3
Чимину с Тэхеном было комфортно. Таких друзей у него никогда не было. Чимин знал почти все о Тэхене: начиная тем, что Тэхен не любит чай с сахаром и заканчивая тем, что отец бьет его, когда выпивает слишком много.
Тэхен, в свою очередь знал все о Чимине. О любимых конфетах с ликером, о любви к «Ходячим Мертвецам» и дикой страстью к баскетболу.
— Так что же ты не запишешься в баскетбольную команду? — опираясь локтями на чиминову кровать, спросил Тэхен.
— Там, где правит мой братик, который пиздит меня стабильно раза три в неделю? — рассмеялся Чимин. — Нет, спасибо, планирую остаться на площадке, которую я уже приглядел.
— Как ты собираешься пойти в спорт, если ты даже не знаешь, что такое командная игра?
— Тэхен-а, я не знаю, я ничего не знаю. Моя жизнь покатилась в пизду с моим переездом сюда. Я ненавижу своего братца. Я ненавижу свою мать и «моего нового батю». Эту школу. И этот дом тоже, — грызя карандаш, бегло произнес Чимин. — Ты говоришь мне о баскетбольной команде уже второй раз за неделю, зачем?
— Давай так. Просто иди туда. И я отвалю от тебя. Осенний набор в команду начинается завтра, — перевернулся на живот брюнет и уставился на Пака, сложив ладони у подбородка.
— М-м-м, может быть, — посмотрел Чимин на Тэхена и улыбнулся.
— Может быть? — хмыкнул Тэхен.
— Может быть.
***
Чимин стоял перед двадцатью тупыми качками, ржущими над очередной шутки Юнги. Черт бы побрал этого Тэхена. И вообще всю планету.
— Юнги, как сильно мне его бить? — засмеялся один из головорезов еще громче.
— Ну, почему же, — обходя Чимина вокруг, громко сказал Юнги, — Я все думаю, как же тебя унизить еще сильнее, а ты вот взял и пришел сюда сам, Чиминни, — уже еле-еле слышно прошептал Юнги.
— Значит, этот короткий будет в нашей команде? — загоготали парни.
— Сначала он покажет то, что он умеет, — поставил точку Юнги.
Чимин был счастлив. Переодевшись в баскетбольную форму, он с наслаждением повел мяч по спортзалу. Только в эти моменты он чувствовал, что жизнь не так и плоха на самом деле. Мышцы напряглись до предела, а дыхание сбилось. Спокойно забив трехочковый и сделав несколько финтов, Чимин двинулся дальше. Он будто не бежал, а плыл. Все движения, казалось, были настолько четкими и автоматизированными, что парни в два раза выше Чимина забыли, что они вообще баскетболисты. Кто-то даже сравнил Чимина с Юнги, но, будучи достаточно умным, посчитал нужным заткнуться. Забросив последний мяч в корзину, Чимин подбежал к команде и гордо снял с головы повязку.
— Вы действительно считаете, что я не нужен вашей команде? — улыбнулся он. В такие моменты его самоуверенность била через край, и даже Юнги не мог на это никаким образом повлиять.
Все ждали ответа «нет». Все знали, что Юнги не нужны конкуренты. Все знали, что Юнги не терпит людей лучше него хоть в чем-то. Неожиданное согласие ввело всех и самого Чимина в такой ступор, что на несколько секунд в зале повисла гробовая тишина.
Уже уходя, Юнги прошептал Чимину:
— Ты в этой команде, Пак Чимин. Но ты здесь не для того, чтобы играть. Ты здесь для того, чтобы мне было весело.
Ночью Юнги не мог уснуть. В голову лезли всякие мысли, но чаще — накаченные руки и мокрые волосы. И то, что кто-то может быть таким в игре. Что, блять? Нет, нет, нет.
В такие моменты он знал, что делать. Юнги встал с кровати, накинул джинсы и черную футболку, взял один из мячей из-под своей кровати и отправился на баскетбольную площадку.
Это площадка для Юнги всегда была домом. Тут он плакал ночами напролет, когда мама, пообещав вернуться, так и не появилась больше на пороге их дома. Когда он понял, что никого не интересует какую книгу он прочитал в воскресенье. Когда он понял, что никого не волнует, сколько он спит и спит ли он вообще. Сюда же он приходил, когда уставал от отца и девиц, которые в него влюблялись и никогда, ни разу в жизни это не было взаимным. Небо и звезды успокаивали. Баскетбольное кольцо стало единственным его собеседником. Как бы много друзей у Мина не было.
Из размышлений Юнги вывел стук мяча. Кто-то был на его площадке. Силуэт был знакомым, а движения казались, такими привычными. Пак Чимин. Юнги ухмыльнулся про себя и подошёл ближе.
Только, как ни странно, ругаться и поднимать кулак не хотелось. Юнги лег на дальнюю скамейку и стал наблюдать за звёздами. Мама всегда говорила ему, что его человек обязательно будет любить звезды и собак, прямо как и он. Когда в четвертом классе Юнги спросил у девочки, что она думает о созвездии Ориона и знает ли она о самой яркой звезде в Галактике, та посмеялась и сказала, что ей некогда об этом думать. Больше Юнги никого не спрашивал.
Юнги видел и Чимина. Он был красивым. Даже если Юнги об этом и не думал, и эта мысль только-только зарождалась в глубине сознания, с каждой секундой набирая все большую скорость.
— Может, он не так и плох, — думал Мин.
Чимин знал, что за ним наблюдают. Чимин знал, что это Юнги. Чимин видел тут Юнги не один раз, и даже не два. Только вот не приходить он сюда не мог тоже. Тут было видно звезды и всегда было спокойно, почти беззвучно. Движения Чимина были плавными и медленными, а он — умиротворенным и сонным.
Юнги встал. Встал и ушел. А Пак поплелся за ним. Он действительно ненавидел того, кто превратил его жизнь в сплошной ад. Только сейчас перед ним шел не тот Юнги. Юнги, новый Юнги. В сочетании с сигаретой и мраморными запястьями казался в сотни раз лучше. Не настолько, чтобы относиться нормально, но достаточно, чтобы перестать ненавидеть.
— Может, он не так и плох, — думал Пак.
***
На следующий день, уже стоя на школьной перемене возле своего шкафчика, Чимин увлеченно рассказывал Тэхену о том, что он теперь играет в баскетбольной команде, как того и хотел.
— Что бы ты делал без своего целеустремленного друга? — поправил челку Тэхен.
— Можно подумать, что это ты, а не я показал игру, после которой меня приняли.
— Чимин-а, ты мудила. Как я с тобой общаюсь?
Школьная перемена заканчивалась. Людей в коридоре становилось все меньше. Наконец, можно было абсолютно точно увидеть, кто стоит на другой стороне коридора. Тэхена прожигал взглядом сам Чон Чонгук, при этом успевая обсуждать с Юнги вчерашнюю игру. Юнги, поняв, что с этого человека ничего не взять, захватил рюкзак и двинулся прочь.
— Эй, ты идешь? — поинтересовался Чимин, забрасывая в сумку все необходимые тетради.
— Я подойду через пять минут, иди пока что, — даже не посмотрев на Пака, пробормотал Тэхен.
После того как Чимин ушел, Тэхен оторвал от своей «Биологии» листок, что-то написал и, подойдя к Чонгуку, демонстративно ткнул им его в грудь, даже не останавливаясь.
«Хватит пялиться, ты прожжешь во мне дыру.
82 2 318-2116»
«Это, определенно, начало чего-то интересного» — подумал Чон.