Свет Былой Любви

«Я смотрю в темноту, я вижу огни
Это где-то в степи скрывается зверь
Он, я знаю, не спит - слишком сильная боль
Все горит, все кипит, пылает огонь
Я даже знаю, как болит у зверя в груди
Он ревет, он хрипит, мне знаком этот крик.»

Одри сидела в машине, пока Давид о чём-то разговаривал с полицейскими на улице. Все люди из клуба давно убежали, а блондинке, испытавшей животный страх при виде трупа, скорее всего её подруги, вызвали скорую и увезли в больницу, напичкав успокоительными.

Честно, это чудо-средство не помешало бы и оценщике. Её руки дрожали, а сердце в груди всё никак не унималось. Было жутко холодно. Что-что, а изуродованные трупы она видела не часто, чтобы привыкнуть к такому зрелищу.

Её напарник время не затягивал, поэтому вскоре тоже сел в машину и дал команду водителю ехать в «Астрею».

—Как ты себя чувствуешь?—Давид обернулся, глядя в глаза девушки и будто бы пытаясь найти в них признаки плохого состояния.

—Всё нормально, спасибо,—не выдавая своего испуга ответила она, даже вымучив что-то наподобие улыбки.

—Знаешь, Одри... Я поражаюсь твоей смелости,—улыбнувшись с её слов, напарник игриво подмигнул в своей манере,—Но сейчас просто расслабься и успокойся. Всё хорошо.

Давид прав. Нужно успокоиться и снова прийти в себя.
Девушка откинула голову на спинку сидения и прикрыла глаза, глубоко дыша.
В мыслях всё-равно всплывала ужасная картина перед глазами - труп в луже крови и неизвестный знак на спине.

Одри нахмуривись и попыталась увести мысли в другое русло.
Так, когда она приведет, то нужно зайти к начальнику.

А зачем?

Достойных аргументов этому девушка найти не могла, поэтому усмехнулась своим же мыслям. Просто хочется.
Хочется поделиться тем, что свершилось за день. Хочется увидеть его едва заметную улыбку, бездонные серые глаза... Либо же наткнуться на ледник, встретившись с холодным взглядом и непоколебимостью.
Одри задумалась. Микаэль ни разу... Не был строг с ней за это короткое время. Формальный - да. Но даже сквозь эту "формальность" пробивалось нечто иное, более свободное. Начинало казаться что знакомы они уже давно...

По приезде в агентство, первым делом девушка пошла к себе. Хотелось поскорее переодеться и вместе с одеждой убрать воспоминания о том, что она видела в клубе.

Пижамный комплект из штанов и кофты был приятен телу. Завязав волосы в слегка небрежный пучок Одри вышла из комнаты и пошла по коридору к кабинету начальника.

Тут же захотелось стукнуть себя по лбу. Боже, в пижаме... Ну ладно, он же не знает. Со стороны похоже на простую домашнюю одежду.

Остановившись перед резной дверью, Одри замерла на пару секунд, перед тем как постучать, прислушалась. Как всегда гробовая тишина. Невозможно различить, есть кто в кабинете или нет.

Но, не став долго думать, она всё же постучала. Ожидая пару секунд, девушка не услышала ответа. Снова побарабанила костяшками пальцев по дереву. Ответа нет.

Может, Микаэль куда-то ушёл?
Решив в последний раз попытать удачу, оценщица схватилась за ручку, осторожно потянув на себя.

И... Дверь открылась.

Одри аккуратно заглянула за неё. Никого нет. Но, раз кабинет открыт, а свет включён... То, скорее всего, его хозяин скоро вернётся.

Усмехнувшись, она переступила порог и, как ни в чём не бывало, закрыла за собой дверь.

В этот раз девушка села на просторный диван, который находился у стены. Сложила ногу на ногу и стала рассматривать помещение.

Нос щекочет приятный и яркий запах одеколона. Кажется, мужчина ушёл совсем недавно.

Взгляд перешёл на рабочий стол. Хаотично разбросанные бумаги, ручка, лежащая поверх них. Он работал. Ну а как может быть иначе?

За такой короткий срок, пока оценщица находилась в «Астрее», она поняла, что начальник, похоже не выходит из своего кабинета. Микаэль либо любит свою работу, либо что-то просто не позволяет ему её бросить...

