Начало грядущего конца

- Анализ слюны дал тот результат, о котором я боялся даже подумать. Я надеялся на то, что это будет простой вирус или какое-то массовое бешенство, но нет. Хавьер, спасибо тебе за образец слюны, - Брайн взглянул на Хавьера, и тот кивнул ему в ответ. - На нашем химическом заводе проводились разные опыты, но в последнее время в приоритете было получение унунпентия.
- Что такое унунпентий? - после нескольких секунд молчания спросил Шлаг. Он не хотел казаться глупым, поэтому внутри чувствовался дискомфорт, и снаружи он проявлялся в неуверенном взгляде и действиях.
- В нашем химическом заводе многие годы хотели сделать какое-то открытие, которое сможет узнать впоследствии весь мир. И никто не задумался, что не у всех культовых открытий лишь позитивная сторона... - Брайн почесал бороду, задумчиво смотря на микроскоп. - 14 лет учёные работали с радиоактивным элементом Плутонием, и, неожиданно для всех, произошёл его бета-распад, что привело к образованию нового элемента...

Брайн снова замолчал. Его слова лишь затуманивали теории всех, кто находился в этой комнате. Лишь Хавьер вёл себя невозмутимо, словно понимал каждое сказанное Агиларом слово.
- Продолжайте, - тихо и спокойно сказал Хавьер.
- Этот элемент назывался америцием, и он был таким же радиоактивным. После этого наши доблестные коллеги во благо науке стали смешивать его с разными элементами, хотели добиться необычной реакции... А меня и мои слова о том, что это может быть слишком опасно, отодвинули на второй план! - все слушатели теперь ощущали какую-то грусть от того, что с этим не могли ничего сделать. Они уже догадывались, чем закончилась эта история. - Смешали америций с кальцием - получился унунпентий. Я не знаю, как они это смогли сделать... Об этом не известно ни в одном законе химии, и работа с радиоактивными элементами всегда требует особых условий. И как у них получилось получить реакцию - ума не приложу. К тому моменту я уже не работал там, про меня просто забыли... Произошло что-то непредвиденное: в этот день один из наших работников просто убил человека. Вот просто забил палкой или задушил, я уже и не помню. А потом ещё новость. И ещё... А теперь этот унунпентий в их слюне. Он - причина всех заражений.
- Вы гений, - Эвелия заметно ободрилась, когда причина была наконец-то раскрыта, - осталось разобраться, как он влияет на человека, и принять решение.
- Смотрите, - Брайн поднял указательный палец вверх, что означало продолжение его речи, - заражение нарастало с катастрофической скоростью, примерно за 24 часа оно должно было настигнуть всех жителей города. Но какая-то часть осталась в своём уме. Понимаете, к чему я веду? - ответа на вопрос ни от кого не последовало. - Выживших было много, если брать в счёт погибших парада. И это значит, что у нас есть какая-то устойчивость к этому вирусу, иммунитет. Нам нужно будет создать лекарство против унунпентия!
- Брайн, Вы - гений... - Жозефина недоумевала, как ей не могла прийти в голову гипотеза об устойчивости к заражению. Ведь она была на относительно небольшом расстоянии от одного представителя, когда находилась в городе. История Фрэнка о быстром убийстве заражённого тоже подходила под эту гипотезу.

Вечер. Вне бункера не было тихо: тишину портили кузнечики и кукушки. Воздух был прохладный, влажный, но лёгкий, каким можно вдохнуть грудью с полной уверенностью. В бункере воздух был немного суше.
Десять часов. Время, когда пора расставлять все мысли и гипотезы по полкам. Эвелия решила простить Ника и дать ему ещё один шанс. В трудных ситуациях человек пытается отвлечь себя чем угодно, и Ник, по мнению девушки, не стал исключением.
Несмотря на её прощение, Ник не мог забыть эту ситуацию. Он никогда не слышал слов отказа от девушек, ему было обидно.

- Жозефина.. Красивое имя, - Хавьер вышел на улицу и подошёл к девушке, - а ты что здесь одна?
- Подышать вышла, - ответила она, даже не глядя на того, с кем разговаривает.
- Знаешь, я тут много думал насчёт всей этой ситуации. Мне много раз говорили, что моя излишняя предусмотрительность мне мешает. А сейчас, когда я зачем-то взял слюну у бешеного, она пригодилась.
- Считай, ты сделал большой вклад, - Жозефина улыбнулась и посмотрела на своего собеседника. Её внимание застыло на пронзительно тёмных, почти чёрных глазах.
- Это точно. На самом деле я люблю химию, но никак не ожидал, что какое-то открытие отрицательно скажется на населении всего города.
- Знаешь, - после долгого молчания вдруг заговорила девушка, - Я тоже давно как-то любила химию... Хоть и не понимала. Но сейчас я ненавижу её всей душой...

