Good man

– Выход в той стороне, – Юнги махнул в сторону выхода, куда только что проскользнул Чонгук. – Уматывай, парниша. – Капитан развернулся и гаркнул строиться своей команде для разминки.

Чонгук топтался на месте, не зная, куда податься. Юнги раздавал команды направо и налево резким голосом. Команда уже рассчиталась, разделилась на пары и проводили индивидуальные разминки. Сам Юнги пустился бегать по залу.

– А ты чего стоишь? – Чонгук обернулся. Около входной двери замерла маленькая девочка в школьной форме очень похожая на гнома или смурфика: два хвостика по бокам, большие влажные глаза и в руках папка с неё ростом. – Иди переодевайся и на поле разминаться.

– Нарин, он собирается уходить. Парниша, вали отсюда, а. – Юнги прервал пробежку подошёл к ним.

Нарин упёрла руки в бока. Папка смешно ударила её по ноге. Она даже вздрогнула.

– Ты хочешь играть в баскетбол? – пропищала Нарин.

– Да, хочу, – Чонгук показал, что в руках сжимал лямку сумки со спортивной формой внутри.

– Ну так иди в раздевалку, потом на поле.

Нарин показала в сторону дверей, за которыми были мужские и женские раздевалки. Чонгук вприпрыжку влетел в небольшое, но чистое помещение со шкафчиками и скамейками, наскоро сменил футболку, натянул шорты и через минуты полторы выскочил на поле.

– ... у нас в этом году новичков раз-два и обчёлся. Почему не он? – Нарин пищала ультразвуком.

Юнги и Нарин стояли прямо посередине баскетбольной площадки и выглядели крайне неудовлетворёнными друг другом.

– Он не коснётся этого грёбаного мяча, Нарин. – Юнги тыкал в сторону баскетбольных мячей в корзине. Она стояла в тёмном углу площадки. – Ни одного из них.

Юнги возвышался над Нарин на две головы и смотрел на неё сверху вниз, со стороны они смахивали на старшего брата и младшую сестру.

– Нам нужны люди, Юнги. Это выпускной год для тебя и ещё пяти человек из команды. Когда вы выпуститесь, мне в руки брать мяч и прыгать под корзиной?

Баскетбольный мяч по размеру был как Нарин. У Чонгука в голове диссонанс. Образ Нарин не вязался не с баскетболом, не с мячом. Она вообще больше походила на ошибку, которую должен был выделить красным фломастером ученик младшей школе в "найди предмет, который не подходит".

– Нарин, кто угодно, но не этот тип. Я согласен на Ято, Кино или этого лошпеда рыжего, которого ты мне подсовывала несколько дней назад. – Юнги обернулся к остановившимся членам команды. Они уже давно застыли с мячами в руках и с удовольствием слушали ссору Юнги и Нарин. – Чего встали? У нас на носу соревнования. Будете побеждать разинутыми ртами? – Юнги сверкнул своими тёмными глазами. Парни тут же забили мячами, спортивный зал наполнился скрипов резиновых подошв и стуком баскетбольных мячей.

– Юнги, это моё последнее слово, – Нарин ткнула в сторону Чонгука. – Он остаётся.

– Я капитан в этой чёртовой кманде или нт? – Юнги со злостью швырнул подкатившийся к его ноге мяч в сторону баскетбольного кольца. Мяч прокатился по железной дуге и провалился, не задев сетки.

Нарин засеменила в сторону Чонгука. Она улыбалась и выглядела довольной.

– Чонгук, сейчас заполним с тобой небольшую анкету и таблицу с персональными размерами. – Нарин открыла свою папку, достала оттуда листы с таблицами и анкетами и вручила Чонгуку. – Пойдём к трибунам, ручку я тебе дам.

Юнги перестал обращать на них внимание и сосредоточился на команде, которую погнал по кругу, прикрикивая.

– Он всегда такой? – спросил Чонгук у Нарин. Она шла и что-то внимательно изучала в стопке листов в папке.

– Список вопросов? Думаешь, есть лишние? Это уже обновлённый список, месяц назад вроде отредактировала.

– Я не про вопросы, а про капитана. – Чонгук следил, как Юнги бежал за всей командой и подгонял их выкриками.

