Свет Былой Любви

Вскоре машина подъехала к агентству. И Одри, попросив Давида предупредить начальника об этом, через минуту уже ехала по дороге.

Водитель был тот же, что и всё время. Молчаливый, не задающий лишних вопросов.

Девушка смотрела в окно, теперь уже не думая ни о чём. Мозг просто устал и ему нужно перезагрузиться и отдохнуть... Может тогда пропадут кошмары и прочие странности, приследующие её?

Никто не знает. Но Одри бы очень хотелось, чтобы то, что происходит с ней оказалось простым переутомлением и ничем более.

Оценщица тяжело вздохнула, переведя взгляд на свой телефон в руках. На него перешло уведомление. От Рут.
Ну, вообще у девушки не было много вариантов, кто мог ей написать - либо подруга, либо те, кто хотят по угрожать ей. Другого не дано.

«Привет, Одри. Как ты? У меня для тебя есть хорошие новости, позвони, как будешь свободна»

Прочитав это, она поздоровалась и спросила о том, как дела у самой Рут в ответ, после обещав позвонить, как найдётся время.

После, оценщица отложила телефон и просидела неподвижно до самого офиса, в который ей было нужно.

—Буду ждать вас здесь,—предупредил водитель, глуша машину, когда Одри вышла из неё.
Она кивнула и направилась в сторону нужного здания.

Зашла в него, щурясь от контрастного, по-сравнению с хмурой погодой на улице, яркого света внутри.

Прошла к стойке администратора, увидев там ту же девушку в очках, что и в прошлый раз. Та выглядела слегка нервной. Подняла на оценщицу слегка прищуренные глаза, всматрияаясь в её лицо.

—Одри? Профессор ждёт вас. Вторая дверь слева,—администратор указала в сторону. Её взгляд слегка изменился. В нём появились... Нотки надменности?

—Спасибо,—кивнув, Одни подал туда, куда ей сказали. Вскоре она остановилась перед нужной дверью, постучалась ради приличия, хотя ей сообщили, что её ждут.

—Проходите,—в ответ она услышала низкий голос.
Открыла дверь, вошла в кабинет, сразу замечая, что свет здесь приглушённый. Всему виной заведенные жалюзи.

Оказавшись на пороге, оценщица устремилась взор на фигуру, сидящую за столом. Мужчина вальяжно откинулся на стуле, сцепив руки перед собой и глядя на гостью. Чёрные, как смоль, зачесанные волосы, но всё равно с одной выбивающейся прядкой... Холодные и изучающие голубые глаза, острые, нетипичные черты лица.
Мужчина был одет строго: белая рубашка, тёмно-серая жилетка, бордовый галстук.

—Чувствуйте себя как дома, присаживайтесь,—сказал он это ровно, почти убаюкивающе. Кивнув, девушка прошла к кожанному стулу, находящемуся напротив стола и села, открыто глядя на того, кто перед ней.—Жаль, в университете не удалось вас увидеть. О вас многие лестно отзывались.

На лице профессора промелькнула ухмылка, а во взгляде сверкнула хитрость.

—Поверьте, мне тоже жаль, что так вышло...Мистер Малек,—Одри сохраняла спокойствие. Несмотря на его пока непонятный настрой, всё было нормально. Девушка знала, что он профессионал, но некоторые говорили, что со своеобразными методами.

—О, зовите меня просто Малек,—он выровнялся в кресле. Высокий...—Чтож, начнём.

С края стола профессор взял стопку бумаг и положил её в серединой, похоже так, чтобы Одри тоже видела.

—Многие наслышаны о вашем деле. Я в том числе,—хмыкнул он, протягивая руку и раскладывая листы в линию,—Радио до сих пор не замолкает о том, что случилось в тот день.

—Это мне известно,—незаметно для неё самой, оценщицу охватила нетерпеливость. Кажется, Малек делает это специально. Оттягивает момент, чтобы позлить её?

Но, благо, он наконец перешёл к делу.

—Я рассмотрел некоторые детали вашего дела. Есть пара проблем. Например то, что записей с камер больница не даёт, ссылаясь на то, что в тот момент камеры ремонтировали. Также у нападавшего на вас есть алиби со стороны всей семьи в том, что он абсолютно спокойный молодой человек и "даже мухи не обидит". От вас не было совершенно никаких показаний...—Профессор привлёк внимание девушки к каждой бумажке по порядку. Указал пальцем на пропуски в графах и рассказал, что они значат.—Сегодня я предложу лишь вспомнить что-нибудь, что поможет зацепиться за вашу невиновность.

