Огненная Кошка. Сестричка Курамы.
Прошло два дня.
Саске почти не выходил из палаты Нару, но сегодня Кабуто буквально выгнал его из здания.
- Саске-сама у неё сегодня много процедур и осмотров!
- Я просто рядом посижу!
- Категорически запрещаю!
С этими словами Учиху вытолкнули на улицу. Нет, он понимал, что так надо, но оставлять Нару, свою лисичку, не хотел.
С плохим настроением он вернулся домой и сразу пошёл в душ. Итачи лишь молча смотрел на своего брата. "Эх, Саске, на сколько же сильно ты её любишь?" - на этот вопрос старший Учиха уже давно знал ответ. Знал, что именно Наруто является причиной всех его проблем, но при этом, она делает его счастливым. Когда Саске только начал ходить в школу, то сразу изменился. Всё благодаря Нару. Его холод и высокомерие сменились нежностью и заботой. Лисичка была светом в его жизни, её энергия и задор пробуждали в нём тёплые чувства.
Стоя под струями холодной воды, Саске пытался расслабиться, успокоится, но ничего не выходило. Казалось, что для него существуют всего два понятия: Наруто - его солнце и смысл всей жизни, и все остальные люди. Он винил себя в бездействии, в неспособности её защитить. Представитель великого клана Учиха, обладатель Мангекю Шарингана, прекрасный боец и стратег, зачем всё это, если не можешь защитить дорогого тебе человека?
В это время в больницу пришёл другой Учиха.
- Здравствуйте, Кабуто-сама.
- О, Мадара-сама. Какими судьбами?
- Можно... Можно к ней?
На лице длинноволосого мужчины читались беспокойство и некая печаль.
- Вам... Только если не долго. Максимум пятнадцать минут.
- Спасибо.
Мадара вошёл в палату и тихонько закрыл дверь.
Окно было открыто, и свежий воздух проникал в светлую и просторную комнату. На больничной койке лежала красивая и необыкновенная девушка, чьи золотые волосы были аккуратно распущены. Сейчас они казались ещё длиннее.
Мужчина сел около койки и погладил Нару по руке.
- Эй, малыш, прости. Я - непроходимый идиот.
Он убрал волосы с её лба и пустил одну одинокую слезу.
- Прости, что не сказал тебе раньше. Прости, что скрывал, что не признавал... Этого. Думаю у меня никогда не получится сказать тебе в лицо, но...
Его голос начал дрожать, а слёзы уже текли ручьём.
-... Я т-твой отец...
Он сжал простыню и уткнулся ей в бок. Вдруг чья-то рука аккуратно погладила его по голове. Подняв голову, Мадара встретил голубые, как небесный свод, глаза.
- Глупенький, ты сам того не понимая стал мне отцом. Хотя, я это и раньше знала. Мама всё записала в дневнике, даттебайо.
Её голос был хриплым, но всё ещё нежным и ласковым.
- Нару...
Мадара обнял её и со всех сил прижал к себе.
- Прости, прости, прости...
- Тише, успокойся, всё в порядке.
- Я не знал, она просто ушла и не сказала...
- Я знаю, пап.
От этих слов Учиха расплакался ещё больше.
В этот момент в палату зашёл Кабуто, чтобы отвезти Наруто на процедуру. Увидев такую картину, он лишь улыбнулся и радостно сказал:
- Проснулась всё-таки, Учиха-Узумаки Наруто!
Через пару минут.
- Так, как ты меня слышишь?
- Да как обычно. Правда...
- Что такое?
- Честно говоря, я вас не вижу, точнее - вижу, но лишь силуэт. Вы выглядите, как белое пятно.
- Зрение скоро восстановится, это - последствие пробуждения Шарингана. А горло сильно болит?
- Нет, просто надо связки размять.
- Вы только не спешите с этим. Поберегите силы.
- Хорошо, даттебайо!
- Через полчаса принесут обед, а пока что отдыхайте.
- Погодите, а вы не знаете, как там остальные?
- Хм, Хатаке Какаши уже идёт на поправку. Пулевого ранения как не бывало.
- А что с Яхико и Конан?
Этот вопрос заставил врача смутиться. Он знал, что именно эти двое захватили университет и держали в заложниках Наруто и Какаши. Так почему она о них спрашивает? Неужели волнуется?
