***
Вагон метро, запустив пассажиров внутрь и с шумом захлопнув двери, отъезжает от станции навстречу к следующей. Десятки тел, плотно друг к другу прижатых, как сардины в банке, покорно ожидают точки назначения, занимаясь кто чем: одни увлечённо листают ленту в своих смартфонах, другие, стараясь не обращать внимания на тряску, читают бульварные романы. Влада стоит недалеко от выхода, крепко, но аккуратно сжимая в ладони стаканчик горячего капучино, что обязан спасти её от сонливости перед собеседованием.
Энергичная музыка в наушниках, что будто мимо сонного сознания Тумановой проходит, частично вырывается наружу, вызывая недовольные вздохи людей вокруг. Лишь один из случайных попутчиков, стоящий чуть поодаль, невольно улыбается, оценивая чужой музыкальный вкус.
Влада короткий взгляд экран над дверью бросает и понимает, что её станция следующая. Аккуратно пробираясь сквозь толпу, Туманова к двери пробирается и практически в чужую спину упирается, но крепко держит себя, чтобы не прижиматься слишком сильно. Вагон трясётся, но всё же останавливается, медленно распахивая дверь. Люди постепенно выходят и Туманова уже предвкушает, как на свежий воздух вернётся и заветный глоток свободно сделает, но особо торопящийся пассажир с силой её сзади в плечо толкает.
Крышка, будто давно этого ждала, слетает со стакана и горячий молочно-кофейный напиток выплёскивается на одежду парня перед Владой. Девушка дыхание задерживает и глаза виноватые поднимает выше. Готовится к крикам чужим и возмещению испорченной и явно недешевой одежды. Но парень не кричит, лишь чуть шипит от температуры напитка, выуживает из кармана пару салфеток, которыми промакивает горячую жидкость, и взгляд цвета неба к блондинке возвращает.
– Надеюсь, он на растительном молоке, – шутливо улыбается, практически избавившись от морщинки между бровей, наблюдает за чужой реакцией. – У меня непереносимость лактозы.
– Да, на миндальном, – трясущимися руками уже из своей сумки выуживает салфетки и старается исправить ошибку Туманова. – Простите, пожалуйста.
– Ничего страшного, – улыбается парень. – Ну, раз вы уже угостили меня кофе, давайте я угощу вас чаем с тортом?
– Простите, мне бежать надо, – чужая реакция удивляет, но Влада весь мир благодарит, что избежала скандала. – Запишите мой номер, я всё вам возмещу.
– Не откажусь, – и из кармана джинс выуживает телефон. – Как мне тебя записать?
– Влада, – девушка наскоро номер диктует и чувствует, как собственный смартфон в сумке вибрирует.
– Я Рома, – улыбается мягко. – Возмещать ничего не надо, но за номерок спасибо. Ещё увидимся, – и Роман в толпе теряется, оставляя ошарашенную Владу и зевак на пироне в недоумении.
– Ага, – бросает Туманова куда-то в пустоту.
⋅•⋅⊰∙∘☽༓☾∘∙⊱⋅•⋅
Довольная новым местом работы Туманова усердно натирает барную стойку кофейни. Стильный фартук, в сравнении с формой в других местах, радует глаз самой бариста и посетителей. Обвешанный милыми значками, он подчёркивает крепкую фигуру и нежный характер одновременно. До открытия считанные минуты остаются и Влада из кармана крупную связку ключей выуживает. Дверь отпирается быстро и впускает волну утренних посетителей.
Первая на этом месте запара остаётся позади, и девушка выуживает телефон с облегчением. Она справилась в одиночку и это бесспорно греет душу. Неосознанно Влада вновь и вновь открывает последние звонки и чуть ниже спускается к номеру с забавной подписью "Рома метро облила кофе". Туманова не знает, чего ждёт, но даже спустя несколько дней мыслями к инциденту возвращается. К кофейному пятну и ярким голубым глазам.
Туманова хочет уже сотовый убрать и прибрать мелочи на рабочем месте, но палец будто назло слетает, метясь ровно в заветный номер. Сбрасывать звонок и оставлять парню пропущенный ещё глупее, чем дождаться ответа. Рома поднимает трубку быстро, вокруг него слышится шум большого города.
