Paralyzed

  Рейна не думала, что вернётся в родные края так скоро. Корона ей очень нравилась, своё детство она провела тут, играя в садах со своими сверстниками, веселясь с ними. Она тогда и не понимала того, что это были лучшие и самые спокойные моменты её жизни.
  Сейчас же, она возвращалась домой. И ей было от этого неприятно. Она возвращалась сюда не как в родной дом, в котором жила и росла. Ей пришлось это сделать, ведь бросить отца в такой момент нельзя было. Она скучала по этому месту, скучала по зелёным и бескрайним садами, величественному замку и по этому чудному и невероятно доброму и весёлому народу. А ещё сильнее она скучала по своей семье. Дедушке Фредерику, Бабушке Арианне и по родителям, естественно. Не так она представляла встречу с ними, после долгой разлуки.
  Ехали они с сестрой в разных лимузинах, так как и она обещала. Рейна закрыла окна тёмной тканью, но когда чуть подвинула одну из них, поняла что путь почти окончен.
  Корона ничуть не изменилась. Всё то же прекраснейшее место на Земле. Такое яркое и светлое, зелёное и солнечное. А Замок Короны! С его куполами цвета бирюзы и невероятно высокими башнями был необычно красив и величав. На лице девушки появился намёк на полуулыбку и с некой грустью и тоской в глазах она глядела на отчий дом.
  Когда они доехали до замка и дверь лимузина отварилась, Рейна увидела перед собой короля Фредерика и королеву Арианну. Матери её не было.
  Раймонда ехала позади неё и спустя пару мгновений и она вышла из транспорта.
  Сестры побежали навстречу к бабушке с дедушкой и кинулись в их тёплые объятия. На их лицах были улыбки, но глаза их были печальны и выглядели они куда старше своего возраста. Или просто Рейна их давно не видела.
Некогда каштановые волосы и борода Фредерика поседели, а в волосах Арианны появлялась седина, хоть и не в таком количестве как у мужа.
  -Мы так рады вас видеть, девочки. Мы скучали,- сказал твёрдым голосом король.
  -И я тоже скучала,- проговорила Рейна, держа бабушку за руки.- Где мама? С ней всё хорошо?
  -Да,милая, она... она рядом с твоим отцом.
  Раймонда покосилась на сестру, но не обычным высокомерным взглядом, а напротив, очень печальным. Она подошла к Рейне и сказала:
  -Идём к ним. Думаю, нам есть о чём поговорить с ними.
  Всю дорогу до покоев Флинна Райдера ( ведь именно там был он и Рапунцель), сестры смущенно переглядывались. Было ясно, что Раймонда жалела о своём поступке, на самом деле она не хотела ссоры с сестрой и не считала её виновной в разрыве Одри с Крюком.
  Когда они дошли до дверей, старшая Райдер вошла первой. Мать, заметив дочерей, отпустила руку мужа и встав со своего места, подошла к ним.
  Вид женщины оставлял желать лучшего. Прекрасные зеленые глаза потускнели, опухли и покраснели от слёз, а вокруг них пролегли морщинки.
  Она обняла дочерей по очереди и когда чуть отдалилась от Рейны, всё ещё держа её за плечи, сказала:
  -Мне жаль. Мне так жаль.
  -Мам, о чём ты?- не понимала Рейна. Она смотрела на сломленную мать с сожалением. Она никогда не ожидала того, что она станет такой. И не ожидала того, что будет испытывать к матери положительные чувства.
  -Я обращалась с тобой... так ужасно. Ты- моя дочь и всегда ею была. Прости меня.
  -Мам, всё хорошо.
  Рейна тепло улыбнулась и положила свою ладонь поверх материнской и ободряюще сжала её.
  -Мам, давай выйдем. Оставим Рейну с папой,- вмешалась Раймонда.
  Рапунцель коротко кивнула и вышла из комнаты вместе с ней.
  Младшая Райдер подошла к кровати и, сев на краю, осмотрела на отца. Внешне, Флинн не изменился. Всё тот же шатен с тонкими губами и аккуратным носом. Та же кожа, те же черты лица. Но оно было неестественным. Грудь его порой поднималась и девушка поняла, что он ещё дышит, следовательно он жил. Правда, не так как стоило бы.
  Рейна убрала волосы со лба отца и почувствовала как её глаза щипают слёзы. Она закрыла рот рукой, подавляя желание издать истошный крик, который так и вырывался из души, и зажмурила глаза.
  Другой рукой она крепко сжимала ладонь Флинна, пытаясь найти в этом хоть какое-то успокоение.
  Когда она смогла избавиться от накатившей истерики, перевести дыхание и наконец успокоиться, дрожащим голосом сказала:
  -Я даже не знаю, слышишь ли ты меня сейчас, пап, но я хочу сказать тебе кое-что. Я хочу чтобы ты знал, что твоя дочь всегда любила тебя и будет любить до конца своих дней. Ты всегда будешь в моём сердце. Я верю в то, что однажды ты очнёшься. Не знаю как, возможно, должно произойти какое-то чудо, но я уверена в этом. Один...мой друг сказал, что нельзя терять надежду и падать духом. Чтобы не произошло. И я не потеряла её. Он сказал, что ты очнёшься, оправишься, и чёрт, я верю ему,- Рейна усмехнулась.- Ты будешь смеяться если узнаешь кто это.
  Она помолчала примерно минуту, после чего продолжила:
  -Я никогда не знала любви. По крайней мере, все так думали. Я не любила ни сестру, ни мать. И ты это всегда знал. Ты думал, что я не люблю и тебя тоже, но это неправда, пап. Ты был единственным человеком из-за которого я всё ещё жива. Прости, что никогда не говорила тебе этого. Ну а сейчас... похоже появился ещё один. Это тот самый друг. Я знакома с ним не так давно, но я... я кажется влюбилась в него что ли? Боги, какое же странное, неприятное и неловкое слово. Никому не говорила этого раннее и ты единственный человек, который должен это знать. Ведь я доверяю тебе и только тебе.
  Девушка наклонилась над отцом и поцеловав его в лоб, прошептала:
  -Вернись ко мне, пап. Прошу.
  Одна слезинка упала на Флинна? но Рейна не придав этому значения, встала с кровати и пошла в сторону двери.
  Она хотела выйти из комнаты, но услышала до боли знакомый голос за своей спиной.
  -Дочка.
  Она повернулась и увидела как Флинн слегка приоткрыл глаза. Голос его был хриплым, будто спросонья, хотя по сути так и было. Рейна подбежала к нему и кинулась обнимать его.
  -Отец.
  -Ты меня сейчас и вправду убьёшь,- сказал он, улыбнувшись.
  Райдер отодвинулась от него и улыбалась во все тридцать два. Она никогда ещё не была настолько счастлива.
  -Итак, Рейна Юлианна Райдер Фицерберт, как вы объясните мне ваш монолог,- вскинул он вверх бровь, уставившись на дочь.
  Полным именем он называл её в самых редких случаях. Например, когда она однажды разбила бабушкину вазу или постригла чёлку сестре, в то время пока она спала. В обычное время он говорил «Рейни». Девушка ненавидела, когда люди её так называли, но из уст отца это звучало иначе.
  -Что именно тебе объяснить?- неуверенно и смущённо спросила она.
  -Про парня. Кто он?
  -Пап, ну...тут такое дело, я не уверена, что ты ...
  -Имя,- более настойчиво проговорил он.
  -Гарри Крюк Островной.
  -Ну...хоть не Чед Чарминг Младший и на том спасибо.
  Они оба рассмеялись.