1. «Тебя родители не учили, что подсматривать плохо?»
Я шла по тёмной улице, возвращаясь с очередной вечерней прогулки с друзьями. Да, ночная Москва невероятно прекрасна! Сейчас мне нужно только дойти до метро и доехать до дома, ведь я отказалась от продолжения прогулки — от поездки в клуб. Не люблю клубы, не люблю шумные компании и алкоголь. Это всё чертовски страшно и опасно, ведь никогда не знаешь, что на уме у пьяных людей.
Я спокойно шла к метро через дворы, как вдруг услышала мужские крики.
— Я понял вас! Я отдам деньги! — кричал какой-то парень.
Я пошла на этот звук и спряталась за углом какого-то дома. На улице было темно, но свет фонарей позволял уловить суть происходящего.
Кричавший парень валялся на асфальте, а ещё трое возвышались над ним.
Сколько можно ждать, мразь? Ты что, свободу почувствовал? — грозно крикнул один из них. Это был высокий блондин, одетый в чёрное пальто.
Последовал удар ногой в живот от этого блондина. Затем ещё один. И третий. А потом он достал пистолет, и тут мне стало невыносимо страшно. Он ведь просто припугнёт его, да? Это ведь даже ненастоящий пистолет, правда?
Я понимала, что бежать надо отсюда, бежать как можно скорее, сесть на метро, уехать домой и забыть навсегда то, что я сейчас вижу, но что-то останавливало меня... Что-то не давало мне уйти отсюда.
— Егор Николаевич, не надо, дайте человеку последний шанс! К тому же тут людное место, свидетели не нужны, — сказал один из стоящих парней блондину. Видимо, он у них главный.
— Заткнись! — строго сказал Егор Николаевич и выстрелил в истекающего кровью парня.
Я вскрикнула от ужаса, а Егор Николаевич, видимо, услышал что-то. Он убрал пистолет и приказал:
— Избавьтесь от этого дерьма.
Он быстрыми шагами направлялся в мою сторону, а я тихо-тихо пыталась уйти отсюда, чтобы где-нибудь спрятаться и затаиться.
— Стоять! — как гром среди ясного неба прозвучал строгий голос.
Я понимала, что единственный шанс спасти свою шкуру — бежать. Бежать от него быстро и без оглядки. Но я недооценила физическую подготовку этого парня — он начал бежать за мной.
Пару секунд и... он останавливает меня, схватив за руку.
— Попалась, сучка, — ухмыльнувшись, сказал он. — Родители не учили тебя, что подсматривать плохо?
Да что он себе позволяет вообще? Какая я ему сучка? Урод редкостный!
— Я не... я не подсматривала... Я тут случайно. Я домой шла, — начала оправдываться я.
— А где столь юные девушки шляются по ночам?
— Это не ваше дело.
— Это не моё дело, пока это не касается моих дел, — процедил Егор сквозь зубы, — Ты слишком много увидела того, чего тебе не надо было видеть, а свидетелей я не оставляю, малышка.
ЧТО? ЧТО ОН СЕЙЧАС СКАЗАЛ? ОН МЕНЯ... УБЬЁТ? ДА МНЕ ПОМОЩЬ ПСИХОТЕРАПЕВТА НУЖНА ПОСЛЕ ТОГО, ЧТО Я УВИДЕЛА, А ОН...
— Послушайте, я никому ничего не скажу. Отпустите меня, пожалуйста, я поеду домой и забуду о том, что видела, — со слезами на глазах сказала я.
— Нет уж, я слишком долго строил всё это, чтобы так ошибиться. Пошли, — блондин начал грубо вести меня за собой.
Я продолжала плакать и просить его, чтобы он отпустил меня. Но он, казалось, был просто неумолим.
Когда мы подошли к месту преступления, не было уже никаких следов убийства. Оперативные у него ребята. Интересно, куда они дели труп в кратчайшие сроки? Парень грубо втолкнул меня в автомобиль и сам сел рядом. На передних сидениях уже сидели те два парня.
— Едем, — кратко бросил Егор Николаевич.
Удивительно, но мужчины ничего ему не сказали и даже не спросили, кто я такая и для чего я нужна. Видимо, натренированные бойцы.
дорогу мне было страшно. Я плакала, потому что слёзы сами катились из глаз. Я плакала, но молчала. Молчала, потому что боялась, что он просто разозлится. Но парень, казалось, был абсолютно спокоен. Неужели он так часто убивает людей и убить меня ему ничего не стоит? Или он одумался и хочет отвезти меня домой? Хотя он даже адрес не спросил...
Мы приехали в какой-то охраняемый коттеджный посёлок и заехали на территорию шикарного особняка. Егор вышел и приказал:
— Парни, ведите нимфетку за мной.
Они без лишних слов вытащили меня из машины, взяли под руки и повели за блондином. Дверь особняка открылась, и я увидела какую-то неземную красоту! Дорогой ремонт, шикарная дорогая мебель. Я о таком даже мечтать не могла. Из моих размышлений меня вывел звонок моего телефона и строгий голос Егора.
— Стоять! — сказал он, развернувшись к нам, и ловким движениям руки достал мой телефон из кармана. — Мама. Волнуется за тебя, кажется. Жаль только, что доченьку она больше не увидит.
Слёзы катились по щекам. Мама... Она уехала на дачу на майские праздники и сейчас даже не догадывается, что её дочь не дошла до дома после прогулки, а попала в лапы каких-то бандитов. Прости меня, мамочка.
Я хотела ему что-то возразить, но он скомандовал:
— В подвал её.