– Юнги? – Нарин оторвалась от бумаг. – Он отличный капитан. Трудолюбивый и очень болеющий за свою команду. Пожалуй, лучший капитан, которого я знаю. – Лицо Нарин посветлело, когда она рассказывала про Юнги. Это сразу бросилось в глаза Чонгука. Если он такой славный, отчего невзлюбил его? – Не обращай внимание на нашу перепалку. Может Юнги не с той ноги сегодня встал? Обычно он очень рад всем новичкам. – Нарин вдруг пристально посмотрела на Чонгука. – Чем тебя заинтересовал баскетбол?

– Меня?

– Ну да. – Нарин села на скамейку, показала на место рядом с тобой. Чонгук протиснулся и сел туда. – Кадрить девчонок не получится – тренировки у нас закрытые. Если хочешь спорт ради спорта, то лучше иди в спортзал.

– Нет, я пришёл стать победителем, – сказал Чонгук. – Это одно из условий, чтобы Техён согласился со мной встречаться.

Последние слова Чонгука прозвучали в установившей тишине громко и отчётливо. Кажется его слова облетели весь спортзал, их услышали все члены команды, кипящий от злости Юнги и вошедший в зал Техён.

Нарин радостно вспорхнула со своего места.

– Техён, здравствуй! – Она подбежала к парню.

– Привет, Нарин. Я не вовремя? – Техён без какого-либо интереса скользнул взглядом по Чонгуку.

– Нет, что ты, Чонгук – наш новый игрок. Как раз заполняли с ним анкету.

Юнги опять крикнул тренирующимся парням, и они пошли к корзинам с цветными майками.

– Новые игроки, конечно, нужны команде. Юнги постоянно жалуется, что никто не идёт, – Техён улыбнулся Юнги, тот ответил кивком, что заметил его. – Молодая кровь, все дела. – Опять ноль внимания на Чонгука. – Нарин, не буду мешать, позанимаюсь наверху трибун.

Чонгук проводил Техёна до самого верха, чуть не свернул голову. Тот извлёк из сумки учебники, разложился и уткнулся в них.

– Чонгук? – Нарин коснулась его плеча. Чонгук сразу вышел из оцепенения. – Заполняй анкету. И мне нужно проверить твою выносливость, чтобы составить личный план тренировок.

– Конечно. А что тут делает Техён? У вас же закрытые тренировки.

Нарин бросила быстрый взгляд на Техёна, а потому указала на Юнги.

– Лучшие друзья. Ну и Техён – президент студсовета. И я – дочь нашего директора.

Чонгук показал, что всё понял, тем что уставился в анкету. Он старался заполнить её быстро, но то и дело его взгляд соскальзывал вверх по трибунам. И вот он снова смотрел на золотые пряди, родинку на щеке, широкий разлёт плеч. Сердце учищённо билось в горле и с каждом ударом становилось всё тяжелее и тяжелее. Нарин как будто чувствовала и ласково поторапливала. Чонгук всё равно, как он не старался, закончил только к концу тренировки.

– Отлично потрудились, ребята, – сказал Юнги, каждого из игроков хлопая по раскрытой ладони. – Завтра всех жду к шести, будем налегать на отрабатывание трёхочковых бросков. – Юнги поднял глаза на Нарин, встретился взглядом с Чонгуком, его лицо тут же превратилось в невыразительную маску. – Время тренировки закончилось, я закрываю зал.

– Я ещё не посмотрела на нового игрока, – сказала Нарин. – Я сама закрою зал. – Она вытянула руку в сторону Юнги, – дай, пожалуйста, ключи.

Юнги сложил руки на груди, а ключи спрятал в кулаке.

– На это была дана вся тренировка, Нарин. Если этот парниша так долго заполняет анкету, что на поле будет?

Нарин не отпустила руку:

– Что надо будет на поле. Я для этого и остаюсь, чтобы посмотреть, подходит он нам или нет.

– Он нам не подходит, я уже посмотрел. На выход.

Нарин сделал глубокий вдох. Шумный вдох, вдох «я бы тебя сейчас ударила, но я девочка».

– Ключи, Юнги.

– Нет, – Юнги убрал ключи в карман. – Некого смотреть, этот парниша нам не подходит, Нарин. Я – капитан команды, последнее слово за мной.

