Глава 3
Слова не шли на язык. Сколько лжи было сказано прежде, однако сейчас Томас чувствовал: ему говорят правду. Эксперименты обретают смысл. У него, Томаса, и, наверное, у остальных глэйдеров и девчонок из Группы «В» иммунитет к Вспышке. Потому-то их и выбрали для испытаний. Каждая Переменная, каждый обман, каждая ловушка и монстр на их пути - все это части одного большого и сложного эксперимента. Эксперимента, который даст ПОРОКу лекарство.
Все встало на свои места. Даже больше: откровение пробудило память. Томас знал, о чем говорит Крысун.
- Вижу, ты мне веришь, - произнес вестник, решив нарушить молчание. - Когда мы обнаружили людей, в мозгу которых угнездился вирус, но никак себя не проявляет, из вас отобрали самых лучших. Так и родился ПОРОК. Разумеется, не все в ваших группах имеют иммунитет, и эти по-настоящему больные - контрольные испытуемые. Всякий эксперимент, Томас, требует наличия контрольной группы, для чистоты эксперимента.
У Томаса упало сердце.
- А кто не... - Договорить он не решился: побоялся услышать ответ.
- Кто не обладает защитой? - выгнул брови Крысун. - О, думаю, они и без тебя успеют выяснить. Впрочем, по порядку: ты пахнешь как труп недельной давности. Сейчас отведем тебя в душ и выдадим свежую одежду.
С этими словами Крысун подхватил со стола папку и направился к двери. Он уже собирался переступить порог, когда Томас вспомнил:
- Постой!
Посетитель обернулся.
- Слушаю?
- Тогда, перед Жаровней... почему ты соврал о лекарстве? Ты говорил, что в убежище нас будет ждать вакцина.
Крысун пожал плечами.
- Я вовсе не считаю это ложью. Пройдя испытание и прибыв в убежище, вы помогли нам собрать нужные данные. Они-то и позволят приготовить лекарство. В конечном итоге. Лекарство для всех.
- Зачем ты мне все рассказал? Почему только сейчас? Чего ради было пихать меня в комнату на месяц? - Томас обвел рукой мягкие стены и потолок, убогий туалет в углу. Обрывочных воспоминаний не хватало, чтобы вычленить смысл из происходящих странностей. - Зачем ты соврал Терезе, будто я слетел с катушек? Зачем держал меня здесь? В чем подвох?
- Переменные, - ответил Крысун. - Что бы мы с тобой ни делали, все тщательно спланировано и просчитано нашими врачами и мозгоправами. Испытания стимулируют зону поражения, в которой гнездится Вспышка. Мы исследовали паттерны эмоций и реакций, мыслей. Смотрели, как они развиваются у пораженной вирусом личности. Пытались выяснить, почему в вас они не ослабевают. Все дело в паттернах зоны поражения, Томас. Нам нужна матрица когнитивных и психологических ответов, нужна для создания лекарства. Оно - конечная цель.
- Что такое «зона поражения»? - Сам Томас этого вспомнить не мог. - Скажи, что это, и я пойду с тобой.
- Эх, Томас, Томас, - произнес Крысун. - Странно, что ты сам не вспомнил после укуса гривера. Зона поражения - это твой мозг. Его поражает вирус Вспышки, и чем сильнее отравлена зона поражения, тем более паранойяльным и жестоким становится поведение человека. ПОРОК использует твой мозг и мозг тех немногих, кто не одарен иммунитетом, дабы решить задачу. - Довольный, если не сказать счастливый, Крысун позвал: - Идем же, отмоем тебя. И кстати, на всякий случай предупреждаю: за нами следят. Попытаешься выкинуть фокус - не оберешься неприятностей.
Томас присел, пытаясь осмыслить услышанное. Ему точно говорят правду, новости совпадают с тем, что приходило в кратких воспоминаниях. До конца поверить словам Крысуна мешала укоренившаяся в сердце ненависть к ПОРОКу. Сколько они уже обманывали...
Наконец Томас поднялся, позволяя разуму самостоятельно рассортировать поступившую информацию. Сознательным анализом можно заняться и позже. Не говоря ни слова, Томас последовал за Крысуном, покинул наконец свое белое узилище.
Они шли по коридору. Коридор как коридор - длинный, пол выложен плиткой, стены бежевые и увешаны картинами в рамках: волны бьются о берег, колибри зависла у красного цветка, дождь над утопающим в тумане лесом. Над головой гудели флуоресцентные лампы.
Миновали несколько поворотов, и наконец Крысун остановился у двери. За ней обнаружилась большая уборная с рядами душевых кабинок и шкафчиков. Один из них был открыт, внутри лежала свежая одежда и обувка. Даже про часы не забыли.
- У тебя ровно тридцать минут, - предупредил Крысун. - Как помоешься и переоденешься, просто сядь и жди - я приду за тобой, и ты вновь увидишь своих друзей.
Непонятно почему, но при слове «друзья» Томас сразу вспомнил о Терезе. Попытался вызвать ее мысленно и в ответ услышал только тишину. И хоть с каждым днем Томас ненавидел ее все сильнее, пустота раздражала - как полый пузырь внутри. Тереза - ниточка, связь с прошлым. Когда-то она была ему лучшим другом, и с этим твердым знанием Томас не спешил расставаться.
Крысун кивнул:
- Увидимся через полчаса. - Он вышел и закрыл дверь, вновь оставив Томаса наедине с собой.
Томас так и не решил, что делать. Найти друзей - вот пока самое главное. И на шажок к цели он приблизился. Он не знал, чего ожидать, зато хотя бы выбрался из белой комнаты. Наконец! Заодно и помоется в горячей воде, отскоблит себя. Что может быть лучше!
Решив оставить на время заботы, Томас скинул засаленную одежду и стал приводить себя в божеский вид.