Как же она порой бесит
Утро второго дня пребывания девочек на проекте подкралось незаметно. Брюнетка ощущала, что ее голова разрывается на части, словно она находится под огромным камнем. Ее ноги дрожали, словно они были из ваты, а силы оставались на вчерашней "тюремной вечеринке". Ели разлепив глаза, в висках сразу отдавала пульсация. Глаза слипаются обратно. Кареглазая немного поморщилась, голова ужасно гудела, а любое движение отдавалось в ней тупой болью. Даше явно вчера удалось влить в Зайцеву достаточное количество алкоголя. Немного повернув голову в сторону, Ника увидела бутылку с водой и таблетками, стоявшие рядом с матрасом, на котором спала девушка. На своём теле девушка ощущала какую-то тяжесть. Повернув голову в другую сторону, брюнетка увидела лежащую рядом собой голубоглазую блондинку. Даша походу не только в кареглазую вливала алкоголь, но и в себя тоже. В комнату зашла девушка с планшетом, оглядывая всё и всех вокруг.
— Девочки, встаём и идём себя приводить в порядок, — сказала та девушка, как-то громко и строго. Её голос звенел в голове, — потом идём на испытания. Всё это делаем в темпе, у нас график.
Все протяжно завыли, но потихоньку вставали. Кое-как поднявшись на ноги, брюнетка огляделась: все девочки выглядели, мягко говоря, не очень. Все, опухшие после выпитого алкоголя, пытались прийти в себя, но получалось это не очень.
Как же хочется курить.
Ника всегда по утрам сначала ходила курить, а потом уже и все процедуры. У неё это вошло в привычку, а сейчас ей придётся отвыкать. Кареглазая выпила свою таблетку, которую ей положили, но также рядом лежала вторая таблетка, которая явно не ей, а девушке, с которой, так скажем, она провела свою ночь. Зайцева посмотрела на свою одноклассницу, думая что она встала, но та даже ещё и не планировала просыпаться.
— Даша, вставай, — произнесла охрипшим голосом брюнетка, на что та недовольно промычала и перевернулась, закрывшись подушкой. — Блять, Поцелуева, вставай давай, — крикнула девушка, стукнув ту в бок.
— Ммм, кис, — наконец блондинка произнесла хоть что-то.
— Давай вставай и не кискай тут мне, — как-то строго сказала кареглазая, сама протирая глаза и зевая.
— Так не интересно. Вот что ты сделаешь, чтобы я встала, — загадочно сказала блондинка.
Брюнетка улыбнулась и наклонилась к голубоглазой. Посмотрела ей в глаза и приблизилась к уху.
— Поцелуева, тебе прилетит по твоему красивому личику, — сладко и протяжно произнесла кареглазая, укусив за мочку уха, и с улыбкой отстранилась от девушки.
— Ну, раз так, то можно и встать, — и правда блондинка начала вставать. Кареглазую это рассмешило. Вспомнив про таблетку "спаситель" она подала её голубоглазой вместе с бутылкой минералки.
— Спасибо, кисуль, — улыбнувшись во все свои 32 зуба, сказала Даша.
— Да, не называй ты меня так, — раздражённо произнесла брюнетка.
— Как говоришь, кисуль? — её лицо слишком любит улыбку или ухмылку.
— Ааааа, — начала кричать девушка, схватившись за голову.
Как же она порой бесит.
— Вы что, ещё не прибрали себя? Съёмки начинаются через 15 минут, — кричала девушка, уткнувшись носом в свой планшет.
Девушки встали со своих спальных мест и направилась прямо по коридору. Весь путь Зайцева возмущалась, виня во всём Поцелуеву, на что та передразнивала её, бурно жестикулируя и корчя свою рожицу. Это выглядело достаточно смешно. Одноклассницы, которые шли вместе с ними, не пожалели. Они умирали со смеху. Кроссовки натирали ноги. Конечно, не лучшее решение было спать в них, но выбора не было. Хотелось снять их, расслабиться в ванной, потом лечь на супер мягкую кровать. Перед глазами кареглазой открылась довольно большая комната, обшитая белой плиткой. Вдоль стен были раковины с большими зеркалами, которых хватило ровно на каждую ученицу. Сделав все процедуры, девушки направились в направлении, которое указывали люди в форме. Участницы проекта пришли в какую-то раздевалку, где на каждом шкафчике было написано, кому он принадлежит. Шкафчик брюнетки оказался рядом с Дашиным.
Не удивительно.
Открыв шкафчик, девушка увидела темно-синюю форму. Заглянув в соседний, то есть к блондинке, она увидела голубую форму.
— Значит кто-то у нас надзиратель, а кто-то – подчинëнный, так не интересно, — взяв свою форму, сказала брюнетка, оглядываясь где ей переодеться. Ей было некомфортно переодеваться в такой толпе, да ещё и с незнакомыми людьми.
— Стесняешься? — с ухмылкой спросила голубоглазая, начиная переодеваться.
— Я? Тебя? — усмехнулась брюнетка, старательно пытаясь не опускать глаза ниже еë головы, но не вышло, — Нет, но мало ли, накинешься. Твои взгляды о многом говорят.
— Ха-ха, не смешно, — как-то по слогам и озлобленно сказала блондинка. — Давай, лучше прикрою.
— Ты? — девушка застыла. Туалеты и дальние углы все заняты. Выбора не было пришлось согласиться. — Ну, раз предложила, то давай.
— Так бы сразу, кисуль, — улыбнулась блондинка.
Обладательница голубых глаз подошла почти в плотную к брюнетке, сняв с себя кофту надзирателя, и начала прикрывать кофтой её тело.