– Юнги, да дай ему шанс.

Чонгук, Нарин и Юнги посмотрели наверх трибуны. Техён пожал плечами.

– Почему просто его не посмотреть?

– Хорошо, давайте посмотрим, – согласился Юнги быстро и зыркнул на Чонгука. – Пробежка на сто, триста и пятьсот метров. Длина прыжка, высота. Но сначала десять полных кругов, для разминки. Выходи, Чонгук.

Чонгук послушно встал, вышел к Юнги.

– Старт у той стены, как будешь готов, кричи «готов» и приступай, – процедил Юнги быстро и сразу отошёл будто Чонгук заразный.

Чонгук быстрым шагом дошёл до старта, встал, посмотрел на Техёна, заряжаясь любовью, но он не смотрел на него. Интереснее были учебники.

– Готов! – крикнул Чонгук и побежал. Краем глаза заметил, что Юнги упал рядом с Нарин. И несмотря на проснувшуюся к Чонгуку ненависть, уставился на него, а не в телефон.

Десять кругов Чонгук пробежал легко и без отдышки. Для него это было не расстояние. Потом он сдал забег на сто, двести и триста метров. Прыгнул в длину три раза и прыгнул столько же вверх.

На втором прыжке Чонгук повернул голову в сторону трибун и чуть не упал, потому что забыл, что нужно распрямить ноги, чтобы приземлиться на них. Техён смотрел на него. Он увидел за очками эти тёмные и пронзительные карие глаза.

– Чонгук, замечательно! Твои результаты выше среднего, ты нам очень подходишь. – Нарин перелистала записи с чонгуковскими результатами, видимо убеждаясь ещё раз, что он подошёл команде. – Тогда я сейчас же отправлю информацию по форме и начну составлять твой план питания... Ой, ты не написал, на что у тебя аллергия.

– На высокомерных типов, которые судят по одёжке, – честно признался Чонгук.

Нарин ухмыльнулась:

– Юнги, запиши телефон Чонгука, скинь ему расписание тренировок, – Нарин собрала вещи и махнула своей маленькой ладошкой. – Не смотри на меня, Юнги, с такой злобой. Ты сам прекрасно знаешь, что Чонгук отлично впишется в команду с такими данными. Всем пока-пока.

Когда за Нарин закрылась дверь, Юнги вздохнул.

– И сколько будешь стоять здесь? Домой хочется, парниша.

Чонгук поскакала в раздевалку. И вот ещё одно дело сделано. Его взяли в команду. Чонгук будет тренироваться день и ночь, хоть круглые сутки, чтобы как можно быстрее оказаться победителем.

– Ким Техён, скоро я ещё раз предложу встречаться! И в этот раз ты не сможешь мне отказать.

На следующий день Чонгук прибывал на невероятном подъёме. Он чувствовал в себе тонну сил, был готов пробежать миллион километровых забегов, поднять школу одной рукой, десять школ.

На переменах Чонгук прыгал вокруг Чимина, соревновался с одноклассниками в коротких забегах от стенки до стенки и устраивали армрестлинг на передних партах. Не нужно быть Нострадамусом, чтобы догадаться, кто всегда одерживал победу. Когда Чонгук уставал, возвращался к Чимину, крутился и вертелся, как юла, пока тот не поднял на него тяжёлый взгляд. Он навис над шеей Чонгука, как дамоклов меч, что отпало всякое желание тереться рядом с партой Чимина.

Учителя тоже заметили возбуждённое состояние Чонгука. Делали замечание каждую минуту.

– У тебя, Чон Чонгук, сегодня праздник какой-то? Сейчас выпрыгнешь из штанов. – Учительница по-английскому покачала головой уже на пятнадцатой минуте урока.

– Это всё любовь, – сказал кто-то, и класс засвистел и заулюлюкал.

– Тихо-тихо, – учительница помахала ручкой в воздухе, призывая снизить децибелы. – Любовь – замечательно чувство. Оно может быть и во благо, – она показала на сияющего Чонгука, который даже сидя на своём месте дёргался, крутился и елозил, так его переполняли чувства. – А может быть и разрушительно. Давайте скажем эту фразу на английском, кто рискнёт?

