глава 7
Лето 2031.
На кухне была суета. Кипели кастрюли, ножи стучали по разделочным доскам. Четырёхлетний мальчик, измазанный в грязи, играл с другими детьми на улице. Пожилая женщина резала колбасу своими морщинистыми руками, а дряхлый старик рылся в шкафу в поисках газового ключа для смены баллона. Рослый мужчина заливал чистую воду в автомобиль, в отсек для стеклоомывайки.
С момента смерти Вероники прошло девять лет, и вся семья собралась, чтобы помянуть покойную. Они собирались каждый год. Накрывали на стол, покупали искусственные цветы и одну-другую бутылочку водки.
– Валера написал, что они скоро подъедут с цветами, – между делом сказал Руслан, намыливая руки овальным душистым мылом, которое Полина как-то варила сама. В подростковом возрасте она частенько занималась мыловареньем и заливкой различных украшений из эпоксидной смолы. Потом это позабылось. Позабылось до тех пор, пока в садике не объявили конкурс на самую лучшую маму. Вот тогда она и вспомнила всё, чему училась. Выиграла шоколадку-медаль и разукрашенную шишку, покрашенную руками её чудного сынишки.
– Это хорошо, – ответила Анна, пробуя на соль воду под картофель. – Русланчик, помоги Сашке поменять баллон. Он вишь ищет газовый ключ, который лежит возле баллона.
– Хорошо, тетя Анна. Я помогу ему с этим. – Мужчина скрылся за дверью и после короткого диалога с дядей Сашей вернулся обратно и поменял баллон самостоятельно. А дядя Саша решил заняться другим делом. Ему предстояло доделать автомат для Артемки. Современным детям такие игрушки были уже мало интересны, но иногда им было в диковинку взять что-то такое в руку.
За девять лет двор опустел. Скот семейство перестало держать. Силы были уже не те, да и мясо с молоком девать было уже некуда. Собаки умерли от старости, а некогда молодой и красивый рыжий кот уже покрылся сединой и пах чем-то тухлым. У него начали подгнивать ушки. Молодые коты бились с ним за кошечку, и он проиграл. Раны долго заживали и начинали гноиться. Сашка предлагал застрелить его, но Анна была против. Она привязалась к этому маленькому комочку с блохами. Он у них уже давненько. Тогда и мама Анны ещё была жива, и девки с пацанами учились в школе, а сейчас… Сейчас у неё уже внуки. Дети разъехались и образовали новые семьи.
– Здравствуйте, бабушка и дедушка! – послышался радостный возглас. Кирилл и Валера зашли через заднюю дверь. В руках у Кирилла был пакет с мороженым, которое он любил. Этот вкус он попробовал недавно, и ему очень понравилось. Вот он и попросил папу купить его ещё и остальному семейству.
Подбежав к деду Саше, он пожал ему руку. Саша скрючился и, хохоча, начал просить пощады. Он так всегда делал. Пытался показать, что рукопожатие у Кирилла очень-очень сильное. Мальчик рассмеялся и с лицом победителя отпустил руку деда. Подойдя к бабе Анне, он её обнял. Показывать силу женщине было неправильно. Так говорил дед. Поэтому с ней обошлось без рукопожатия.
– Здравствуйте, тётя Поля и дядя Руся! – подскочил он и пробил Руслану пресс. Мужчина вовремя напрягся и подмигнул.
– Вот видишь, с годами мой пресс становится только лучше! – заявил Руслан и принял позу бодибилдера. Он никогда не поддавался Кириллу, чтобы тот чувствовал конкуренцию и развивался. Полина сказала, что её бить не нужно, её пресс не был так хорош, как у мужа. Мальчик послушно поднял руки вверх, принимая её позицию.
Мужчины пожали Валере руки. Они беседовали о его строительном магазине. Магазинчик был уже достаточно крупный и мог соперничать с «Уровнем» или магазином Махны. Хотя нет: до Махны там ещё как до Луны пешком, если не больше.
Артём зашёл в дом, оставляя грязные следы. Заметив это, Саша объяснил, что грязные тапки нужно оставлять на крыльце. На вопрос, не утащит ли их собаки, ответил, что от грязи они настолько тяжёлые. что их будет трудно поднять. Конечно, он преувеличил, но Тёма послушно отнёс тапки на крыльцо и побежал к своему двоюродному брату. Кирилл не очень любил общаться с Артёмом, ведь тот был мелкий и вечно просил поиграть с ним.
Услышав шаги маленьких ножек, Кирилл спрятался под кроватью. Шаги становились всё ближе и ближе, и когда Артём уже чуть было не зашёл, его позвала мама. Кирилл выдохнул и расслабился.
