«Наказание за непослушания»

Эли

На улице пахло дождём. Поднялся ветер, и я пожалела, что не взяла куртку. Хорошо хоть Кесси жила недалеко.
Дом встретил привычным хаосом — смехом, громкой попсой и запахом лака для волос.

— Ну вот и она! — обняла меня Анжелика. — Мы думали, ты передумаешь.
— Нет. Просто... день был странный.
— Тогда будет повод забыть его! — подмигнула Кесси, потащив меня в комнату.

Всё вокруг казалось лёгким, почти беззаботным: блёстки, каблуки, звонкий смех.
Но внутри у меня, как свёрнутая змея, таилась тревога — та самая записка в заднем кармане джинсов будто обжигала кожу.

— Ты точно в порядке? — спросила Кесси, рисуя мне стрелки.
— Ага... а Аника где?
— Не знаю. Не берёт трубку. Может, уехала к бабушке и забыла позвонить.
— Да, с ней такое бывает, — усмехнулась я. — Это же Аника.

Через час я стояла перед зеркалом.
Светлое платье, открывающие ключицы, лёгкие волны волос, чуть‑чуть блеска на губах.
Я выглядела... не как я.

— Ян бы охренел, — сорвалось с губ.
— Что? — удивилась Анжелика.
— Ничего, — улыбнулась я. — Просто одна глупость.

— Девочки, пора! — крикнули снизу. — Отец не будет ждать!

Мы быстро спустились и поехали в восстановленный дворец культуры. Я там никогда не была и не знала, чего ожидать.
Зал будто из другого мира: белые скатерти, мягкий свет, вино, парни в костюмах.
Казалось, я попала не в свою жизнь.

Я старалась улыбаться, но чувствовала себя чужой. Девочки подвели меня к стойке, вручили бокал шампанского. Мы чокнулись — вкус оказался неожиданно мягким, почти сладким.
Разговоры текли легко. Потом одна за другой подруг начали приглашать на танец.

И тут — передо мной появился парень. Чуть старше, с мягкой улыбкой и добрым взглядом.
— Могу ли я вас пригласить? — спросил он, протягивая руку.

Я не знала, что ответить. Подруги уже кружились в танце. Я нерешительно вложила ладонь в его руку.
Он держался сдержанно, как настоящий джентльмен, осторожно положил руку мне на талию.
Я смотрела в пол — внутри было неловко, будто я делаю что‑то неправильное.

И вдруг — знакомый силуэт.
Он стоял у стены. Без кожаной куртки, но весь — Ян.
Хищный. Неприкасаемый.
Взгляд — прямой, тёмный, опасный.

Он не отводил глаз.
Потом медленно покачал головой и двинулся к нам.
Подошёл, положил ладонь на плечо моего партнёра.
— Мне кажется, тебе пора, — произнёс он низко.

Парень растерялся, бросил на меня короткий взгляд — и отошёл.
Ян смотрел ему вслед, потом — на меня.
Глаза ещё темнее. В них — ревность, боль и то, чего я не могла понять.

Сердце билось в горле. Я машинально облизала пересохшие губы.
Он уловил это движение и шагнул ближе.
Его ладонь легла на мою талию, сильная, горячая.
Второй рукой он коснулся шеи — легко, почти невесомо, но от этого по телу прошла дрожь.

— Я ведь велел сидеть дома, — прошептал он, голос хрипел у самого уха. — А вижу тебя здесь.

От его дыхания мурашки пробежали по коже.
— Я не обязана слушаться твоих приказов, — выдохнула я, не узнавая свой голос.

Он усмехнулся, прижал меня ближе.
— Малышка, ещё как обязана. Потому что ты — моя.

И прежде чем я успела ответить, Ян развернул меня к себе спиной и повёл вперёд.
Мы поднимались по лестнице. Никто не осмелился остановить его — ни взгляда, ни слова.
Я чувствовала, как крепко он держит мою талию, будто боялся, что я исчезну, если отпустит.

— Ян, — начала я, но голос предательски дрогнул.
Он не ответил. Просто открыл боковую дверь — в бывшую гримёрку, где пахло пылью и старой косметикой.
Замок щёлкнул.

Он посмотрел на меня — взгляд безжалостный, глубокий.
— Ты не должна была сюда приходить, — сказал он тихо. — Ни на шаг. Ни на танец. Ни на глоток шампанского.
— А что, теперь я под домашним арестом? — бросила я.
— Нет, — в уголках его губ мелькнула усмешка. — Просто теперь ты в моих руках.

Он шагнул ближе.
Я отступила, спиной уткнувшись в стену.
— И что ты собираешься со мной делать? — спросила я, чувствуя, как дрожь поднимается от груди к горлу.

Он провёл пальцами по моему лицу — медленно, с той самой опасной нежностью, от которой легче не становилось.
— Наказать, — прошептал он. — За то, что ты заставила меня прийти. И за то, что ведёшь себя так, будто не знаешь, кому принадлежишь.

