«Невысказанное»
Санни фыркнула, будто отгоняя лишние мысли, и, обхватив кружку ладонями, сделала несколько медленных глотков какао. Тёплый, сладковатый вкус немного успокаивал, но внутри всё равно оставалась лёгкая тревога.
Розэ тем временем занялась своими делами по дому — тихо ходила по особняку, поправляя вещи, вытирая поверхности и наводя привычный порядок, словно полностью погрузившись в рутинную, успокаивающую работу.
Санни ещё немного посидела, задумчиво глядя в одну точку, допила какао до последней капли и, встав, аккуратно поставила чашку в раковину. Глубоко вздохнув, будто собираясь с духом, она развернулась и медленно направилась в сторону кабинета Чонгука.
Подойдя к двери кабинета, Санни на мгновение замерла, словно сомневаясь, затем тихо постучала. В ответ почти сразу раздался недовольный, хрипловатый голос Чонгука — низкий, с раздражённым рычанием:
— Входи…
Санни осторожно приоткрыла дверь, позволяя ей скользнуть всего на несколько сантиметров, и, будто боясь нарушить его пространство, тихо вошла внутрь, аккуратно прикрыв дверь за собой.
Пошатнувшись, она с опущенной головой сделала несколько неуверенных шагов вперёд. Слова застревали где-то в горле — Санни мямлила, пытаясь начать, но каждый звук давался с трудом. Ей казалось, что ещё секунда — и Чонгук вспыхнет, повысит голос, сорвётся на неё, и от этой мысли внутри всё сжималось ещё сильнее.
Но вместо крика повисла тишина. Затем раздалось тихое движение стула — Чонгук ухмыльнулся. Он медленно поднялся с места, обошёл стол и, не спеша, подошёл к ней вплотную, заставляя её невольно задержать дыхание.
Чонгук остановился совсем рядом, наклонившись чуть ближе, и низким, спокойным голосом сказал:
— Ты так и будешь молчать… или всё-таки скажешь, зачем пришла?
Она чуть приподняла взгляд, не решаясь смотреть ему прямо в глаза, и тихо произнесла:
— Я… это… ну…
Голос дрогнул, слова путались, она слегка заикалась, нервно сжимая пальцы. И вдруг, будто собрав последние силы, резко выпалила:
— Хочу идти в школу! Вот… я хотела сказать это…
А затем снова перешла на свой тихий, бархатный, неуверенный голосок, в котором слышалась и надежда, и страх одновременно.
Чонгук на мгновение замер, внимательно всматриваясь в её лицо, будто взвешивая каждое слово. В его взгляде промелькнуло удивление, затем что-то холодное и задумчивое, а уже через секунду уголки губ медленно изогнулись в ленивой ухмылке.
Не говоря ни слова, он сделал шаг к ней. Потом ещё один. Санни инстинктивно отступала назад — медленно, почти незаметно, пока спиной не почувствовала холод стены. Сердце забилось быстрее, дыхание сбилось.
Чонгук остановился совсем близко, уперев ладонь в стену рядом с её плечом, словно отрезая путь к отступлению. Он слегка наклонился, заглядывая ей в глаза сверху вниз, и тихо, с тем же опасным спокойствием, произнёс:
— Школа, значит…
В его голосе не было злости — только контроль и уверенность, от которых у Санни по спине пробежали мурашки.
Санни опустила глаза, чуть дрожащими губами тихо добавила:
— …это всё, что я желаю…
Чонгук снова посмотрел на неё, на этот раз без ухмылки, его взгляд стал мягче, чуть теплым, но всё ещё строгим. Он сделал медленный шаг к ней и слегка наклонился, словно приглашая её поднять глаза.
— Я слышу тебя, — сказал он тихо, почти неощутимо, — и понимаю.
Санни почувствовала, как напряжение внутри чуть спадает, хотя сердце всё ещё колотилось быстро. Она не отводила взгляда, чувствуя, что рядом с ним можно быть честной, пусть даже немного боясь.
Чонгук осторожно повернулся к столу, но не уходил от неё, а протянул руку, как бы показывая: «Ты можешь сделать шаг — я рядом». Санни медленно, ещё слегка дрожа, сделала шаг навстречу. Атмосфера между ними смягчилась, и впервые за долгое время ей стало немного легче дышать.
Когда Санни уже была почти рядом, Чонгук внезапно схватил её руку и притянул к себе, так что она чуть опёрлась на его грудь. Он заглянул ей в глаза, и на мгновение казалось, что сейчас он скажет что-то вроде: «Можно, иди в школу…».
Но вместо этого его рука скользнула к её подбородку, слегка приподнимая лицо, и холодный, твёрдый взгляд обжёг её:
— НЕТ.