- С ними всё хорошо. Оба в сознании и под стражей.
- Отлично, прям от сердца отлегло.
- Что такое?
- Просто... У меня ощущение, будто это я их ранила.
- А вы что, не помните?
- Нет. Помню только выстрел, а дальше...
У Нару заболела голова и глаза.
- Наруто-чан!? Что-то не так?
- Глаза... Горят.
Кабуто подбежал и увидел на небесной голубизне один томое. "Он проявился!? Почему глаза не покраснели? Что вообще за чёрт!?"
- К-Кабуто-сама, можете перестать светить, даттебайо? И объясните, что происходит?
- Я сейчас приглашу своего коллегу, он разбирается в этом больше, чем я.
Он вышел из палаты, оставив лисичку одну.
- И что мне делать, даттебайо?
Нару хотела просто подождать их, но ей не хватало воздуха. Она аккуратно встала, всё тело ужасно ныло, и направилась к открытому окну. Вдохнув свежего воздуха, она довольно мурлыкнула, как настоящая лисичка. Кто-то лизнул её щёку и будто укрыл неким одеялом, стало тепло.
- Привет, Ку.
На подоконнике сидел Лис и укорительно смотрел на свою хранительницу.
- Ты безнадёжна. Меня не было всего пару недель, как можно было уже во что-то вляпаться?
- Я тоже скучала, даттебайо. Как там остальные?
- Восьмёрка начинает иногда читать рэп, сказывается влияние его хранителя. Шукаку пытался укусить меня за хвост, Сон Гоку старался нас успокоить, а Исобу лишь приставал. В принципе всё как обычно. Только вот Мататаби так и не обьявилась.
- Странно, раньше всегда приходила первой.
- Ага, но что с неё возьмёшь? Никогда не понимал женщин.
- Я тоже, даттебайо.
От этого Лис рассмеялся.
- Сама себя хоть понимаешь?
- Нет! 😀
- Хех, Наруто... Ты уж пойми, я не могу тебя подлатать. Боюсь повредить твою циркуляции чакры, она и так не блещит прочностью.
- А твоя чакра слишком грубая и может навредить ещё больше. Знаю, даттебайо.
Вдруг, дверь открылась и в палату зашёл высокий темноволосый мужчина. Кожа бледная, как у смерти, а глаза змеиные. От него исходила зловещая аура, но только не для Нару. Ей казалось, что его мягкий взгляд пусть и смотрел оценивающе, но по доброму.
Он подошёл и посмотрел прямо ей в глаза. А Нару просто смотрела в ответ.
- Как вас зовут?
- Я - Наруто, а вы?
- Орочимару. Как давно вы проснулись?
- Где-то полчаса назад.
Пока смотрела, зрение, будто магическим образом, восстановилось и она могла полностью погрузиться в глубокую бездну зелёных глаз.
Мужчина приложил руку к её шее.
- Что вы делаете?
Наруто спрашивала из любопытства, но никак не возражала и не препятствовала его действиям.
- Проверяю поток чакры.
Он немножко надавил, от чего Нару стало тяжелее дышать, но она не сдвинулась.
- Я сейчас пущу в твой поток свою чакру. Если всё хорошо, то она просто растворится.
- Ладно.
Наруто почувствовала некий холодок, распространяющийся по телу. Стало приятно, но вдруг ноги подкосились и блондинка задрожала. Змей успел её поймать.
- Х-холодно.
- Чёрт! КАБУТО, КАТАЛКУ СЮДА И ЖИВО ЗА КАРИН, ПЕЧАТЬ ЕЩЁ НА НЕЙ! ОНА ЕЁ УБИВАЕТ!
Лис уже был далеко. У него есть задание - найти свою двуххвостую сестричку. Хотелось остаться и убедиться в том, что с его хранительницей всё будет хорошо, но он знал, что она будет в порядке. Хотя этот Орочимару не вызывал у него никакого доверия.
Через какое-то время закончилась пяти часовая операция по снятию печати.
Около койки, с лежащей на ней, ещё не пришедшей в сознание Нару, стояли три врача.
- Как я мог не заметить?
- Ты не виноват Кабуто-кун, даже я не сразу поняла, что что-то не так. А вы, Орочимару-сама, вообще - молодец.
- Благодарю.
- Но как вы поняли?
