Глава 59 - Ты - моя
(от лица Лии)
⸻
Дом встретил нас тишиной. Мягкой, как шелк. Спокойной, как долгожданное затишье после войны.
Рафаэль остановился на пороге.
— Всё обсудим завтра, — сказала я, снимая пальто. — Сегодня... просто отдохни. Пожалуйста.
Он посмотрел на меня, кивнул — коротко, молча — и, не говоря больше ни слова, повернулся и пошёл к себе. К Ванессе. К их детям. К дочке, что растёт под сердцем его жены. Он заслуживал этой тишины. Как и я.
Я поднялась по лестнице, ощущая в теле каждую пройденную эмоцию. Каждое решение. Каждый шаг, что сделала сегодня, рискуя всем. Под кожей ещё пульсировало напряжение. Но в душе было странное чувство — будто я закрыла одну главу своей жизни навсегда.
Ванная. Горячая вода. Пар на зеркале. Тело, покрытое лёгкой дрожью — не от холода, а от накопленного.
Я вышла из душа, закутавшись в большое полотенце, и направилась в спальню. Волосы ещё капали, след оставался на полу, но мне было всё равно. Я хотела только его — взгляда, прикосновения, дыхания.
Рикардо сидел на кровати. Полураздетый. Взгляд — колючий, как сталь. Он сразу поднялся и подошёл ко мне. Не говоря ни слова.
— Говори, — только и произнёс он. Глухо. Сдержанно. Но в этом было всё: тревога, ярость, страх.
Я рассказала. Кратко. Без прикрас. Про Морелли. Про то, как он хотел забрать меня. Про предложение. Про то, как мы с Рафаэлем это спланировали. И как всё закончилось.
Когда я замолчала, Рикардо сделал шаг ко мне. Его глаза вспыхнули.
— Он прикасался к тебе? — спросил он глухо.
— Нет. Только я к нему. Но это было частью игры.
Он молчал. Дыхание участилось. Он провёл рукой по лицу, потом резко подошёл ближе.
— Значит, ты подошла к нему. Позволила думать, что он может тебя заполучить.
Я кивнула. Медленно.
— Это убило меня внутри, — прошептала я. — Но я должна была это сделать. Ради нас.
В следующую секунду он сорвал с меня полотенце. Оно упало на пол, а его руки обвили моё обнажённое тело.
— Ты — моя, — прохрипел он, прижимая меня к себе. — Была. Есть. И будешь. Навсегда.
Он целовал меня — жадно, словно в первый и последний раз. Его ладони покрывали каждую клеточку моего тела, как будто он пытался стереть воспоминание о Морелли, о боли, о прошлом.
— Эта кожа — моя, — прошептал он у моего уха. — Эта грудь — моя. Этот живот... наш. И всё, что ты чувствуешь — принадлежит мне.
Он знал, где прикасаться, как дышать, чтобы заставить меня теряться в ощущениях. Я задыхалась от его поцелуев, от его голоса, от власти, с которой он вновь и вновь доказывал: я принадлежу только ему.
Когда мы наконец упали в постель, истощённые, переплетённые, я шептала его имя. Снова и снова.
Потому что он — мой дом.
Моё небо.
Моя судьба.