На большой перемене после столовой, Чимин уже порядком устал от кипящей энергии Чонгука. А в Чонгуке она генерировалась, и генерировалась, и искала выход. Чонгук катался колесом вокруг Чимина, когда появился Юнги.

– Силы побереги для тренировок, – его тон был до жути холодным, будто не от тренировке речь, а о кровожадном убийстве.

Но Чонгук плевать хотел и на тон, и на хёна. Он оглядел мельком Юнги, заглянул ему за спину, прокатился вокруг колесом, а потом остановился, чтобы осмотреться.

– А где Техён? Он не с тобой?

– Хубэ, вежлвы тон соблдай, – сказал неразборчиво Юнги. Потом какое-то время он молча стоял и смотрел на Чонгука, чтобы выдать: – Сегодня тренировка у тебя на час раньше, чтобы к шести боле-менее в правилах разбирался. И только попробуй опоздать, ты будешь сразу вышвырнут из команды!

– А Техён будет на тренировке сегодня?

Юнги ничего не ответил и просто ушёл. Зато вместо него появился Хёнбин.

– Чон Чонгук, немедленно объяснись! – закричал во всеуслышание Хёнбин, привлекая к себе внимание. Чонгук оглядел парня, зевнул.

– Хёнбин, нечего объяснять, я всё уже сказал в прошлый раз. – Чонгук разглядывал Хёнбина. В нём не осталось прежнего очарования, именно на него и купился Чонгук, увидел в миниатюрном смешливом мальчике. Хёнбин любил книги, библиотеку и был недотрогой. До поры до времени.

Чонгук очаровался Хёнбином. Он мило краснел, облизывал губы и, когда стеснялся, то потуплял взор в ноги и выглядел милым котиком. Когда же Чонгук начал встречаться с Хёнбином, то он увидел парня с дургой стороны. Хёнбин постоянно ныл. Учёба ему давалась непосильным трудом, родители-изверги держали Хёнбина в чёрном теле и лупили за плохие отметки, учителя его все поголовно не любили, специально занижали оценки, придирались к форме, к почерку, к невнимательному слушанию, в столовой невкусный кимчи, друзей лучших нет, не дают деньги на последние кроссовки найк и далее, и далее. Хёбин врал. Много врал. Врал родителям по телефону, когда сидел с Чонгуком в маке и ел макфлурри. Обманывал учителей по поводу домашней работы. То на неё упал стакан с матчей, то съел соседский кот, то соседская собака пописала, то соседский попугай унёс ей в клюве до ближайшей лужи и утопил. Врал на физкультуре, что у него болит в боку, ноге, ребре. Врал в столовой, чтобы не стоять в очереди, врал в автобусе и катался зайцем. Хёнбин оказался доступным, но это и не минус. Чонгуку только в плюс, что почти сразу уломал Хёнбина на поцелуй, а там и постель оказалась недалеко. И может быть их отношения так и продолжались, но Чонгук встретил Техёна.

– Нет, ты объяснишь мне. Ты не берёшь телефон, избегаешь меня в школе, – Хёнбин даже не пытался не кричать. Он специально привлекал всё больше и больше внимания. – Что значит: я расстаюсь с тобой?

– Могу предположить, – встрял Чимин, – что это означает, что ваши отношения закончились.

– Я не у тебя спрашивал, – осадил Хёнбин. – Твоё мнение ценно в мусорном ведре.

Чонгук коснулся плеча Хёнбина.

– Хёнбин, дело не в тебе, а во мне. Мне понравился другой человек. – Об одном упоминании о Техёне, пусть даже косвенном, в груди Чонгука будто распускался солнечный цветок, который грел сердце.

Лицо Хёнбина скривилось. Как будто вместо Чонгука перед ним застыло что-то мерзкое и неприятное.

– Нет, ты видимо не понял, Чонгук, я не давал согласия бросать меня.

Чонгук ещё раз зевнул, засунул мизинец в ухо, поковырял там, потому что зачесалось. И что хорошего он нашёл в Хёнбине? Как Чонгука угораздило общаться с таким истеричным человеком?