Интересно, что он с таким рвением изучает? Какое-то расследование?

О, похоже любопытство Одри рано или поздно погубит её...

Она аккуратно встала с дивана, воровато оглядевшись по сторонам. Документы на столе ну очень манили, чтобы их посмотреть. И девушка пошла на поводу у этого желания.

Подошла к столу. На нём лежала увесистая папка в переплёте, а рядом беспорядочно лежат какие-то отчёты. Много отчётов. Ну, ещё пустые файлы.
Выглядит так, будто начальник что-то срочно искал.

Мысленно извиняясь перед Микаэлем за свою наглость, Одри отодвинула мешающие файлы, аккуратно опустилась на кресло начальника и взяла в руки первый попавшийся лист.

Первыми глаза уловили дату, которая была месяц назад.

Потом взгляд забегал по многочисленным строчкам:
«В жилом доме из окна выбросился юноша. Сумасшедший встал на подоконник, понял руки к небу и стал кричать, что придёт некая "Мессия". В руках парнишки был нож, которым он выцарапывал себе что-то на запястьях. Потом он полетел вниз. Никто не успел его поймать».

Девушка была удивлена, мягко сказать. Но пока что-то думать рано.
Мало ли, просто случайность? Может, это какой-то культ у молодёжи, за которым они следуют, выполняют задания. Но для них это оказывается губительно... Не первый раз можно встретить такое в интернете.

Не засиживался долго, Одри отложила этот лист, взяла фотографию, лежащую неподалёку.
Тело парня, вокруг головы которого лужа крови и... Похоже куски мозга, распластавшееся на асфальте. Короткорукавная рубашка в крови, а на запястье какие-то символы.

Оценщица быстро нашла небольшой клочок бумаги, взяла ручку и перерисовала эти иероглифы, после убирая бумажку к себе в карман.

Сердце девушки бешено стучало, отдавая в висках. Может, дело в том, что вот-вот может прийти начальник или то, что ей начинает казаться, что всё не совпадение...

Одри обомлела, когда увидела дату, точь-в-точь совпадающую с датой инцидента, который произошёл с ней.
Именно а тот день её пациент чуть было не разбился намертво. Но в почти то же время и в том же городе свершилось преступление:

«Мужчина зверски заколол свою дочь ножом, веря, что она одержима». Короткий и страшный заголовок, а также фото, прилагающееся к нему...

Детское тело было буквально искромсанно и проткнуто насквозь.

Это было последней каплей.

Девушка буквально откинула от себя все эти бумажки и поспешила на диван.
Обхватив свои плечи руками, она поджала ноги под себя, пустым взглядом смотря на стол, где только что без угрызений совести копалась.
Теперь хотелось это стереть из памяти.

Нет, дело не в том, что Одри боялась - просто мозг сам по себе проводил соответствующие параллели.
Во-первых, символы. Уже как минимум у двух трупов точно. Только, в разных местах. Одна жертва говорила что-то псевдорелигиозное, а другому "дали зелёный свет" на убийство собственной дочери.

Это всё будто вырезки из книги-ужастика с высоким рейтингом. Но странно осознавать, что это было в реальности, а не за её гранью.

Оценщица стало не по себе. Она мелко задрожала, прикрыв глаза. Голова от чего-то сильно заболела. Невыносимо, будто кто-то сжимает череп.

Свернувшись клубочком, Одри смогла найти более-менее удобную позу, уложив голову на один из подлокотников и теперь находясь в полу-лежачем положении.

Прикрыла глаза... Перед ними заплясали красно-белые точки.

Быстрое и резкое дыхание перешло в тяжёлое, но более спокойное. Руки хоть немного согрелись, а головная боль, словно волна, отступила на пару секунд, появляясь снова, более сильно.

Нахмурившись, Одри даже не заметила, как задремала таким образом, стараясь унять сильную боль.

В голове сначало отдавало тихое тиканье часов, а после... Шаги и скрип двери.

Девушка шумно выдохнула, чувствуя новый прилив мигрени одновременно с тяжёлыми шагами неподалёку.

Она сквозь сон поняла, что перед ней остановились на пару секунд. Потом шаги удалились.
Минута и... На её спину и ноги легло что-то лёгкое тёплое и мягкое.