Между нами не осталось воздуха.
Я чувствовала, как бьётся его сердце — и своё.
И поняла, что пути назад уже нет

Он поцеловал меня — не нежно, а властно.
В этом поцелуе было всё: ярость, тревога, страх за меня и ревность, которая лезла из него, как пламя из глушителя.
Оторвавшись от мои губ,он словно в бреду говорил слова
-Девочка что же ты со мной делаешь-снова поцелуй он проталкивает свой язык мне в рот так властно гуляют его руки по моему телу
-Ты так прекрасна в этом платье-одной рукой он держит меня за талию не давая шанса даже на попытку отойти от него,а второй рукой поднимает подол платья проводя кончиками пальцем по голым ногам,мое тело предает снова меня я не сопротивляюсь и хочу ли я сопротивляться самой себе?я смотрю на его темные глаза в которых вспыхивает огонь похоти когда его пальцы гладят внутреннюю сторону бедра цепляя мои трусики и лоно.Мое дыхание начинает участятся и его взгляд начинает медленно спускаться на мою грудь и все ниже и ниже до туда где находится его рука,сквозь трусики он начинает гладить меня,а низ живота начинает тянуть я не понимаю эти ощущение но так хочется освобождения,Ян снова поднимает свой зор на мои глаза и близко к моему уху приближается и шепчет
-Сейчас я снова покажу тебе малышка кому ты принадлежишь кусает за мочку уха и Он опустился на колени, не сводя с меня взгляда. Его ладони скользнули вверх по моим бёдрам, задержались, будто изучая — и будто решая, на сколько далеко он может зайти. А я стояла, прижавшись к стене, вся в огне — между страхом быть замеченной и желанием быть полностью раскрытой перед ним.
-Ян что...что ты делаешь?!Нас могут увидеть
Он достает свою голову с под платье улыбается так плотоядно и говорит:
-Ну и хорошо пусть знают что все твое прекрасное тело и твоя светлая и прекрасная головушка принадлежит мне
Он отодвигает трусики которые промокли моими соками и облизывает мои губы так нежно будто пробует на вкус,хотя вчера он должен был уже распробовать добавляет пальчик который давит на мой клитор я откидываю голову и тихи стон вырывается с моих губ,он слышит его и надавливает на клитор еще больше и интенсивнее,внизу живота та столько сильно стягивает хочется выпустить тот груз,я хочу что бы он прекратил но сама не замечая этого бедрами еще ближе приближаюсь к его лицу,он добавляет язык внутрь и охх...новые ощущение начинает движение внутрь и обратно и сильные движение на клиторе и меня словно уносит водоворот приятностей,я чувствую что вот-вот я получу свой первый оргазм снова откидываю голову,закатываю глаза и освобождаюсь и разлетаюсь на миллиард кусочков и будто снова с ними воссоединяюсь,мои ноги трясутся мне тяжело стоять,но руки Яна не дают мне упасть,но смотри на меня и глазам видно как сильно он доволен тем что довел меня,он опускает мою ногу поправляет подол платья,и встает,то как он смотрит на меня как облизывает губы с остатками нашей второй близости,я опускаю голову от такой картины,но его руки мгновенно перехватывают мой подбородок и поднимает его:
-Смотри на меня маленькая.-я поднимаю глаза и смотрю он на кланяется переводит взгляд с моих глаз на губы и целует,и я позволяю он понимает что я вся в его власти просовует язык мне вовнутрь и наши язык словно танцуют вальс,я пытаюсь делать правильно на сколько это возможно,чувствую вкус самой себя он приостанавливает поцелуй упирается лбом об мой:
-Попробуй какая ты вкусная.-снова легкий поцелуй в губы и отодвигается что бы смотреть как я облизываю свои губы и глотаю
-Сладкая не так ли?Словно зефир да?.-то как он с восторгом это говорит я просто машу головой но ему это не нравится:
-Словами малышка,да?
Выдыхая воздух с легких:-да
Он целует меня в лоб и отходит на пару шагов я вижу даже в полумраке выпуклость у него в брюках которые он поправляет не скрывая этого,я наблюдаю за его движениями слишком долго:
-Нравится,но это мы оставим на потом я подумал ты еще не готова его впустить в себя даже в рот.с ухмылкой говорит,и меняла словно молнией бахнуло я отрываю взгляд поднимаю к его ухмылке:
-Я...я ты что?Я просто...-он перебивает меня
-Все хорошо,у нас еще будет время в дальнейшем что бы ты полюбовалась им без одежды и не только,но нам пора возвращаться вниз и...но его уже перебил телефоны звонок достав его с кармана он взглянул на экран и его челюсть сжалась сильно он поднял трубку и молча слушал что ему говорят,я думаю что не стоит создавать впечатление что я подслушивал начинаю поправлять платья,и на ощупь свою прическу,скинув звонок он минуту смотрел куда-то вдаль и сильно сжимать телефон в кулаке до побеление костяшек я даже подумала какой прочный телефон:
-Тебе нужно срочно домой,без лишних слов Эли я тебя попрошу но ты должна сделать все так как я сказал без любопытных вопросов или язвительности
-Но...
-Эрика!повысил он тон впервые на меня,подойдя ближе он взял обеими руками меня за лицо и начал нести такую чушь:
-Ты сейчас поедешь домой,отца не будет дома,но мать должна быть сестрой,вы должны закрыть все двери и окна и дожидаться отца,не открывать и не выглядывать в окна если покажется что-то странным когда он вернется,он потом все объяснит что делать дальше ты поняла меня зефирка ?кивни если поняла.И я кивнула но у меня столько вопросов к нему зачем нам это делать?и почему в этой непонятной ситуации присутствует мой отец?и список вопрос очень большой но я не стала их задавать решив что при следующий встрече я обязательно их задам,а он ответит на них.Он взяв меня за руку повел на первый этаж на парковку,а параллельно что-то и кому-то печатал
-Такси тебя отвезет домой.Стояла уже машина Ян открывает дверь сзади и садит меня,смотрит на меня на мой непонимающий взгляд дарит нежный поцелуй в губы и закрывает дверь такси трогается я оборачиваюсь смотрю на заднее стекло,и вижу как Ян уже с кем-то разговаривает по телефону и что-то ищет в пиджаке но я даже не подозревала что я смотря на него могу не увидеть его ведь то что ждала меня дома разделит нас на неопределенное время...