– Хёнбин, так бывает, не злись, – Чонгук улыбнулся. Улыбка смягчала людей. Но на Хёнбина подействовала, как красная тряпка на быка. Он покраснел до кончиков ушей, развернулся и быстро ушёл, не оглядываясь.

– Это может плохо кончится. – Чимин проводил взглядом Хёнбина.

Чонгук отмахнулся. Он погрузился с головой в мечтания о Техёне. Увидит ли он сегодня его? Пусть он даже придёт на пять минут – Чонгуку будет достаточно.

Уроки закончились. Чимин сразу как прозвенел звонок направился на остановку, чтобы доехать до академии, теперь до позднего вечера он будет готовится к поступлению в университет. Чимин с первого класса младшей школы собирался быть фэшн-журналистом в корейском издательстве Космополитан. И ни на йоту не изменил себе, а теперь пошёл на дополнительные курсы.

Чонгук остался один. До пяти ещё было сорок минут, и потому он решил отсидеться в библиотеке. Точнее даже просто поспать.

Завернув в очередной коридор, Чонгук врезался в кого-то. Он сразу открыл рот, чтобы извиниться, но его почему-то быстро толкнули в пол, заломили руки и поставили на колени. Первый удар пришёлся на спину, Чонгук полетел вперёд, проехался подбородком по полу. Второй удар попал по рёбрам, третий – по рукам, четвёртый опять в рёбра.

Чонгука ни разу не били, поэтому он и не догадался поначалу сгруппироваться. Удары летели справа, слева, сверху. От них не было спасения. Чонгук потерял счёт времени, а потому, когда прокатился эхом громкий окрик, он решил, что уже прошёл день, закончилась ночь и наступил новый день.

– Эй, ты в порядке?

Чонгук держал голову прижатой к груди и прикрывал её руками. Он ждал новых ударов.

– Всё в порядке, расслабься, они ушли.

Чонгук медленно, готовый тут же спрятать свою голову обратно в гнездо из рук, убрал их.

– Чонгук?

Чимин с вопросом оглядывал его.

– Чимин? Ты почему не в академии? – голос хрипел, Чонгук хотел раскашляться.

Чимин присел перед другом.

– За что тебя так?

– Не знаю. Но мне показалось, что я слышал голос Хёнбина. Чонгук попытался сесть. Всё тело отдалось непереносимой болью. Руки и ноги не слушались.

– Тебе нужно в медпункт.

– Нет, – Чонгук с трудом, но покачал головой. – Мне нужно в спортзал, на тренировку.

– В таком состоянии?

Чимин подхватил Чонгука, перекинул его руку через свою шею, и они медленно поплелись на первый этаж, в медпункт.

– Господи, – медсестра всплеснула руками, когда Чимин ввалился вместе с Чонгуком в кабинет. – Что случилось?

Чимин усадил Чонгука на кушетку, а сам упал рядом, на стул.

– Упал, – глупо хихикнул Чонгук. – Представляете, оступился на ровном месте и как покатился по лестнице.

Чонгук придумал историю на ходу. Он не хотел подставлять Хёнбина, если там, правда, был именно он. Чонгук надеялся, что тот почувствовал облегчение. И больше его он не увидит и не услышит.

Чимин сказал сразу:

– Мне это всё не нравится, поддерживать не буду.

Но до медпункта на своём плече дотащил.

– Не знал, что лестница так точно бьёт в глаз, по губе и оставляет кровавые борозды, куда можно сеять пшеницу.

Губы Чонгука расплылись в улыбке. Даже боль во всех лицевых мышцах не могла остановить этого. Из-за медсестры выглянул Ким Техён. Он сидел за столом и что-то заполнял. На плечах белый халат, чёрные очки – молодой аспирант или врач.

– Техён, – это имя, как совершенная песня, возвращало к жизни. И сразу у Чонгука и голос ободрел. Да, тело пульсировало и гудело от боли, но счастье заглушало всю эту боль. – Что ты тут делаешь?

– Помогаю с каталогизацией документов.

Медсестра с улыбкой посмотрела на Техёна.

– Студсовет всегда приходит мне на помощь. А Техён отзывается на мою любую просьбу. – Медсестра выгнала Чимина со стула и перетащила его ближе к лампе. – Садись, сейчас осмотрю тебя.

