$Брак по расчету$

Что это мать вашу было?

Этого не могло произойти. Я только что возбудила самого Адама Росса. Видимо мне можно собой гордиться, я достигла звания его шлюшек на ночь.

Минут десять я стояла в немом шоке и не могла поверить в происходящее. И только тогда когда захлопнулась дверь, ведущая на кухню я, наконец, очнулась.

Влетев в свою комнату, я решила прислушаться к совету Адама о переодевании. Надев спортивные брюки и огромную толстовку, я была точно уверенна, что это не повлечет за собой неприятностей.

Выйти из своей комнаты я осмелилась не раньше обеда. Перед моими глазами до сих пор стояла озверевшая фигура Адама. Я не ожидала таких последствий. Я думала он просто беситься, но когда он притянул меня за бедра к себе, я поняла, как сильно ошиблась.

Он был чертовски возбужден и взбешен. С каким трудом мне удалось тогда сдержать стон. Да и ещё тот сон. Слишком реальный чтобы быть сном. Он целовал меня, с такой страстью, что я была готова ему отдаться уже после этого поцелуя. Я даже запомнила его вкус. Терпкий, мужской. Он пах так нереально круто. Даже сложно представить, что все это воображение моего больного мозга.

Наконец спустившись к обеду, я вновь обнаружила тихого и спокойного Адама. С этим парнем явно что-то не так. Его рубашка была такой же белоснежной, как и утром. Волосы были ещё больше растрепанны. На миг я задумалась, как он избавлялся от возбуждения. От мысли о том, что он мог пригласить какую-нибудь шлюху, удовлетворить его потребности меня ужасно взбесила.

Сложно было признать тот факт, что я ревновала.

Я не могла контролировать своих чувств рядом с ним. И даже сейчас я стою и как дура пялюсь на него не в силах сказать хоть слово.

Молча пройдя к столу, я села напротив него. Адам даже не шелохнулся. Я заметила, как напряглись его плечи.

Три, пять, десять минут. А он все так же не смотрит на меня. Паника накрывает меня с головой. Может ему неприятна мысль того что я смогла его возбудить. Скорее всего, оно так и есть. Адам предпочитает более красивых девушек, чем я. С длинными ногами, пухлыми губами и огромной грудью. Я им даже не иду вровень.

-Что ты делаешь сегодня вечером? – вопрос Адама застал меня врасплох.

-Эм, ничего.

-Будь готова к шести и надень лучшее платье, - он так быстро вышел из столовой, что я даже не успела и слова сказать.

Ровно в шесть часов в мою дверь раздался тихий стук. Закрыв ярко красную помаду, я бросила её в косметичку. Последний раз, взглянув в зеркало, я пошла, открывать дверь.

На пороге стоял Адам, неловко переминаясь с ноги на ногу. Черный смокинг сидел на нем отменно, в общем-то, как и всегда.

Его взгляд очень медленно прошелся по моему телу. От такой реакции я не смогла не улыбнуться. Легкое черное воздушное платье, красиво обтягивало фигуру и спадало по ногам. Открытая шея и спина создавали контраст. А легкий макияж с ярко красной помадой, просто валил на повал. Так всегда выражался Джейсон. Он любил это платье, но если быть до конца честной покупала я его не для него.

Кадык Адама дернулся и от этого движения мои трусики вмиг намокли.

-Ты прекрасно выглядишь, - он произнес это таким осипшим тоном, словно не пил воду неделю.

-Спасибо, ты тоже.

На улице нас ждал белый лимузин, и было удивительно, но на дворе была ночь. Так не обычно, ведь только октябрь.

Адам элегантно открыл мне дверь и помог залезть в машину. Когда же мы, наконец, двинулись, я решила осмелиться и задать вопрос:

-Так куда мы едим?

-На свидание, - губы парня окрасила звериная ухмылка.

Мотив его слов был мне не понятен. Зачем ему вести меня на свидание? Может он хочет, чтобы нас увидели папарацци? Скорее всего, так и есть. От этой мысли становилось больно и обидно.

Машина затормозила перед входом в один из самых известных ресторанов «Eternal Love». До боли говорящее название. Адам также галантно помог мне выбрать из машины, но руку мою после не выпустил. Сжав его ладонь, я наслаждалась его близостью. Сложно поверить, что мы были с ним так близки, что я доверяла ему все. Я мечтала о том, что когда-нибудь он так же нежно возьмет меня за руку, поцелует, скажет, как сильно любит. Но это всё мечты, с которыми я уже давно смирилась. Пройдя в ресторан, я удивилась, что нас встретил один официант. Не было ни людей, ни кого. -Адам, где все? – я тихо шепнула ему на ухо. -Я сняла весь ресторан. Он сказал это таким обыденным тоном, что я безумно удивилась. Зачем снимать весь ресторан, если тогда здесь не будет ни папарацци, ни людей.

Нас проводили к лифту, и Адам нажал на 32 этаж. Рука парня сжала мою сильнее, словно он боялся, что я сейчас убегу. Он был прав, я хотела убежать.

Двери лифта открылись, и моему взгляду предстал длинный балкон с панорамным видом.

-Ты любишь места с видом на город? – поинтересовалась я.

-Да, мне нравиться смотреть, как горят огни. С высоты все кажется в сотни раз красивее.

Мы сели за столик и заказали еду. Повисло неловкое молчание. Я только было хотела заговорить, как мой телефон ожил. Тихо извинившись, я достала телефон из клатча. Простонав, я сбросила вызов. Только не сейчас Дженсен. Телефон зазвонил вновь.

-Может, уже возьмешь трубку? – голос Адама не был злым, скорее отрешенным.

Ещё раз, взглянув на телефон, я решила сделать иначе. Протянув телефон парню, я отпила из бокала. Он удивленно на меня уставился, словно не мог поверить.

-Я же знаю, ты все равно вырвешь у меня телефон. Так что, пожалуйста. Развлекайся.

Улыбка Адама заставила меня рассмеяться. Он был похож на маленького ребенка, которому только что подарили лучшую игрушку в его жизни.

Схватив телефон, он вновь сжал, мою ладонь не выпуская. -Разве я уже не говорил, чтобы ты не названивал моей девушке? То как он произнес «моей девушке» так приятно ласкало слух. Невольно улыбнувшись, я крепче сжала его руку. Я не могла слышать, что говорил Дженсен, но ответы Адама не могли не радовать. -А мне казалось, я ясно выразился, - он утробно зарычал. – Ещё раз я увижу, что ты названиваешь моей жене, или пишешь, ты труп! Положив трубку, он провел ещё несколько махинаций с телефон, а после передал мне. -Что ты сделал? -Добавил его в черный список. Пусть теперь только попробует позвонить. Официант, наконец, принес еду, и мы приступили к трапезе.