— Я всё, — мило выглянув из-под кофты, сказала уже одетая Зайцева. — Спасибо, Поцелуева.
На что в ответ блондина улыбнулась. Немного ли улыбок между ними?
Ученицы направились на новую локацию. Столовая. Антисанитария была ужасная. Размазанная еда, всё чем-то забрызгано, разбросанные стулья, перевёрнутые столы, раскинутая везде посуда, тряпки, салфетки. Кое-где промелькивали тараканы приличных таких размеров. Запах - это вообще отдельный вид искусства. Воняло, как будто там блювали, гадили, всё, что могли делали, а и ещё это всё неделю простояло. Кто-то пародировал рвотные позывы, кто-то высказывал мнения, кто-то вообще пытался заткнуть свой нос кофтой или рукой.
— В шеренгу строимся, — сказал мужчина в форме, что был вчера. Все как не странно послушались и построились. — Ваша сегодняшняя задача - накормить тридцать сотрудников исправительной колонии, но для начала вам нужно всё здесь убрать. Я вас распределю по парам. Сотрудники, которые одеты в форму конвоиров, будут давать указания тем людям, которые одеты в форму заключённого. Ну что, девочки, за работу?
И как мы должны это всё убирать?
Всех девочек разделили по парам, и они начали работу, но без особого восторга. Им было в тягость, но испытание надо выполнять. В пару брюнетке досталась Маша Сёмина. Ученицы на удивление быстро распределили себе территории уборки. Нике с Машей досталась самая дальняя часть кухни.
— Давай я буду тебе помогать, чтобы мы побыстрее закончили, — предложила Маша, а брюнетка согласилась.
Всё было хорошо. Девочки были слишком заняты для каких-либо конфликтов, ссор. Кареглазая даже сдружилась с Сёминой. Они хотели закончить всё быстренько, они и закончили быстрее и первее всех. Они вышли из своей коморки, где прибирались, осматривая помещение и кто как убрал. Не успев это сделать, как Оелана, которая не захотела выполнять поручение своего надзирателя и Даша начали выяснять отношения. Блондинка не вытерпела и с головы ударяет якутку. Голубоглазая заваливаясь на неё. Она била лежащую в лицо в одно и то же место, не жалея свои костяшки. Это было жестоко. Никто не пытается их разнять, только неудачные попытки Дианы и Юлианы. Слышны только оры и маты. Зайцева подбежала к этой драке, начиная разнимать девушек. Её попытки обвенчались не успехом. Но она не сдавалась. Кареглазая поймала руки голубоглазой и крепко схватила их, но та пыталась вырываться.
— Поцелуева, остановись, пожалуйста, — крикнула Ника.
Блондинка немного расслабилась. Брюнетка помогла встать Даше, хватая ее под руку. Она отряхнулась и посмотрела на Зайцеву, усмехнувшись. Нику окликнула Маша и ей пришлось отлучиться. Когда она вернулась, то участницы продолжали словесную перепалку и рвались в уже новую драку. Кареглазая не вытерпела и подошла к ним.
— Вы мне уже надоели, хватит обеим уже, — те не слушали или не услышали. Они продолжали свою ссору.
Но Ника не собиралась сдаваться.
— Хватит, ты пошли за мной, — сказала брюнетка показывая пальцем на блондинку, потом обратилась к татуированной, — а ты заткнись уже.
Кареглазая схватила голубоглазую за руку и повела за дальний угол. Та явно была недовольна. Она была готова её разорвать, на том месте, где они остановились.
— Я понимаю, что ты хотела за себя постоять и тебе по барабану принципы. Если честно я бы тоже так же поступила, но ты можешь успокоиться, — строго произнесла Зайцева, жестикулируя рукой. На что та отрицательно помотала головой. — А ты попробуй! Хотя бы ради меня или даже ради себя. Или хочешь, чтобы тебя выперли отсюда, даже не начав первую неделю. Кстати..., — девушка резко переключилась и встала на цыпочки, приблизилась к уху и сказала шёпотом, — классные трусы. Где покупала?
—А что? Могу тебе такие же взять, только стринги. Думаю на тебе будут нормально так смотреться, — произнесла блондинка, делая вид что рассматривает зад собеседницы.
— Да, ну тебя, — рассмеялась кареглазая.
— А что? Я вообще то правду сказала, как выйдем с проекта обязательно куплю. — подливает масло в огонь.
Через пару часов все всё прибрали. Без кучи драк, ссор, криков и матов конечно же ничего не обошлось.
— Всем строиться, — крикнул опять тот лысый мужчина, жестикулируя рукой, — Сейчас все вместе будете обслуживать наших надзирателей.
Кто-то спокойно разносил им еду, кто-то накладывал, кто-то наблюдал при этом ничего не делая. Всë было хорошо. До того момента, пока один мужик не решил выкинуть поднос на пол. Это был мерзкий поступок. В конце концов, все старались, убирались везде, а он просто обесценивает наш труд. Это просто какое-то неуважение.
— А ничего, что мы только убрались здесь? Корячились здесь, то есть это нормально? А точно, вспомнила мужики в принципе не умеют себя нормально вести, чмошник, — со злостью сказала брюнетка, после своих слов развернулась и ушла от них подальше на кухню, где увидела в истерике Диану, которая между прочим больше всех работы сделала, хотя и надзиратель, — Ей ты чего?
— Я просто тысячу потом спустила, а он просто кинул эту котлету вонючую. Я понимаю, что им всем наплевать, но так ведь не должно быть, — плакала блондинка уже в объятьях кареглазой.
Все вроде как поели. Некоторые повозмущались.
— А теперь прошу всех на выход, — сказал надзиратель, показывая рукой на выход.
А что это значит? А это значит ученицы идут на следующие испытания.