Чонгук уселся на стул, куда ему указала медсестра, а сам уставился на Техёна. Глаза слезились от яркого света, но он продолжал пялиться.

– Так где у нас такие умные лестницы? – насмешливо поинтересовался Техён.

– Зачем задавать вопросы, если очевидно, что Чонгук обманывает?

Чимин на кушетке застыл ледяной глыбой. На лице эмоции сведены к нулю. И во взгляде – лёд. Ким Техён ему не нравился так же сильно, как нравился Чонгуку. Чимин сузил глаза, сложили руки на груди, максимально закрылся ото всех.

Техён тоже поменялся в лице. И Чонгуку стало сразу некомфортно. Боль от ран вернулась в трёхкратном размере. Защипали раны, которые обрабатывала медсестра ватой и медицинским спиртом. Накатила слабость. Но Чонгук изо всех сил старался отодвинуть всю боль на задний план, он хотел понять, что возникло между Чимином и Техёном.

– А сколько времени? – вспомнил Чонгук и заозирался по сторонам. Часы нашлись над выходом. Время: пятьдесят шесть минут пятого. – Я опоздал!

Чонгук увернулся от очередной проспиртованной ватки, но на ногах удержаться не смог и повалился вперёд. С грохотом и звоном упал металлический поднос с врачебными инструментами.

– Чонгук, тебя только что избили пять человек. – Чимин опять помогал Чонгуку подняться на ноги, но о своём назидательном тоне не забывал ни на секунду.

– Я не могу опоздать, - Чонгук схватился за руку Чимина и потянулся. – Мне нужно идти срочно.

– Куда? Ты еле шевелишься! – Медсестра недовольна, она на корточках собирала инструменты с пола. Но Чонгук даже не услышал её слов, с трудом распрямился и, едва сохраняя, равновесие, выскочил за дверь.

Чонгук потратил минут пятнадцать, чтобы доплестись до спортзала. Ожидаемо двери не поддались и пришлось со всей силы замолотить.

– Хён, я пришёл, откройте!

Чонгуку не нравилась боль в ногах, из-за неё ноги дрожали. Боль в руках давала с трудом удерживать их на весу и стучаться. Боль в теле частыми всполохами гудела то в рёбрах, то в груди, то в солнечном сплетении. Но Чонгук не мог остановиться, не сейчас. Он, как бесперебойный молоток, молотил в железную дверь. Грохот вокруг стоял страшный.

– А ну перестань заниматься этой хернёй, – голос Юнги раздался из-за двери. Лязгнул железный засов с той стороны, открылась дверь.

Чонгук шагнул вперёд, но Юнги перегородил ему путь.

– Ты опоздал.

– Да, но этого больше никогда не повторится, – сказал Чонгук, делая ещё одну попытку пройти в зал. Он точно знал, что не обманывал хёна, больше Чонгук ничему не даст ему опоздать на тренировку.

– Отлично, но проверять я не буду. Вали, парниша, на все четыре стороны.

Чонгук растерялся и отступил.

– Хён, я, правда, больше не опоздаю. Прошу, пропустите меня. Я переоденусь, и мы начнём тренировку.

– Тренировку я начну без тебя, Чонгук. Я просил не опаздывать.

Юнги стоял нерушимой китайской стеной и не намеревался пропускать Чонгука. Все мечты о Техёне, его волосах, запахе и улыбке оказались под угрозой исчезновения.

Чонгук не долго думал, опустился на колени перед Юнги, склонил голову и уткнулся лбом в землю.

– Сонбэ, умоляю, дайте мне ещё шанс! Я больше ни разу не опоздаю!

Чонгук пойдёт на всё, что угодно. Мыть спортзал по вечерам, быть мальчиком на побегушках, тренироваться хоть каждый день. Если Юнги прикажет проползти по школе с первого на третий на коленях – он сделает это. Он не может сейчас сдаться. Только не сейчас.

– Юнги, а что тут происходит?

Голос Нарин Чонгук узнал сразу, но не поднялся, а остался в умоляющей позе, только роб упёр сильнее в землю до боли.

– Парниша опоздал на тренировку, я его отказался пускать. Он не выполнил моё условие, не вижу смысла его прибывания в моей команде.