А ко лбу прикоснулись прохладной ладонью, вызывая облегчение.

Перестав хмурить брови и выдохнув, оценщица едва заметно приоткрыла глаза, видя перед собой размытую фигуру Микаэля, стоявшего рядом.

Но стоило глазам снова закрыться, как он отошёл. Убрал ладонь. Убрал внезапно накатившее спокойствие... И убрал боль.

Девушке стало легче дышать. Она почувствовала тепло пледа, который накинули ей на плечи.

Но вместе с пришедшим комфортом отступил сон. Оценщица пролежала с закрытыми глазами ещё пару минут, а после распахнула их, привстав и откинув от себя плед.

Теперь за столом сидел начальник. На его рабочем месте теперь не было бардака - только аккуратно сложенные папки.

—Добрый вечер, Одри,—его бархатный голос заполнил кабинет.—Надеюсь, что это не я виновник вашему столь быстрому пробуждению.

—Добрый вечер, Микаэль,—девушка слегка охрипла. Прочистив горло, она уселась прямо, слегка стыдясь глядеть на начальника, —Извините за моё поведение.

Его взгляд изменился за секунду. Стал не таким строгим... Тёплым, но с нотками сожаления.

—Вы бледны. Одри, как вы себя чувствуете? —он наклонил голову, заинтересованно наблюдая за оценщицей.

Она застыла, словно завороженная глядя в глаза Микаэля, устремлённые на неё. По телу пробежали мурашки.

—Всё хорошо, спасибо за беспокойство,—Одри невзначай дотронулась до своего лба. Голова больше не грозилась расколоться напополам от боли. Как... мигрень могла так быстро пройти? Тем более после простого прикосновения начальника.

Мотнув головой, девушка постаралась скрыть слегка покрасневшие щёки. Кажется, за сегодня она очень сильно переутомилась.

—А ещё вы дрожите. Накиньте плед,чтобы было теплее. Здесь, на втором этаже, всегда прохладно,—обернувшись к окну, Микаэль глянул на то, что за окном ветер трепал оголенные ветви деревьев в полумраке.

Одри кивнула, подтянула махровый плед к себе, накидывая его на плечи и закутываясь в нём. О, дрожит она точно не от холода.

Но от чего тогда?

К сожалению, девушка не понимала этого и сама.

—Я... Заходила сказать, что Давид передал моё дело. И сказал, что все началось хорошо,—оценщица решила первой прервать неловкое для неё молчание. Теперь она наблюдала за тем, как начальник убирает ручку в стаканчик с канцелярией, отставляет компьютер в сторону. Берёт в руки большую папку, встаёт и ставит её в шкаф. Такой спокойный...
Одри поймала себя на той мысли, что ей хочется быть такой же непоколебимой, хладнокровной. Но пока это не реализуемо.

Услышав её слова, Микаэль обернулся к ней. И вот, девушка наконец увидела его улыбку во всей красе. Такая тёплая и добрая. Он словно ангел, чьё одобрение мог бы ждать целый мир...

—А как могло быть иначе, Одри?

После этих слов, её сердце кажется замерло на долю секунд. Тело расслабилось, а она откинулась на спинку дивана, не замечая за собой, что тоже улыбается.

—Вам вернут лицензию. И вам больше не придётся пытаться скрываться от угроз и тех, кто их посылает,—продолжил начальник, вернувшись к столу. Только теперь он сел не за него, а на кресло неподалёку.

Одри опустила взгляд
«Откуда он знает про угрозы?»
Спросить это вслух она не смогла.
Кажется, от начальника нельзя ничего скрыть.

—Извините... Можно вопрос?—но девушка подняла взгляд, глядя в глаза Микаэлю с лёгкой настороженностью.
Ей было просто необходимо узнать... Хоть что-то. Чтобы не чувствовать себя лишней и незнающей ничего здесь. Увидела одобрительный кивок,—Вам же уже передали сегодняшнее дело?

Одри смотрела за реакцией начальника, даже не моргая.
Тот думал лишь пару секунд. Спокойно кивнул...

—Да.

—Уже известна причина смерти?—оценивайте продолжила, заранее продумав свой вопрос.

