Глава 20. Две семьи
В доме Кастелло было всё готово к вечернему приему.
Стол сервирован безупречно: белая скатерть, серебряные приборы, винтажные бокалы, цветочные композиции из роз и белого жасмина.
В воздухе витал аромат дорогого вина и лёгкой тревоги.
Лия стояла у зеркала, поправляя серьги.
Сегодня было особенно важно — впервые увидеть родителей Рикардо.
Не на расстоянии. Не по рассказам.
А за одним столом. Лицом к лицу.
— Всё будет хорошо, — сказала Ванесса, заходя в комнату.
— Ты выглядишь достойно. Ты — Кастелло.
И никто не посмеет усомниться в этом.
— А если они захотят? — спросила Лия, глядя на себя. —
— Если я не такая, как их "идеальная сноха"?
Ванесса усмехнулась.
— Тогда тем хуже для их представлений.
Потому что ты — не сноха.
Ты — женщина, рядом с которой Рикардо будет сильнее.
⸻
В холле уже собирались.
София в строгом чёрном платье с жемчужным ожерельем.
Лука — в тёмно-синем костюме.
Рафаэль — безупречно собран, как всегда.
И Рикардо, нервно поправляющий часы на запястье.
— Не волнуйся, — сказал ему Рафаэль, подходя ближе. —
— Это ужин, а не испытание. Хотя... если честно — это всё же испытание.
— Они не похожи на вас, — сказал Рикардо тихо. —
— Мой отец не терпит, когда женщина говорит вслух.
А моя мать... она всю жизнь была просто рядом.
— И это твой выбор, сын своего отца? — спросил Рафаэль, пристально глядя в глаза.
— Нет.
Мой выбор — быть с Лией.
И я хочу, чтобы мои дети росли в доме, где женщина — не тень, а сила.
Рафаэль кивнул.
— Тогда пусть ужин покажет им, что Кастелло умеют не только держать власть, но и передавать её достойным.
⸻
Вечер.
Гости прибыли.
Отец Рикардо — Дон Валенти.
Высокий, холодный, с пустым взглядом и почти военной выправкой.
С ним — женщина в строгом бежевом платье, с опущенными глазами и руками, сложенными перед собой.
Она не произнесла ни слова.
— Дон Кастелло, — первым заговорил отец Рикардо, — благодарю за приглашение.
— В нашем доме умеют принимать, — ответил Рафаэль сдержанно. —
— Особенно тех, кто скоро станет семьёй.
Гости расселись.
Ужин начался.
Лия сидела рядом с Рикардо, напротив его родителей.
Ванесса — рядом с Рафаэлем.
София наблюдала внимательно, не упуская ни одного движения.
Отец Рикардо задавал формальные вопросы.
Про даты. Про церемонию. Про объединение.
Но когда Ванесса заговорила о равенстве в семье и женском праве голоса, его взгляд стал жёстче.
— В нашей семье женщины держатся рядом, — произнёс он. —
— Они не вмешиваются в дела мужчин.
Лия напряглась.
Но Ванесса спокойно сказала:
— В нашей — рядом не значит в тени.
Сильный мужчина — рядом с сильной женщиной.
А не впереди неё.
Тишина.
Мать Рикардо опустила глаза.
И тут Рикардо поднялся.
— Ваша модель семьи мне всегда была тесна.
Именно поэтому я выбрал Лию.
Я восхищаюсь тем, как у Кастелло устроено всё.
Женщины здесь — не украшения.
Они — опора, голос, честь.
И я хочу такой жизни.
И такой семьи.
Он посмотрел на Лию.
— С ней.
Лия не улыбнулась.
Она просто взяла его за руку — тихо, крепко, без слов.
Рафаэль медленно встал и сказал:
— Если мы собираемся объединить семьи, значит, должны говорить открыто.
У нас женщины сражаются рядом с мужчинами.
И так будет всегда.
В этом доме никто не будет учить мою сестру молчать.
Она — Кастелло.
И этим всё сказано.
⸻
Ужин закончился в напряжении.
Но в воздухе осталась главная истина —
в этой семье женщинам не дают говорить.
Они говорят, потому что умеют.