь фыркнул, давая понять, что он не верит.
— Ну правда!
— Ой ладно-ладно, — старший махнул на брата рукой, лишь бы тот отстал, и ушёл к себе. Кир надулся, обижаясь на брата…