«Цена рассвета»
Ян
Дорога тянулась вдоль серых домов, капли дождя всё ещё блестели на асфальте. Утро пахло холодом и дымом. Эли сидела за моей спиной, прижимаясь ко мне, пальцы её цеплялись за мою куртку. Я чувствовал, как она дрожит — то ли от ветра, то ли от страха, что отец заметит её.
Я хотел ехать медленно, продлить эти минуты, пока она рядом. Но чем ближе мы подъезжали к её дому, тем сильнее внутри росло странное чувство. Что-то не так.
Я остановился у поворота, где уже виднелся знакомый дом.
— Эли, — я обернулся к ней, — может, я всё-таки пойду с тобой?
Она отрицательно покачала головой.
— Нет. Если он увидит тебя... всё кончено.
Она сняла шлем, её волосы упали на плечи — спутанные, пахнущие мной.
— Спасибо за ночь, — тихо сказала она и посмотрела вниз.
Эти слова почему-то кольнули сильнее, чем я ожидал.
Я наклонился, провёл пальцем по её щеке.
— Не «спасибо». Просто скажи, что ещё придёшь.
Она хотела ответить, но взгляд её вдруг метнулся к дому. На крыльце стоял мужчина. В тёмном халате, с сигаретой. Даже с расстояния я видел, как он напрягся, когда заметил нас.
— Чёрт... — прошептала Эли. — Он уже проснулся.
Я почувствовал, как всё внутри сжалось.
— Поехали, — сказал я тихо. — Я сам с ним поговорю.
Но она дёрнула меня за руку:
— Ян, не надо! Ты не понимаешь...
Поздно. Я уже тронулся к дому.
Я выжал тормоз и остановил байк прямо у калитки.
Воздух стал вязким — таким, что дышать было трудно.
Эли позади будто оцепенела.
Её отец стоял на крыльце, руки скрещены на груди, в глазах — холод, будто сталь.
Он затянулся сигаретой, медленно выпустил дым и посмотрел прямо на меня.
Без слов. Без удивления.
Как будто ждал.
— Ян, пожалуйста... — прошептала Эли. — Не надо.
Но я уже слез с байка. Сердце билось тяжело, но шаги были уверенные.
Я чувствовал, как в груди нарастает злость. Не от страха — от того, что этот человек может хоть как-то навредить Эли.
— Доброе утро, — сказал я ровно, поднимая взгляд.
— Доброе? — его голос прозвучал низко, с насмешкой. — Это ты называешь добрым, когда тащишь домой мою дочь на своём чертовом мотоцикле на рассвете?
Я сжал челюсть. Эли стояла чуть позади, пряча взгляд.
— Мы просто возвращались.
— Возвращались? — он бросил окурок под ноги, наступил на него. — Думаешь, я не вижу, что она ночевала у тебя?
Я не ответил.
Тишина между нами натянулась, как проволока.
Он сделал шаг вперёд.
— Слушай сюда, парень, — его голос стал хриплым. — Ей восемнадцать. Она ещё ребёнок. Если я узнаю, что ты к ней хоть пальцем прикоснулся...
— Поздно, — сказал я тихо, но чётко.
Его лицо изменилось. На долю секунды — шок. Потом — ярость.
Он подошёл ближе, кулаки сжались.
— Что ты сказал, ублюдок?!
Я стоял, не двигаясь.
— Я сказал, что люблю её. И теперь ты либо смиришься с этим либо сам знаешь.
— Любишь?! — он усмехнулся, шагнул почти вплотную. — Ты думаешь, я поверю, что какой-то отморозок с байком знает, что такое любовь?
Я поднял глаза.
— Может, я отморозок. Но я смогу её защитить и не причиню ей боль.-спокойным тоном разговариваю с ним он знает что мне глубоко насрать что он думает на счет меня,да я не идеал даже не близок к нему но он знает что я держу свои слова и каким я могу быть.
Он замер.
