«Первый шаг»
Существо было приковано тросами, но дышало, и каждый вздох был угрозой: резкий, горячий, полный песка и смолы. В глазах его ещё плясали огоньки — не разум, а чистая воля к выживанию.
— Всё, — коротко сказал Дин, вытирая лицо. — Сегодня ему конец. Никогда не любил незакрытые дела.
Сэл стояла рядом с ними, карта и заметки развёрнуты у неё на коленях. Она посмотрела на тросы, на массивное тело, и указала пальцем на место, где кожа на шее чёрного зверя была тоньше всего — там, где врезались яркие рубцы и где трескался панцирь.
— Там слабина, — сказала она. — Он защищён снизу — от земли — но снаружи есть место, где волокна связаны тоньше. Если мы сможем зацепить его там и лишить возможности зарыться — у нас шанс его добить.
Дин улыбнулся. Такая работа — точность и грубая сила вместе — была его любимой. Он облокотился на дробовик, оглядел горизонт и пробрался взглядом: два грузовика, якоря, тросы — всё на своих местах.
— Значит, идём по старинке: я — отвлекаю, Сэм — управляет тягой, ты, Сел, сигнализируешь, когда можно бить. И кто-нибудь подсунет чайник, потому что после этого мне нужен кофе и душ. — Дин хмыкнул так, что в его голосе слышался радостный ужас перед боем.
— И не забудь про бинты, — сухо ответила Селина. — Тебе снова потребуется накладывать пластырь на гордость.
— Эй! — Дин сделал вид обиженного.
Сэм лишь кивнул, заправляя пальцы в перчатки. Его лицо было сосредоточено; глаза — спокойные, но готовые к резкому действию. Он занимал позицию у лебёдки, как всегда, с терпеливым, механическим спокойствием, которое Дин называл "внутренним двигателем". Селина поставила метку на земле, показала направление.
— Как только я кивну — тяните одновременно. Дин, ты будешь готов принять удар на себя и отвлечь его, — сказала она. — Сэм, держи натяжение. Если он попробует уйти — тянем назад и фиксируем. Я буду считать — до трёх.
Дин вздохнул — тот глубокий вдох бойца — и в его глазах замигала привычная одержимость.
— Ок. Я иду в кино. Шекспир, версия «Дин протягивает ноги вперед». Удачи нам, — пробормотал он и побежал в сторону существа, громко крича, изображая вызов.
Существо рванулось — оно почувствовало движение — и мгновенно бросило на Дина всю ярость разъярённого зверя. Но это была уже другая ярость: без свободы. Сеть натянулась, металл заскрипел, и зверь метался, пытаясь разорвать петли.
— Тяни!! — крикнула Сэл.
Сэм дёрнул рычаг на максимум. Лебёдка заскрипела, тросы визжали, якоря вгрызались в землю. Существо, пытаясь сдернуть Дина, изображавшего угрозу, выпячивало шею — и в этот момент Селина, ровно по расчёту, подняла руку и указала на тонкую кожу в основании черепа.
— Сейчас! — громко отчитала она.
Сэм, как часы, тянул синхронно. Их совместная тяга, сжатие тросов и умение держать равновесие сделали своё: животное начало выходить из песка в положении, где была открыта та самая слабина.
— Удары! — рявкнул Дин и подпрыгнул вперёд, вплотную к сети — не глупо, а храбро. Он отталкивался ногами, схватил тяжёлый якорный крюк и запрыгнул на шею, одновременно подставив место для следующего удара.
— Давай ещё! Ещё! — кричал Дин, и в его голосе смешались азарт и усталость.
Финальное действие произошло быстро: Сэм повернул рычаг, лебёдка сжала последнюю петлю, якорь вонзился, и зверь, лишённый последних опор, завыл так, что цвет неба, казалось, на миг потемнел. Потом — раскатный звук разрыва, металл визжит, существо дернулось и больше не поднялось.
— Черт побери, — сказал Дин. — Я люблю свою работу.
Сэм, тяжело дыша опустил руки.
Селина почти робко, подошла ближе к Сэму. Не слова — а жест: она наклонилась и прикоснулась губами к его щеке — быстрый, лёгкий поцелуй. Не драматичный, не громкий, а тихий знак благодарности и чего-то ещё — тонкой, почти невысказанной близости.
Сэм застыл на секунду, затем улыбнулся, и его щека растаяла под теплом её губ.
Дин в этот момент подошёл в двух шагах, заметил сцену и тут же не удержался.
— Так-так-так, — проворчал он, как всегда вовремя. — Сэмми, поздравляю — ты получил премию «Щечный бонус». Требуется короткая реч: «Спасибо, Сел», или ты заплатил ей кофе за поцелуй?
Сэм покраснел, улыбнулся криво, и только тогда ответил:
— Не кофе, — пробормотал он, глядя в её глаза. — Это дороже.
Дин хлопнул ладонью по плечу обоим:
— Ладно, хватит сентиментальничать. Кто-то должен тащить эту тушку в машину, а я не собираюсь это делать в одиночку. Пошли, ребята — у нас ещё дорога.
Они работали слаженно: подцепили тело, закатали сеть, закрепили всё так, чтобы песок не украл их трофей. Пустыня опять вздохнула, всё вернулось в ритм, в котором мир ещё был жив и дышал.
И когда Импала скрылась за поворотом, Дин ещё раз посмотрел на брата и Селину, хитро ухмыльнулся и добавил:
— Эй, Сэм — если хочешь сохранить поцелуй, привяжи её к креслу.
Сэм лишь рассмеялся в ответ, а Селина — покраснела.