Ян
То, что сказал Бен по телефону, пробудило во мне ярость. Но, глядя на Эли, я понимал — ей лучше быть дома, за закрытыми дверями, подальше от всего этого дерьма. Я отправил её домой и поехал на точку, где случилось то, что словами по телефону передать было невозможно.
Слезая с байка, я заметил движение в ангаре. Секунду прислушивался, сердце отбивало глухой ритм, и только потом вошёл внутрь.
Там уже собрались свои — стояли кучкой, переговаривались, спорили, с чего начать и что всё это может означать. Я подошёл к столу.
И замер.
На нём лежал мёртвый ворон. Чёрные перья казались ещё влажными, а пустые глаза смотрели прямо в меня, будто в них до сих пор жила тень. Рядом — сложенный пополам листок бумаги.
Я взял его.
«То, что держит тебя живым, станет моим. А ты будешь гнить в ожидании конца».
Холод пробежал по спине. Я сжал кулак, так что бумага зашуршала и треснула в ладони.
Кто-то рядом выругался, кто-то тихо сказал:
— Это предупреждение...
Нет. Это не предупреждение. Это начало.
И в тот же момент внутри меня что-то оборвалось.
-Кому было предназначено это послания ? Выпалил я глядя на лист бумаги Тишина ударила в виски громче любого выстрела. Никто не решался ответить.
Кто-то из парней откашлялся, другой нервно потянулся за сигаретой, и в затхлом воздухе ангара запахло табаком.
— Чёрт, — пробормотал кто-то сбоку. — Если это дошло сюда... значит, он уже рядом.
Я поднял голову. Лица вокруг были напряжённые, но взгляд каждого скользил в сторону, будто они боялись признаться даже самим себе.
— Ну?! — рявкнул я. — Мне одному интересно, чью кровь он метит? Мою? Вашу? Или тех, кто дома ждёт?
Бумага хрустнула в кулаке, будто ломалось нечто большее, чем тонкий лист. В груди поднималась злость, вперемешку с холодом, и я понял — обратного пути нет.
Это письмо пришло не как предупреждение.
Это был вызов.
Варвар начал идти к выходу с ангара,я проследил за ним он стоял возле своего байка оперевшись двумя руками я остановился возле него и он подал голос:
-Ты спрашивал кому принадлежит послания
-Да
Он выдохнул и повернулся ко мне и я в его глазах вижу впервые такие эмоции страх,гнев,и что делать дальше ?
-Мне!-и тут я ошалел я начал складывать пазл почему именно ему я понимал что у Ворона на всех злоба,но почему...Блядь Эли....меня словно облили холодной водой я начал отходить от него,ярость росла за секунды Варвар а он старый хрен не понимает что это значит?
-Эли!Поехали к тебе домой срочно твоя дочь в опасности.Начал орать я на него. — Что? — лицо Варвара перекосилось, он будто не сразу понял мои слова. — Ты... ты думаешь, он посмеет...
— Я не думаю! — заорал я, заводя байк. — Я знаю!
Мотор взвыл, заглушая все разговоры. Я видел, как Варвар, пошатнувшись, рывком вскочил на свой байк, и в его глазах всё ещё стояла смесь страха и вины.
Мы сорвались одновременно.
Ночь рвалась клочьями от света фар. Внутри меня кипела одна мысль: если Ворон тронул Эли — это будет его последняя ошибка.
— Держись, девочка... — вырвалось сквозь зубы.
Впереди, за чередой тёмных улиц и поворотов, уже вырастал её дом. И именно в эту секунду я почувствовал, как что-то нехорошее нависает в воздухе — тишина слишком густая, окна слишком мрачные.
Это не могло быть случайностью.