– О, Влада на миндальном, не ожидал, что ты позвонишь первой, – после этих слов Туманова себя ещё более глупо чувствует, чем раньше.
– Да, я, – неловко говорит девушка. – Ты скажи, сколько я должна за химчистку, мне неловко.
– В таком случае с тебя стаканчик порошка и тазик воды, – хихикает Рома, отчего Влада ещё больше путается.
– Я не понимаю, о чем ты, – Туманова краем глаза за окном силуэт видит. – Прости, у меня посетители, мне надо бежать.
Не успевает Влада звонок закончить, как на пороге возникает тот, кого она увидеть не ожидала. Под звон колокольчиков, со своей неизменной лучезарной улыбкой возникает парень с глазами цвета ясного неба. Туманова с табурета подрывается и поправляет фартук нервно.
– Какая встреча, Владочка, – телефон прячется в кармане, а парень к стойке подходит довольный. – Говорил же, что ещё увидимся.
– Судьба, получается, – сгорая не то от смущения, не то от неловкости, проговаривает Туманова. – Что ты хочешь?
– Вообще я шёл за энергетиком, – начинает издалека и локтем опирается на столешницу. – Но ты позвонила и захотелось кофе. Капуч на миндальном. А вообще, хотелось бы выпить его вместе с тобой.
– Не могу, я на работе, – чужая реакция для девушки непривычна и непонятна, весь этот интерес будто пугает неопытную совсем девушку. Но, чем больше Туманова в лицо парня всматривается, тем больше он её интересует, хочется ближе узнать незнакомца, что вполне в её вкусе.
– Тогда после работы? – из чужих рук принимает бумажный стаканчик, до краёв наполненный ароматным кофе.
– Не знаю, – хихикает Влада, будто случайно касаясь пальцами чужих. – Посмотрим.
– Ну ты посмотри, – отпивает напиток и от наслаждения глаза прикрывает. – А я вечером зайду.
⋅•⋅⊰∙∘☽༓☾∘∙⊱⋅•⋅
Рабочий день кончается и Туманова с надеждой смотрит на дверь, что давно не открывалась. Девушка моет кофемашину и порядок на рабочем месте наводит, в надежде на то, что чужое предложение – не пустой звук. Но пустота зала и тишина за окном заставляют вздыхать разочарованно.
Сердце просит вновь чужой номер набрать, потребовать объяснений, но разум одёргивает, ведь если бы парень хотел, позвонил бы сам, объяснился и перенёс встречу в случае чего. Но ничего не происходит, а значит впереди одинокая дорога до дома в пустующем вагоне метро.
Туманова вновь наушники натягивает с любимыми треками, наскоро запирает дверь и опускает ролет, защищающий вход от вандалов, но вздрагивает, когда на плече похлопывание ощущает. Испуганно округлив глаза и встав в стойку угрожающую, она в тусклом свете фонаря с трудом различает силуэт знакомого.
Рома, тяжело дыша от бега, держит небольшой букетик альстромерий и ромашек, что довольно пышным кажется. У Влады во взгляде непонимание. Зачем он тут с букетом?
– Привет, – неловко прядь светлую за ухо заправляет. – Не думала уже, что ты придёшь. Кому букет.
– Привет, – улыбается и букет девушке протягивает. – Тебе. Не знал, какие ты любишь, но взял такие же солнечные, как ты.
Туманова неловким румянцем покрывается в момент и руку несмело протягивает, забирая подарок. Сладкий аромат бутонов приятно ласкает рецепторы. Надо ли говорить, что этот букет первый в жизни блондинки? Обычно прошлые её ухажеры не располагали ничем кроме сальных шуток и самого дешёвого стаканчика мороженого.
– Такой красивый, – не то к букету, не то к довольному до предела парню обращается. – Мне неловко, он дорогой, наверное.
– Не парься, – чуть влажные и растрепавшиеся волосы пальцами уложить на место старается. – Главное, что тебе понравилось.
– А за что? – готовится уже к подвоху Туманова, не бывало в её жизни всё так просто.