– Тёма, а где Рокси?! – крикнула она с кухни и Тёма побежал за собакой. Он забыл запустить её в дом, и она осталась лаять на крыльце. Рокси с самого детства ходила следом за мальчиком. Они проводили много времени вместе, и в его голове не укладывалось, как он мог забыть запустить её в дом. Собака забежала домой. Ей уже восемь лет, но размером она чуть больше, чем когда была четырёхмесячным щенком.
Зайдя в комнату, где находился Кирилл, Тёма забрался на диван: ему это с трудом удалось из-за высоты дивана и роста. Найдя под пледом пульт, он включил телевизор. Протянув его двоюродному брату, попросил того включить мультфильм про оранжевую корову. Тот без проблем это сделал – всяко лучше, чем играть с ним и слушать его вопль.
На часах время было два часа, и все стали собираться на кладбище. Набрал несколько бутылок воды, чтобы мыть руки, мясную нарезку, карамельные конфеты, блинчики, разрезанные пополам и свёрнутые в трубочку, и печенье «К КОФЕ». По приезде их встречала заросшая какой-то травой могилка и выцветшие искусственные цветы. В прошлый раз здесь, и на могиле дедушки, и бабушки, прибирались на родительский день, весной. За это время на могилках снова развелся бардак: блюдца валялись в стороне, стаканы – перевёрнутые среди цветов. Собаки постоянно приходят сюда в поисках еды. Пир у них на родительский день, когда на каждой могилке появляются конфеты и куличи. Бабушка Полины и Ники говорила, что, если собачка или птичка съедает еду с кладбища, значит, она передаёт её туда… и указывала указательным пальцем на небо. Но помимо собак здесь лазали и люди. Нет, никакие -то бедные и нуждающиеся, а вполне состоятельные. Так, например, Машка Прокошина. Она отправляла своих детей собирать сладости с могил, да и своими руками не брезговала это делать. По итогам выходили в полный пакет различных конфет. Даже людей не стеснялись. На этот случай Анна говорила, что у людей просто нет совести. Ещё она говорила, что как-то в интернете видела информацию о том, что призраки покойных, у кого спёрли конфеты, являются во снах. Да-да. Даже есть люди, которые об этом со всей уверенностью заявляют. А чтобы такого не было, нужно прочитать что-то по типу молитвы «Иже еси на небесах…». А по-другому никак нельзя: еда, оставленная на могиле, вроде какого-то «откупа» от покойного или бесов.
Анна и Александр сидели на лавочке и курили сигареты, одну за другой. Две прикуренные они аккуратно положили на памятник деда и бабы. Это были родители Анны. Ника не купила, поэтому «пусть обламывается», как говорила Полина с улыбкой на лице, когда хотели положить сигарету. Валера дёргал траву, Полина протирала памятники. Руслан то и дело бегал к мусорному ящику и выбрасывал старые цветы. Кирилл стоял в стороне и держал за руку Артёма. Вдруг этот дурачок побежит и расшибет себе коленки. А может, на него нападёт медведь и утащит в лес. Так пугал деда Саша Кирилла, чтобы он не носился среди памятников.
В каждую рюмку налили водку, Нике – сок. Разложили нарезку и сладости. Последний раз взглянули на могилу и попрощались, отправляясь домой.
Кладбище находилось на выезде из посёлка. Сторожевой домик – это единственная постройка поблизости. Среди могил много неухоженных и забытых. Среди таких были захоронения времён Второй мировой, Афганской и Чеченской войн. Была здесь и могила одноклассника Полины. Повесился, когда ему было восемнадцать, из-за ссоры с девушкой. Мда. А он только за день до трагедии получил права и обмывал их с друзьями. Мама его была убита горем, а одноклассники даже сразу не поверили. Полина и Ника узнали о случившемся, придя после пробника, с которого их классный руководитель ушла в слезах. Только потом им всем стало ясно, почему она рыдала. Эту тему обсуждали долгое время и даже несколько лет после.
Вернувшись домой, все уселись за стол. Подняли рюмки и залпом их опустошили. Дядя Саша решил, что может и без закуски, но не вышло. Закашлял и решил, что лучше нюхнуть и схрумкать огурчик.
На улице уже смеркалось. Где-то кудахтали куры и мычали последние в посёлке коровы, кричали коты. В канавах вдоль дороги, где скапливалась затухшая вода и плавали бумажные кораблики, квакали жирные бородавчатые жабы. Родители говорили детям, что таких трогать нельзя: руки будут в бородавках.
– Здравствуйте… – На телефон Валеры поступил звонок. Взяв трубку и услышав, что там говорят он побелел, а губы его задрожали. Выдохнул, приведя голову в порядок. – Ваша шутка очень глупа и неуместна. Не звоните сюда больше, – ответив, он сбросил трубку и выпил ещё одну рюмку. Этот голос… Ему он показался до боли знакомым.