- Если томое каким-то образом не сопровождается сменой цвета глаз на красный, значит в организме что-то не так.
- И в этом виновата печать?
- Она сломалась, но осколки, как настоящее стекло, разрезали и ранили её организм, поэтому всё путалось. Ещё чуть-чуть и пришлось бы хоронить единственную в своём роде Узумаки-Учиху.
Вдруг Нару вздрогнула и открыла глаза.
- Вот же морока, даттебайо.
- Как ты себя чувствуешь, Наруто-чан?
- Как выжатый лемон, то есть - как обычно.
- Хорошо, что вы спокойно к этому относитесь, Узумаки. С этого момента, она - моя поциентка, Кабуто, Карин, вы свободны.
Они вышли, а змей с лисичкой остались одни.
- Можешь присесть и снять рубашку? Мне надо тебя осмотреть.
- Ага.
Нару сняла больничную рубашку, оголяя свои достойные и прекрасные формы. Мужчина подошёл и начал пропускать через некоторые части её тела чакру.
Тишина. Она устраивала обоих. Орочимару никогда не любил болтливых, а Нару слишком устала для разговоров.
- Отлично.
Блондинка надела рубашку и увалилась на подушку.
- Тебе нужно отдохнуть. Завтра утром я приду тебя проведать.
- Угу.
Дверь закрылась, а Наруто провалилась в мир сновидений.
Девушка... Длинные чёрные, как смоль волосы... Стоит у обрыва и смотрит в даль... Поворачивается... В глазах огонь, не алый, а синий, как будто ещё более смертоносный..."Не уходи" - она сказала это и шагнула...
Холодный пот и слёзы, именно так и проснулась Нару.
- Чёрт...
Лисичка прочитала все чувства той девушки в её глазах: гнев, отчаяние, горе и боль. Казалось, что она зовёт Нару, но куда, зачем и осознонно ли? Ощущение, будто это воспоминание из прошлого, но чьего?
Вдруг на интуетивном уровне, она захотела подойти к окну. Ветер принёс сладкий запах ночного города, звуки музыки, игравшей где-то там далеко. Всё так успокаивало.
Внезапно она услышала крики. Взглянув на лес, увидела огонь. Такой же синий, как глаза той девушки. Он завораживал Наруто, в то время как все остальные убегали проч. Они боялись.
Огонь дошёл до больницы, началась эвакуация. Лишь палата Нару так и осталась нетронутой, её не замечали. Будто и нет вовсе палаты под номером 10.
На улице стоял шум и хаос: пожарные старались тушить огонь, пациенты ругались, а врачи пытались их успокоить. Орочимару проверял наличие всех больных и персонала, как вдруг понял, что не хватает Нару. Однако, змей и не думал волноваться, он лишь улыбнулся.
- Интересно...
Всё здание уже было в огне, а Нару так и не вышла из своей палаты. Она сидела в углу и просто смотрела на это.
- Красиво... И тепло...
Лисичка протянула ладонь и, как ни странно, не обожглась. Языки пламени будто изучали её руку, стало так хорошо.
"Не огонь. Чакра." Нару чувствовала, как она распространяется по телу, а её циркуляция чакры полностью восстановилась.
Блондинка ощутила лёгкость, которой не чувствовала никогда. Ноги сами понесли её на крышу, а пламя лишь расступалось перед ней.
Я не уйду и не покину,
А ты не станешь горевать.
Мы лишь напишем книгу
О том, что сломана печать.
Теперь меня не сдержат цепи,
Теперь мы вместе упадём.
И всю печаль под лунным светом
Мы в синем пламени сожжём.
Нару была на самом краю крыши, но видела лишь обрыв и стоящую рядом девушку.
- Не уходи.
- Я не уйду.
Лисичка взяла её за руку, и они вместе шагнули...
Огонь потух и пожарные начали расходиться. Здание никак не пострадало, что вызвало у всех шок. Один только Орочимару уверенным шагом направлялся в десятую палату.
Открыв дверь, он увидел блондинестое чудо, мирно спящее на койке.
- Какая же ты интересная пациентка, Наруто...
Он подошёл и аккуратно проверил циркуляция чакры.
- Даже лучше, чем я предполагал.
Змей накрыл её одеялом и, уже уходя, сказал:
- Поздравляю, новая хранительница огненной кошки.