Рассвет
Всё имеет свой закат, только ночь заканчивается рассветом.
Владислав Гжегорчик
Жизнь - всегда рассказ. Местами скучный и обыденный, как рассказы Чехова, но со своими сплетнями и интригами. Это удивительное путешествие, полное непредсказуемых поворотов и возможностей. Оно наполняется радостью и горечью, успехами и неудачами, добротой и жестокостью. Какие повороты судьбы придется испытать человеку, чтобы обрести настоящее счастье? Никто не знает. И сам он не знает чего ожидать от нового дня.
Мы строим планы, заводим новые знакомства, создаем семьи, плачем и смеемся, радуемся и горюем, любим и изменяем.
Одно лишь неизменно, в трудные периоды жизни мы по-прежнему встречаем рассвет и надеемся на лучшее.
В квартире было тихо. Легкий весенний ветерок раздувал темные волосы девушки, что одиноко стояла на балконе и курила. Она уже давно перестала верить в чудеса и что может быть счастливой. За последние годы судьба сильно посмеялась над бедной девчушкой, что так любила жизнь и мечтала о красивой сказке, как в детских рассказах. Настя рано вышла замуж за когда-то группировщика, а теперь уже и главу ОПГ, Вадима Желтухина. Среди своих, да и не своих, он был Желтый. Она всегда обходила таких, как он, стороной. Но жизнь сыграла свою партию в шахматы и поставила мат. Родной отец проиграл 19-летнюю дочь в карты пацану. И ей ничего не оставалось как молча покориться. За 5 лет совместной жизни Анастасия стала вечно недовольной и стервозной девушкой. Научилась обращаться с холодным и огнестрельным оружием, обрезала длинные волосы, и все чаще стала красить губы красной помадой, чтобы скрыть следы слез. Всё чаще перечила мужу, устраивала скандалы. Нет, она не любила его. И видеть не могла. Но привыкла. Привыкла к той жизни, которую проживает. Где-то в глубине души теплился огонек надежды, что ей удастся вырваться из золотой клетки и обрести свободу, о которой она так мечтает темными ночами.
На другом конце города, Казани, на таком же балконе, курил Никита. Он главный в «Универсаме». Всегда со всеми, но один. Своенравный, местами вспыльчивый и умеющий перевести всё в шутку, мужчина. В отличии от Насти, у него не было семьи. Его никто не встречал вечерами или ночами дома. Он привык быть один. Никому не доверял и всегда старался сглаживать конфликты. Ему было привычнее решать проблемы словами, а не кулаками, как другие. Это то и отличало от всех Кощея.
Двое таких непохожих и одновременно похожих человека, мельком видевших друг друга , сейчас, в это мгновение, находясь на разных концах города, думали о друг друге. Почему она думает о нем? И чем же так зацепила его она, жена союзника в борьбе за господство и власть на улицах Казани? Этот вопрос так и останется без ответа.
- Ты чего не спишь?, - раздался над ухом такой противный для нее голос. И как бы Настя ненавидела Вадима, привыкла к нему. Он никогда не обижал ее, но и не проявлял тепла в ее сторону. Они жили в одной квартире, спали в одной кровати, но никогда не были близкими людьми. Он доверял ей, за годы совместной жизни девушка никогда не подводила его, хоть и достаточно часто устраивала скандалы. А она. Она так и не смогла до конца довериться человеку, который когда-то выиграл ее в карты и заставил выйти за себя.
- Не спится, - равнодушно ответила Настя.
- Бросай эту дрянь, сколько можно говорить, - раздраженно добавил Вадим, забирая из холодных женских рук сигарету.
- Не строй из себя заботливого мужа, это не твоя роль.
- Я и не строю.
- Ну вот и не надо, - она выходит с балкона, на котором провела несколько часов, пока ее идиллию не нарушил Желтухин.
- Мне нужна будет твоя помощь, - он нагнал ее в коридоре и крепко взял за локоть, остановил.
- У тебя не хватает своих псов-помощников, что ты решил ко мне обратиться?, - усмехнулась девушка.
- У моих, как ты выразилась, псов-помощников, нет экономического образования. Нужно бухгалтерию подсчитать.
- Без меня. Занимайся своими делами без меня. Я не собираюсь в это лезть снова.
- У тебя нет выбора, дорогая. Или тебе напомнить с какой помойки я тебя вытащил?, - повысил голос Вадим.
- А я разве просила вытаскивать меня оттуда?, - в ответ повысила голос брюнетка, - Нет, не просила.
- Я все сказал. Сделаешь до завтрашнего вечера. Днём кого-нибудь отправлю за тобой. Придешь в наше кафе и всё посчитаешь.
Он отпускает ее локоть и скрывается в дверном проеме. Кафе, о котором говорил мужчина, «Снежинка», стало их базой. Вадим часто там пропадал. Ночами, днями, сутками. А Настя была и рада, что его нет дома. И ей не проносили удовольствие такие редкие посещения этого места. Раз в квартал она стабильно приходила туда и считала его бухгалтерию. Девушка знала досконально сколько денег было в классе, но никогда не знала откуда они там появляются и куда потом пропадают. Да и не было ей это интересно. Меньше знаешь - крепче спишь. А знать всю внутреннюю кухню ОПГ равнялось подписать себе смертный приговор. Жить то хотелось, поэтому Настя никогда и не вникала в дела мужа.
В Казани сейчас был самый рассвет ОПГ. Мужчины, парни, мальчики делили город как пирог, на районы и устанавливали свои правила. Люди боялись выходить на улицу, боялись отпускать детей в школы и магазины. Город погряз в преступных бандах. И лишь единицы выходили на улицу с полной уверенностью в собственной безопасности.
Настя практически всегда ходила одна. За ней не ходили по пятам шестерки Вадима, лишь изредка провожали в кафе и обратно. Ей было спокойнее одной, чем с кем-то. И откуда эта уверенность была, она и сама не знала.
Трогать детей и женщин строго запрещалось. А особенно если они родные каких-то главарей, которые в одним миг пустят тебе пулю в голову и не моргнут.
Она так и не уснула больше. Время перевалило за полдень. Девушка приводила себя в порядок за туалетным столиком. Ярко красные губы, немного подведенные глаза черным карандашом и крупные серьги - всегда неотъемлемая часть её образа. И черный цвет, верный друг на протяжении последних 5 лет. В ее гардеробе не было ни одной светлой вещи. Темные тона то, что отражало внутреннее состояние брюнетки. И то, что всегда привлекало взгляд окружающих. Девушка, и вся в черном - ловила множество взглядов и мужчин, и женщин. И так интересно было узнать, что же думают люди, когда видят такого человека на улице. Еще один вопрос. И снова без ответа.
Новый день. Новые надежды, что с каждым часом разбиваются на мелкие осколки. И снова осознание, что ничего не поменяется и сегодня.
А может всё же, что-нибудь изменится? Может сегодня она впервые улыбается за последние пять лет?