Все смотрели на его побелевшее лицо. Руслан коснулся плеча и спросил, что ему такого сказали и что спровоцировало его так отреагировать. Под рукой он чувствовал, как тело Валеры трясётся, и увидел, как кожа покрывается мурашками, тот нервно рассмеялся.
– Ах, ха! Позвонила какая-то женщина и заявила, что она Ника и ей нужна помощь. Представляете? Говорит, что она не знает, что происходит и куда пропал ребёнок и автомобиль. Я не стал до конца слушать этот бред и сбросил трубку. Вот бывают же такие наглые и мерзкие люди, которые смеют выдавать себя за покойную.
– Так какого фига спустя такое длительное время? – задала риторический вопрос Полина.
– Найдутся с прибабахом, как мы с вами могли заметить, – добавил Руслан, наполняя рюмки. Дети сидели в соседней комнате. Так сказать, за детским столом. Поэтому взрослые могли не стесняться в выражениях.
Позабыв о звонке, все продолжили пить, и вскоре угнетающая атмосфера сменилась весельем. Подключили колонки, взяли в руки микрофон, и пошло-поехало.
«Один лишь взгляд и лютый холод по спинеееее… Царица… Царица!»
«…Ты пчела, я пчеловод…»
«Принцесссс Донт Зе край… оуоуоу…»
Никто не попадал в ноты, но все пели. Валера ушёл вместе с Полиной обсудить кое-что, что по большей части касалось их обоих. Руслан остался петь с тётей Анной. Он всегда с ней пел. В детстве ходил в музыкальную школу и никогда не упускал возможность показать то, чему его учили. Теорию знал на пять с плюсом, а вот голоса у него не было.
Уйдя в соседнюю комнату, Валера рассказал Полине о голосе, та внимательно выслушала. У неё было странное чувство в груди, будто что-то должно произойти. Почему-то она не посчитала странным то, что ему могло послышаться. Поля его успокоила и сказала, что после кладбища ему могло просто показаться. Она не понимала, почему он не нашёл себе нового партнёра, ведь со смерти её сестры прошло восемь лет. Обычно, по статистике, люди находят новую половинку через два– три года. Возможно, это из-за ребёнка, ну или из-за настолько сильной связи с Никой и потрясениея, связанного с её кончиной.
С кухни раздался испуганный крик, затем он резко оборвался. Полина скомандовала детям сидеть в комнате и не выглядывать. Мало ли что произошло, может кто-то просто кого-то напугал, но смеха за криком не последовало. И тут она испугалась того, что дядя Саша умер. Перепил и умер. Они с Валерой быстро добрались до кухни.
На стуле сидела Ника. Её одежда была в крови и пыли. Глаза воспалены от пролитых слёз. Полина схватилась за голову, не зная, что и подумать. Кто-то нарядился в её сестру? Шутка вышла из-под контроля? Но та открыла рот и начала говорить.
– Я так испугалась, когда пришла в себя, – раскинув руки, она кинулась обнимать Валеру. Тот замер на месте, но затем оттолкнул от себя девушку.
– Ты думаешь, что можешь войти в дом и напугать дорогих мне людей и меня самого? – рявкнул тот и замахнулся рукой для удара.
– О чём ты говоришь? Кирилла похитили! Прекрати на меня кричать! – девушка дала мужчине пощёчину в попытках привести его в чувства. – Скажите ему!
Никто ничего не сказал. Полина еле стояла на ногах и, упёршись спиной о стену, спустилась на пол. Руслан подошёл к ней, помогая подняться, и усадил её на диванчик. Женщина смотрела на гостью. Каждая родинка, брови, подаренные в пятом классе серьги – всё это было один в один как у Ники. Неужели это и правда была её сестра? Нет. Да быть этого не может! Каким таким образом?!
– Послушайте! – воскликнул Саша. – Я не знаю, как это объяснить, но похоже это не шутка.
– Конечно, не шутка! Мой ребёнок пропал, а его отец даже не может меня выслушать! С ним могло произойти всё что угодно. Руслан, Полина, звоните своим копам. Его нужно найти. Может похититель, не успел уехать далеко! – скомандовала она, вытирая остатки слёз с щеки. – Я знаю, что за урод украл моего ребёнка. Эта скотина в костюме. Если надо, смогу составить его фоторобот. Ну что вы все стоите? Кирилл у какого-то психа, а вы стоите как истуканы.
– Нет же! Замолчи! – скомандовал Саша.
– Тебя… тебя не было девять лет… – Валера набрал стакан воды и, осушив его, набрал снова.
– Да что вы, чёрт возьми, несёте? Какие девять лет?! Я в отключке была максимум два часа!
– Ника, он прав, – вставила Анна, поджигая сигарету дрожащими руками. В этом доме никто не понимал, что происходит, но все уже поняли, что это не шутка и не сон. Реальность, в которую сложно поверить.