Его слова заставили Одри задуматься. Может, реально есть что-то, что может дать ей хоть какое-то алиби.

—Ну... По поводу камер могу сказать совершенно точно, что она работали в тот день и никакого ремонта не было,—погружаясь в свои воспоминания, начала девушка. Она отчётливо помнила то, как перед беседой с пациентом глянула на небольшой глазок в углу комнаты, как и всегда горящий красным. "Гудлам"- клиника престижная и профессиональная. Если бы были какие-то неисправности, то девушку бы точно предупредили,—Но странность в том, что остальные работники скорее всего не нашли записей. Никто не подтвердил моб невиновность даже на полиграфе и... Те, с кем было хорошее общение стали смотреть на меня по-другому. Как будто я - потенциальный убийца.

Девушка сложила руки на груди, нахмурившись. Она до сих пор не понимала, почему они так посчитали... И, честно, обижалась на это.

Тем временем Малек делал пометки во внезапно взявшемся откуда-то блокноте. Он кивнул и не отрываясь продолжил спрашивать:

—У вас были потенциальные, скажем так, враги на работе? Те, кто желал занять ваше место, завидовал?

—Нет, со всеми были отличные отношения,—на этот вопрос она ответила даже не задумываясь. Ведь Одри ни разу не переходила никому дорогу, была вежлива и на конфликты не шла.

—Ладно, это мы узнаем, но немного позже. Думаю, вы не будете возражать, чтобы я провёл допрос для ваших коллег. Тогда поймём, кто и что скрывает,—Малек поставил точку у себя в блокноте, отложил ручку и поднял свой холодный взгляд.

—На этом... Всё?—девушка же удивилась. Кажется, их беседа подошла к концу, но...

—О, Одри, прошу вас, не спешите. Нам есть ещё о чём поговорить,—тихо посмеявшись, профессор продолжил,—Значит, теперь вы работаете в «Астрее», верно? И как вам там? Как коллектив, задания? Вас всё устраивает?

—Верно. Пока всё отлично,—оценщица ответила кратко. Какая резкая смена темы. Значит, по поводу лицензии они всё же закончили?

—Безмерно рад за вас. Правда, несказанно удивлён, что вы выбрали... Извините меня за выражение, эту шарашкину контору,

Следующие слова мужчины удивили девушку. Как открыто он заявляет о своём... Каком-то особом отношении к «Астрее». Но самое главное, что Малек отчасти был прав.
Одри променяла престижную работу на непонятное и странное "что-то". Об этом ей уже говорила и Рут.

—Я думаю, что даже в таких сомнительных местах могут быть очень профессиональные люди. А это лишь стереотипы,—но даже несмотря на это, оценщица не могла не заступиться за своё новое " место в жизни".

—Похоже, вы уже сладили с коллективом, раз они замолвили за вас слово и вы так яро заступаетесь за это агентство. Кстати говоря, ваша подруга тоже просила вам помочь. Но тот юрист с «Астреи» её опередил,—теперь профессор буквально сверлил Одри взглядом. Рассмотрел её лицо, бесстыдно перешёл на шею и скользкую по ключицам, опускаясь ниже. И также медленно поднимая наглые глаза.

Возмущения у оценщицы не было предела, но она промолчала, лишь вопросительно вздёрнутым бровь.

—Чтож, вам я могу сказать одно. Спасибо, что решили помочь мне,—подытожила Одри, вздохнув и откинувшись на спинку стула. Только сейчас она заметила, насколько была напряжена.

—Вы сами помогаете себе, а я лишь подтолкну вас,—Малек наклонил голову в сторону. Чёрная прядка упала на его лицо. Кажется, сейчас оно стало насмешливым и ироничным,—Хоть это и может мне стоить много.

—В каком это смысле?—удивлённо спросила она, слегка нахмурившись. Со стороны, профессор Синнер кажется совсем не тем, кто действовал бы себе в убыток. Кажется, он наоборот будет искать лишь выгоду.

—А это уже не должно вас заботить, Одри. Все беды из тени.

Сколько же всего непонятного...