«Ангел ты моя»
Ян
Когда я по своим делам приехал в этот город, я и представить не мог, что ангел, спустившийся с небес на нашу грешную землю, завладеет моей душой. Та самая — неприметная, дерзкая на язык девчонка с чертовски притягательным телом — вошла в мои мысли, в мое настроение, в мое естество. Когда я впервые увидел её, я даже не сразу понял, что во мне зародилось.
Это тело, тонкое и изящное, словно роза, раскрытая в свете луны. Эти большие голубые глаза, в которых она тщетно пытается прятать уязвимость, встречаясь с моими тёмно-карими, почти чёрными. Эти губы, которых мне хотелось коснуться... Чёрт, она вцепилась в меня, как паразит, проросла под кожу, и я оказался бессилен вырвать её оттуда. Я боролся с собственными мыслями, с чувствами, что разрывали меня, пока видел её.
Но в ту ночь, когда те ублюдки попытались сломать крылья моему ангелу и осквернить её, я пал. Я понял одно: теперь она принадлежит мне. Только мне.
Я смотрю на её заплаканное лицо и вижу в нём страх, боль и ужас, что она пережила всего за мгновение. Но в её взгляде — в этом безмолвном крике о помощи — я готов был отдать всё, лишь бы это никогда не случилось. Она обессилела и уронила голову мне на плечо, и в этот миг я почувствовал: она хочет лишь одного — чтобы я стал её защитой
— Ш-ш-ш... Всё кончено. Давай встанем и уйдём отсюда.
Она кивнула. Я взял её на руки и понёс к байку. Такая хрупкая, изящная, словно стеклянная фигурка — кажется, стоит лишь сильнее прижать, и она рассыплется у меня в руках. Усадив её на сиденье, я сел сам и положил ее маленькие ручки себе на талию.Она не произнесла ни слова. Я повёл байк прочь от этого чёртового места — туда, где чаще останавливался в этом городе, когда приезжал.
Через полчаса мы остановились у обрыва. Я заглушил мотор и обернулся — и вдруг осознал: я даже не знаю её имени.
— Ангел, — позвал я тихо.
Она подняла свои голубые глаза — заплаканные, полные боли. Мне хотелось покрыть их поцелуями, будто бы стереть слёзы одним прикосновением.
— Где мы? — спросила она, оглядывая окрестности.
Мы сидели у кромки обрыва; над нами безмолвно висело полнолуние. Её ротик слегка приоткрылся, словно она увидела нечто нереальное.
— Какая она... — прошептала она, глядя на луну.
— Не то слово, — тихо добавила я.
Я не думал — только смотрел. Её взгляд повернулся ко мне, и щеки сразу зацвели румянцем. Я слез с байка и протянул руку; она опиралась на меня. Я постелил куртку на землю, чтобы ей было куда присесть, а сам рухнул рядом, на землю.
— Эй, не порти вещь, — усмехнулась она, словно беспокоясь о куртке.
Меня сводило с ума это её невинное беспокойство о тряпке.
— Садись, Ангел. Не стоит переживать о том, что можно заменить, — сказал я и затянулся сигаретой. Дым заполнил лёгкие и, хоть чуть-чуть, успокоил меня. Почему-то рядом с ней я нервничал, как подросток.
Она нарушила тишину, голос дрожал:
— Спасибо тебе... — запнулась, затем сильнее — спасибо, что спас меня.
— Как я мог пройти мимо? — ответил я холодно, и в голосе зазвенела ярость. — Когда эти отморозки решили доказать своё мужское эго — их мало было просто избить. Мне хотелось, чтобы они больше никогда не шли по этой земле.
Я не произнёс больше ни слова. Луна смотрела на нас свысока, и в её серебристом свете я видел только её — раненую, но живую. И клятву, которую я в тот момент неосознанно себе дал: быть её тенью и щитом, какой бы цена это ни требовало
Я снова начал закипать. Злость поднималась, когда в голове вспыхивали картинки недавнего. Я глубоко затянулся сигаретой — и вдруг почувствовал её ладонь. Маленькая, тёплая, нежная рука легла на мою грубую. Я повернул голову и уставился на неё.
— Ты прав... но не нужно марать свои руки о таких ничтожеств. Их сама судьба накажет, — сказала она.
Её лёгкая улыбка — хрупкая, как лунный свет — сумела утихомирить бурю внутри меня. Я отбросил сигарету и осторожно провёл ладонью по её щеке. Она смотрела настороженно, и я понимал это. Поэтому отнял руку и тихо сказал:
— Я обещаю тебе, Ангел: больше никто и никогда не посмеет тебя тронуть. Верь мне... Я не причиню тебе боли и не сделаю ничего, чего бы ты сама не захотела.
Она смотрела на меня долго. В её глазах мелькало сомнение, но затем уголки губ дрогнули в улыбке, и она кивнула. Я не понимал — почему она верит? После всего, что случилось, она не должна доверять мужчинам, а уж тем более таким, как я. Но она верила...
Мы ещё какое-то время сидели рядом, глядя на луну, пока я не заставил себя подняться. Как бы мне ни хотелось остаться в этом моменте, дела жгли меня изнутри — их нужно было решать.
Она назвала свой адрес, и я отвёз её домой. Когда байк остановился, она слезла, сняла шлем и сделала пару шагов. Потом обернулась и тихо сказала:
— Спасибо. И... я всё ещё не знаю имени моего спасителя.
Я улыбнулся. Спаситель... да какой из меня спаситель. Но я всё же ответил:
— Ян.
Она чуть наклонила голову и в ответ назвала своё имя:
— Эли.
Развернулась, направилась к двери... и скрылась за ней
А я так и сидел, смотрел ей вслед и думал о том, какое у моего ангелочка совершенное имя. В голове снова поселилась одна мысль: Эли будет моей, вопреки всему этому чёртову миру. Я чувствовал, как во мне загорается пламя — я сожгу эту землю, весь этот жалкий городишко; разобью череп каждому, кто осмелится коснуться её. Я заберу у них всё — права, достоинство, гордость — и заставлю пожалеть об этом. Я эгоист. Я собственник. И я добьюсь своего, даже если ей это не понравится.
Ох, чую: эта поездка либо станет моим погибелью, либо я сорву немыслимый куш — в лице Эли
Не забываем ставить звездочки и писать комментарии
Тг: Эва Дарк