Его голос был жёстким, без капли сомнения или компромисса. Санни вздрогнула, её сердце сжалось, а лёгкое ощущение безопасности, которое она только что почувствовала, мгновенно рассыпалось. Она замерла, не в силах произнести ни слова, только тихо дышала, ощущая всю силу и непреклонность его характера.
Санни сначала собралась с силами и, сжимая кулаки, тихо начала пытаться его убедить:
— П-Пожалуйста…Чонгук… я просто хочу учиться…
Но Чонгук не поднял взгляда, не сказал ни слова, лишь сел за компьютер и принялся работать, будто её слова не существовали. Санни почувствовала, как всё её напряжение медленно тает в беспомощности.
Она опустила глаза, губы чуть поджались, и тихо, едва слышно, пробормотала:
— Поняла… прости…
С этими словами она медленно развернулась и вышла из комнаты, сердце щемило, а шаги отдавали лёгкой тяжестью расстройства, оставляя за собой тихий эхом оставшийся в кабинете холод.
POV:Чонгук
Я сидел за компьютером, но как только услышал её тихие шаги, уходящие из комнаты, будто что-то дернуло меня внутри. Сначала я просто смотрел, как она исчезает за дверью, и пытался сосредоточиться на работе… но не мог.
Её тихое «поняла… прости…» застряло в голове. Не знаю, что это — жалость ко мне или просто её расстройство, но странно щемило внутри. Я поймал себя на том, что сердце забилось чуть быстрее, и впервые за долгое время понял, что кто-то может тронуть меня не силой или словами, а просто своими эмоциями.
Чёрт… она становится для меня важной. И чем больше я пытаюсь это игнорировать, тем яснее чувствую, что мне не всё равно. Эта маленькая, тихая, такая… уязвимая Санни каким-то образом пробивает мою защиту, оставляя след, который я не могу стереть.
Вздохнув, я медленно встал со стула и подошёл к двери, но остановился. Она уже ушла далеко, её шаги едва слышны в коридоре. Что я чувствую? Раздражение? Да, что-то есть… но это странное чувство, которое я давно не испытывал. Забота? Нет… больше похоже на… тревогу.
Я оперся спиной о косяк двери и закрыл глаза. Сколько можно отрицать? Санни важна. Слишком важна, чтобы просто смотреть, как она расстроена и уходила, не сказав ни слова. Она делает что-то простое, вроде желания пойти в школу, а для меня это словно испытание — и я… я не могу позволить себе остаться равнодушным. Но я даже ради неё стараюсь, а что если в школе произойдёт что нибудь? А меня нет рядом? А что если..да блять сколько можно думать 'а что если' это и вправду может произойти.
Я вернулся к столу, сел, но пальцы сами дрожат над клавишами. Голову переполняют мысли: «Почему она так на меня действует? Почему я не могу просто оставить это?» Кажется, она проникает в меня глубже, чем я готов признать, и это… раздражает меня, да, но одновременно и притягивает.
—Санни...ты сводишь меня с ума...
Медленно я встал снова, решив — нужно будет поговорить с ней позже. Не сейчас, когда она расстроена, не прямо сейчас… но я не могу просто оставить это. Санни не просто рядом, она оставила след, который невозможно стереть. И я это чувствую.
Я вышла в сад, чувствуя, как сердце всё ещё стучит слишком быстро. Расстроенная, с опущенной головой, я шла по каменной тропинке, зная, что мне не сбежать из этого особняка… и уж тем более не от Чона.
Если он так захотел — значит, так и будет.
За несколько дней здесь я уже успела мельком, но достаточно, чтобы понять кое-что о своём «хозяине». Он строгий, непредсказуемый, а иногда… чертовски притягательный. И, честно говоря, это пугает.
Я подошла к клумбе с цветами, сделала небольшой вдох и почувствовала, как тёплый октябрьский воздух обволакивает меня. Лёгкая улыбка сама появилась на губах, когда я посмотрела на яркие лепестки. Словно цветы могли понять моё настроение, или хотя бы подарить немного покоя, которого здесь так не хватает. Я стояла там, глубоко вздыхая, и хотя тревога всё ещё оставалась внутри, на миг она смягчилась, растворяясь в этом простом, тёплом моменте.
Я стояла у клумбы, наслаждаясь моментом, глубоко вдыхая сладкий запах цветов и чувствуя, как нежный октябрьский ветерок ласкает лицо.
Казалось, весь мир замер, оставляя только меня и этот тихий, тёплый сад.
Но вдруг я ощутила на своей талии тяжёлые и горячие руки. Вздрогнув, я чуть отступила, а потом поняла — это он.
Чонгук.
Его руки были твёрдые, уверенные, но не жестокие. Он положил подбородок мне на плечо и молча стал смотреть на сад вместе со мной.
Сердце моё забилось быстрее. Было странно, неожиданно и… почему-то безопасно. Мы просто стояли так — он и я, среди цветов, а мир вокруг словно перестал существовать. И я почувствовала, что этот момент — только наш.