Эли в этот момент подбежала, встав между нами.
— Папа, хватит! — закричала она. — Это не твоё дело!
— Не моё?! — он схватил её за руку, и потянул к себе. — Пока ты живёшь под моей крышей, всё — моё дело!
— Отпусти её, — я сказал тихо.
Он не услышал — или сделал вид.
И тогда я шагнул.
Рука сама нашла его запястье, сжала крепко.
Он дёрнулся, но я не отпустил.
— Я сказал: отпусти.-злость кипела во мне,я некому не дам что бы хоть пальцем тронулся к её телу даже если это не отец,Джек смотрел в мои глаза и я видел в его глазах отражения своих темные словно внутри меня демон.
В глазах его мелькнул страх, но гордость не дала отступить.
Он оттолкнул Эли и плюнул мне под ноги.
— Убирайся, Ян. Пока можешь.А ты Эли быстро домой.
Я хотел что-то ответить, но Эли уже тянула меня за руку, слёзы блестели на ресницах.
— Пожалуйста, просто езжай я с ним поговорю,все будет хорошо.
Я бросил взгляд на её отца, повернулся и пошёл к байку ведь я не хотел что бы она плакала и дать шанс ей поговорить с отцом но я вернусь и если я увижу хоть легкий намек что бы плакала то я уничтожу его я обещаю.
Я знал одно — этим утром всё изменилось
Эли
Я стояла на крыльце и смотрела, как он уходит. Байк взревел, и воздух наполнился запахом бензина и дыма — запахом, который теперь будет жить во мне вместе с воспоминанием этой ночи. Я не знала, что делать с руками: они дрожали, и я хотела броситься к нему, кричать, просить не уходить, но в горле стоял комок страха.
Папа стоял в дверном проёме, сжав пальцы на окурке. Его лицо было каменное, но в руках дрожала сила — та сила, что всегда умела ломать мои решения и страхи. Я увидела в его глазах не только гнев, но и что-то усталое, я понимаю его тревогу ведь неделя прошла как они с Яном вернули меня домой после похищения я понимала тревогу отца,но мои чувства что появились после этой ночи спихнули новым пламенем.
— Ян уехал, — сказала я настолько спокойно, насколько смогла. Голос трясся, но слова были ровные. — Он не собирался причинять мне боль.
Он усмехнулся — жестко, презрительно:
— Ты уверена в этом, дочка?Не уже ли ты не понимаешь что я беспокоюсь о тебе,я не готов тебя терять снова,я не доверяю таким как Ян,и ты не должна после похищения ведь тот кто тебя похитил тоже когда-то был мои другом и что он сотворил с тобой ?.-отца дыхание участилось,а глаза говорили о прощение и о страхе что все это может повторится.
-Эли тот подонок еще на свободе,а ты сбежала ночью ты понимаешь к какой угрозе ты себя сподвигла ?!
— Я взрослая, папа. Мне восемнадцать.И да я понимаю то что сделала глупость,да я сейчас понимаю что я подвергла себя риску снова попасть в лапы тому чудовищу — Я старалась добавить в голос стальной отттенок, который успела унаследовать от него. — Но я сама решаю, с кем быть,и я хочу быть с ним.И я понимаю твою тревогу.
Он сделал шаг вперед, и вдруг мне показалось, что он не просто отец, а страж, чей долг — держать меня взаперти, чтобы мир снаружи не смог меня обидеть. Но что, если мир — это не только опасность? Что, если мир — это место, где я впервые почувствовала, что могу дышать?Не смотря на то что случилось меня не сломали.
— Восемнадцать, — повторил он, будто смакуя слово. — Но выбор делаешь не верный,и выбрала того кто не стоит тебя.
Я ощутила, как внутри меня проснулась решимость, тихая, но крепкая. Я думала о Янe — о том, как он держал меня ночью, как его ладони были одновременно твёрдые и осторожные. Я думала о том, как он стоял сейчас перед моим отцом и не прогнулся даже как я поняла что они давние друзья он не дал меня обидеть и готов бороться за меня.