—Тяжелейшая потеря крови и повреждение внутренних органов. Ей вспороли живот,—Микаэль констатировал факт безэмоционально. А у девушки округлились слова от удивления и одновременно облегчения. Как хорошо, что она не видела этого зверского убийства, —Я удовлетворил ваш интерес?

Одри кивнула, решив отступить. По начальнику было видно, что эту тему он не очень сильно хочет развивать. Да и она теперь тоже не хотела. Узнала то что нужно. Теперь главное не ошибиться и не сделать поспешных выводов.

—Микаэль, у меня есть кое-какое предположение, но... Я боюсь, что если оно будет ошибочным, то это приведёт к последствиям. В первую очередь для меня,—выдохнув, оценщика сцепила руки, слегка нервно загибая пальцы.

—Одри, знаете почему именно розы окружают наше агентство?—своим вопросом начальник удивил её, заставив мгновенно растеряться. К чему это сейчас?—Sub rosa.

Фраза на латыни казалась смутно знакомой. Девушка заинтересованно наклонила голову.

—Что это значит?

Микаэль улыбнулся, на долю секунд прикрыв глаза.

—Под розой,—он сложил руки домиком, наклоняя корпус вперёд,—В Древнем Риме всё, что происходило в комнате, усыпанной лепестками роз считалось конфиденциальным. Никто не имел права рассказать этого. Одри, в этих стенах вы можете рассказать всё, и никто не узнает об этом. Тем более, вы не понесёте никакой ответственности, что бы не сказали.

Оцените хотелось в это верить. И она поверила. А первую очередь Микаэлю... Его слова успокаивали, давали уверенность, и Одри не могла противиться этому чувству на уровне инстинктов.

—В клубе со мной общался... Человек, который вполне может быть подозреваемым. Его поведение было очень странным и даже нездоровым. Но я знаю только то, что его зовут Филипп Мор,—заговорила девушка, отведя взгляд и совершенно нежелательно для себя вспоминая это неприятное лицо.
Но когда она подняла глаза, то неожиданно для себя увидела, что начальник нахмурился, переведя взгляд на файлы на столе. Лишь на пару секунд.

—Одри, я просто поражён вашей смелостью и стойкостью. Вы просто ценнейший экспонат в этих стенах. Ваша информация может помочь,—теперь Микаэль говорил, как ни в чём не бывало. Он потянулся за бумагами сбоку от себя, снова взял ручку и что-то кратко пометил.

«Похоже накинула я ему работы на ночь глядя...»

—Спасибо за хорошие слова, Микаэль. Не буду вас отвлекать. Спокойной ночи,—девушка слегка растерялась. Стало немного неловко с этого.

—И вам, Одри. И вам...—начальник кивнул и окончательно склонил голову над бумагами. Светлые пряди заструились по его плечам.

Это было последнее, что видела оценщица перед тем, как выйти из кабинета, перед этим скинув с себя плед и аккуратно сложив его.

Вскоре Одри пришла к себе в комнату, выключила свет и легла на кровать, устало кладя ладонь на глаза и вздыхая. Такое чувство, будто она находится не там, где нужно. Не в своей тарелке.

Рука переместилась с лица на лоб. Перед глазами девушки мозг нарисовал... Микаэля, который сделал точно так же, когда увидел её спящей у себя в кабинете. Жаль, что она не видела его лица в тот момент. Каким оно было?
Сочувствующим? Удивлённым? Или абсолютно безразличным...

А потом она вспомнила то мимолётное прохладное прикосновение, которое каким-то волшебным образом стёрло всю боль и беспокойство.

Вот бы почувствовать это снова, спокойно лечь спать, а не лежать и просто... Мечтать об этом?

Но даже несмотря на такое настроение, Одри не могла не усмехнулся с того, что Микаэль скорее всего хотел отдохнуть, а благодаря её словам ему приходиться что-то делать...

Кстати о делах.

Девушка открыла глаза, ладонь потянулась в карман.
Оттуда она достала листочек с иероглифами, записанными ей.

Одри взяла с тумбочки телефон, включила его, щурясь от яркого света и открыла переводчик, вводя символы, тоже больше похожие на латынь.

Через пару секунд она увидела ещё один ответ на свой очередной вопрос. Та фраза, которую на запястье писала себе одна из жертв означала...

«Зверь придёт»