У Чонгука защипало в глазах. День так хорошо начался, а сейчас.

– Но так нельзя, он на коленях стоит. – Чонгук почувствовал на плечах руки Нарин. Не сильно, но они потянули его назад. – Что с тобой, Юнги? Чонгук хочет играть, зачем ты над ним издеваешься?

Зашуршал гравий под обовью.

– А что происходит?

– Новичок уже отличился?

Подходили другие ребята, Чонгук слышал, как они перешёптывались и смеялись. Но Чонгуку наплевать.

– Сонбэ, пожалуйста, дайте мне играть. Я больше никогда не опоздаю, буду упорно тренироваться, и мы обязательно выиграем в этом году соревнования между школами, – громко отчеканил Чонгук.

Молчание затягивалось. Чонгука оставляли последние надежды. Он не хотел терять возможность быть рядом с Техёном. Чонгук еле сдерживался, слёзы щипали глаза. Ещё бы раз услышать голос Техёна. Хоть на секунду.

– Его избили, – Чонгук вскинул голову и повернулся на голос. Из-за спин ребят вышел Техён, словно ангел сошедший с неба. – Он задержался в медпункте, его там медсестра пыталась привести в чувства. Разгромил ей там всё, потому что понял, что опоздал.

– Тебя избили? – У Юнги не поменялось выражение лица. – Зачем же ты пришёл?

– Тренироваться, – Чонгук попытался встать, но ноги плохо слушались.

– Ты даже на ноги встать не можешь, о каких тренировках идёт речь?

– Я смогу, сонбэ, дайте мне шанс!

Чонгук не моргал и смотрел в глаза Юнги, глубже, в самую душу.

– Юнги, дай ему шанс, ну сколько можно мучить парня? – Нарин топнула своей маленькой ножкой.

– Да, хён, пустите Чонгука.

– Дайте ему шанс.

– Смотрите, как он хочет играть.

Юнги вскинул руки вверх и зашёл обратно в спортзал. Нарин победно вскрикнула. Ребята из команды тоже радостно забурлили. В этой галдящей толпе Чонгук потерял Техёна, но когда вышел из раздевалки, то нашёл его наверху трибуны. Он опять уткнулся в книги.

На предложение посидеть тренировку на скамейке, Чонгук отказался. Он со всеми пробежал десять полных кругов. Запыхался, всё тело ныло. Чонгук раза два еле удержался от падения, но старательно контролировал тело, отдавая на этот контроль все свои силы. Все упражнения давались ему из рук вон плохо. Да, он знал правила игры и держал ни раз в руках мяч, но сегодня ничего не ладилось. Но Чонгук не сдавался.

Мяч выпрыгивал из рук, Чонгук шёл за ним. Разъезжались ноги по полу, Чонгук собирал их обратно. Сильно запыхавшись, останавливался, чтобы отдышаться. Но продолжал выполнять всё, что командовал Юнги.

На последнем свистке Чонгук упал. С него стекал пот, как будто только что вышел из пруда. Дыхания не хватало. Чонгук глотал со свистом воздух, прерывался на кашель. Чонгук прикрыл глаза, но всё равно видел баскетбольный мяч, корзину и жёлтый лакированный пол спортзала с красной разметкой.

– Долго будешь лежать?

Вместо корзины и сетки, яркий свет и прекрасное лицо Техёна.

– Ещё чуть-чуть и встану.

Техён кому-то махнул, наверное, Юнги, и вновь их взгляды пересеклись.

– Зачем тебе это всё?

Чонгук кряхтя, как старый дед, поднялся сначала на попу, потом на ноги.

– Как зачем? – Чонгук пожал плечами и улыбнулся. – Это же одно из условий, чтобы мы начали встречаться.

– Я не буду с тобой встречаться, – Техён покачал головой. Плохо, если он Чонгука считал непонимающей тупицей, но как только они начнут встречаться, он передумает.

– Конечно, сейчас не будешь – согласился Чонгук. – Я ведь ещё не стал высоким отличником-спортсменом, который занял в соревнованиях по баскетболу первое место. Не тот хороший человек, о котором ты мечтаешь.

Чонгук, припадая на одну ногу, захромал в сторону раздевалки. Ким Техён ничего не ответил.