— Ты можешь не понимать его, не знать как знаю я— сказала я, — но это не значит, что ты можешь решать за меня кто стоит меня,а кто нет. Я благодарна, что ты о меня волнуешься и за это я всегда буду любить тебя. Но просто — перестань думать, что ты один знаешь, что для меня лучше.
Он молчал. В одно мгновение я увидела в его взгляде сомнение — либо от мысли, что я уже не та маленькая девочка, либо от страха потерять контроль.
— Иди в дом, — голос его стал тише. — Но если он появится здесь снова — и случится что-то не так...
Я знала, что дальше последует угроза, и понимала её вес. Но в ответ я только кивнула и не стала спорить. Я повернулась и зашла в дом, закрыв за собой дверь так, будто заперла не только комнату, но и ту часть себя, которая так легко горела этим утром.
В своей комнате я села на край кровати и положила голову на колени. Слёзы наконец прорвались — не громко, тихо, как дождь по стеклу. Они были не от того, что я испугалась за себя — они были от страха за Яна. Я думала о его обещании вернуться, о том, как он смотрел на отца, и в моих висках бил челнок тревоги: что если он сдержит своё слово и сделает что-то, а отец сделает так что бы я никогда его не увижу?!В моей голове был бордак и я не справлялась с ним.
Я вытерла слезы,встала и пошла в сторону ванны посмотрела в свое отражения и в глазах вспыхнули картинки ночи,его шершавые пальцы на моей нежной кажи,его поцелуи которые исследовали мое тело словно карту где таится сокровище,его грубое дыхание между ног и горячий язык,между ног скопилось влагала,а низ живота начал тянуть,я повернулась к душу и включила воду начала раздеваться не хотелось смывать прикосновения Яна со своего тела но мне нужно смыть утренние взгляды отца и злость.Я провела полчаса в душе,выйдя с него я обмоталась полотенцем и другим начала промакивать волосы тут звук открытой двери привлек внимание выйдя в комнату я увидела свою сестру сидящей на моей кровати и с усмешной на улице
-Так так наша невинная Эли,уже не такая уже невинная.-она осматривала мое тело с ног до головы,я подошла к рабочему столу и взяла расщеску
-Ну чего молчишь,рассказывай как ночь прошла с Яном?Я наслышана о том какой он зверь в постеле выкладывай.-я повернула свою голову к ней и мой взгляд передавал всю свою ненависть к своей сестре
-Выйди с моей комнаты,я нечего тебе рассказывать не буду.-она еще больше заулыбалась но не сдвинулась с места
-Ох сразу выйди,думаешь член попробовала так можешь дерзить,знаешь Эли я и не предположила что такая невинная овечка так еще после похищения сразу же побежит к своему спасателю оплачивать своим телом за его спасения тебя.-гнев накрыл меня словно огромная волна я быстро подошла к Саре и хватила её за кисть и притянула её к себе
-Закрой свой паскудный рот,кто бы говорил кто за что оплачивает своим телом,кто-то а именно ты платила своим ртом одному парню за одну сумочку.-её глаза налились кровью она пыталась вырвать свою руку с моей схватки
-Знаешь жаль что тебя вместе со мной не похитили думаю тебе бы понравилось общения того отморозка может даже если ты бы раздвинула бы перед ним ноги то таким образом бы помогла бы нам выиграть время с Аникой и мы бы спаслись раньше.-Сара вырвала кисть с моих рук
-Та пошла ты чокнутая,еще посмотрим что будешь дальше и какой твой Ян на самом деле.-она криво улыбнулась и вышла из комнаты,а я не могла понять что она имела виду на счет «какой мой Ян»,я отбросила эту мысль не хочу не о чем думать,хлопнув дверью я достала со шкафа одежду и переоделась залезла на кровать и выдохнула
-Ну и утречко мать вашу...