Хавьер понимал состояние Жозефины, но не мог подобрать нужных слов. Его взгляд упал вниз, и он одним движением охватил её руку своей. Девушка с непонятной для неё растерянностью взглянула ему в глаза и буквально утонула в их. Цветом они были чёрные как уголь, а чёрный - её любимый цвет. Цвет элегантности, загадочности и ночи.

В этот момент Жозефина не могла понять своих эмоций, чувств. Что-то медленно зарождалось в ней, но что-то другое препятствовало этому. Она решила поддаться эмоциям и охватила его руку в ответ.
- Спасибо за компанию, Хавьер, - спокойно сказала девушка, глядя ему в глаза, - но сейчас пора спать. Завтра будем предпринимать меры по созданию противоядия против унунпентия...
- А если не получится? - тревожным голосом перебил мужчина.
- Я не знаю... Но, зная Фрэнка, могу предположить, что он предложит ликвидацию всего заражённого населения. Но это вряд ли возможно.
- Это не то, чтобы вряд ли возможно, это вообще невозможно! - его голос раздался эхом по всему лесу и, кажется попал внутрь бункера... ведь из него тут же кто-то вышел.
- Что здесь происходит? Кто тут разорался? - Жозефина сразу же узнала этот низкий и грубый голос.
- Мы обсуждаем ближайшие планы, Фрэнк, всё хорошо, - ответила она с невероятным спокойствием. Но лишь она знала, какой страх был заперт внутри неё. Тревожное тепло распространялось от сердца по всему телу, и лишь нижняя часть была обделена им. Казалось, будто через какое-то мгновение ноги больше не смогут держать небольшой вес собственного тела, и Жозефина просто рухнет на землю.
- Только не говори, что у нас в планах возможно уничтожение всего населения! - Хавьер не унимался и принялся разбираться прямо на улице. Его громкий голос отвлёк девушку от тревожных мыслей и заставил вернуться в реальность.
- Жозефина, - тихо обратился Фрэнк к ней, - иди в бункер, отдыхай, - она кивнула ему в ответ и молча пошла в бункер. Фрэнк обратился к Хавьеру, - Ты имеешь что-то против ликвидации? И с чего ты взял, что уничтожать нужно всё население? - он слегка наклонил голову набок, не переставая пристально смотреть на Хавьера, - Если мы и будем уничтожать, то только заражённых. А их видно невооружённым глазом. Вопросы есть?

Хавьер был в небольшом ступоре от такого краткого и строгого ответа. Любитель поспорить жаждал плохих эмоций от своего собеседника, но вместо этого услышал чёткий и строгий ответ.

- Какая ликвидация, Фрэнк? Это же очень сложно и серьёзно! - Жозефина сама была не в восторге от озвученной мужчиной идеи и надеялась, что он сказал о ней так же не всерьёз, как и она.
- Да успокойся ты, - шёпотом ответил Фрэнк, - специально я это сказал. Чтобы заткнуть его. Не нравится он мне... - он тяжело вздохнул и посмотрел в сторону лаборатории. - И Флинт этот твой мне не нравится.
- С чего это он мой?! - Жозефина почувствовала прилив злости. - Я не в восторге от того, что он здесь, - произнесла она практически шёпотом. Что-то внутри неё препятствовало желанию раздуть конфликт на пустом месте.
- Он просто мне не нравится... - Фрэнк отвёл взгляд в сторону, - очень странно ведёт себя. Как будто хочет что-то украсть, либо он просто больной.
- Либо наркоман, - дополнила его ответ девушка. Фрэнк впал в ступор и задумчиво кивнул.
- Да... Точно... Ладно, давай не сейчас. Решим все вопросы завтра. Ложись отдыхать. - он обратил внимание на её красные от недосыпа глаза и тяжёлый, усталый взгляд.
- А ты?
- А я выйду сейчас ещё на улицу, подышать, и вернусь.
- Я подожду тебя.
- Нет, Жозефина. Ты очень устала. Ложись спать, - Фрэнк взял её за плечи и с улыбкой кивнул. Девушка послушалась его и вскоре легла спать.