– Просто так, – чужие слова для него непонятны. Каким же прошлое девушки было, что обычный букет она считает нужным заслужить? – Позволишь себя проводить?
Парень локоть согнутый протягивает приглашающе. Влада мечется, но так довериться хочет, позволить эти ухаживания. Переступая через смущение, она свободную руку протягивает, ловко хватается за чужую, вызывая легкий румянец на щеках парня. Преодолев короткий путь до метро, они прыгают в пустующий последний вагон и рядом усаживаются.
Рома усердно держится, но тепло, исходящее от девушки рядом заставляет глаза слипаться всё больше. Не выдержав наплыв усталости, он веки прикрывает и засыпает прямо так, сидя. Туманова не сразу замечает это, но, когда от очередного толчка состава голова его приземляется на её плечо, всё становится ясно. Влада пальцы их в замке сплетает, нежно ладонь сжимая, и щёку на чужую макушку укладывает.
На нужной остановке Влада тормошит Романа, предупреждая, что ей скоро выходить, и парень поднимается, намереваясь вместе вагон покинуть.
– Ну ты же вроде раньше меня утром зашёл, – интересуется искренне. – Потом долго идти придётся, поездов ведь до завтра не будет.
– Прогулки на свежем воздухе полезны, – Тарасов от своего не отступает. – Да и посреди ночи небезопасно красивой девушке идти одной.
– Уж я-то за себя постоять в силах, – хихикает девушка. – А вот за тебя... Не знаю, хватит ли сил отбить такого сладкого парнишку у гопников.
– Очень смешно, Влада, – закатывает глаза Тарасов. – Но за сладкого спасибо.
Только сейчас до Тумановой смысл её слов доходит – она неосознанно сказала то, что на языке вертелось, и от этого хочется сбежать, спрятаться от смущения безумного.
Свежий ночной воздух приводит обоих в чувства, и оба шагают в сторону потёртых пятиэтажек, что ровными рядами вдоль улицы устроились. Они петляют в тени пышных яблонь и тополей, разговаривая обо всём на свете и смехом громким заливаясь, отчего жильцы со слухом особо чутким, грозят им с балконов расправой.
– Ну вот, – Влада у одного из подъездов с ноги на ногу переминается, не рискуя сесть на скамью, что пристанищем местных алкоголиков является. – Мы пришли.
– Это хорошо, – улыбается и руки для объятий протягивает, в которые Туманова чуть не падает от усталости. – Ну-ну, держись, поднимайся домой. Или тебя до квартиры проводить?
– Не стоит, – улыбается и прядь выпавшую за ухо заправляет. – Я сама могу. Спокойной ночи?
– Тогда до завтра? – не смеет даже рассчитывать на приглашение в гости, а потому шаг назад делает. – Я пойду. Набери, когда поднимешься, хорошо?
– У меня завтра выходной, так что я буду спать как убитая, – с глазами чужими: голубыми и внимательно за каждым её движением следящими, сталкивается и тонет в тех. – В том смысле, что в кофейне меня не будет. И хорошо, наберу.
– Вот и славно, – с места не сходит, всё также на Владу смотрит, пока та за дверью стальной не скрывается.
Туманова на родной четвёртый этаж поднимается и, не включая свет, наскоро сбрасывает с себя одежду прямо в прихожей. Босыми ногами ступает по прохладному полу сначала до кухни, где букет оставляет в большой банке, ведь вазой в этой съёмной квартире обзавестись не успела, и идёт до самой спальни, где устало на кровать валится, сжимая телефон в ладони. Пальцы сами заветный номер набирают и ответ не заставляет себя ждать.
– Спасибо, что позвонила, – мягкий, бархатный голос заставляет что-то внутри девушки приятно сжаться. – Теперь я спокоен.
– А я нет, – Влада на спину валится и буравит взглядом потолок, не отрывая сотовый от уха. – Так ты там дойдёшь?
– Да я в одной станции от тебя живу, волки по пути не загрызут, – смеётся парень. – Но мне приятно, что ты за меня волнуешься. Спасибо, это льстит.
– Пожалуйста, – будто язвительно произносит, но румянец выдаёт честную реакцию на чужие слова.
– Ну не дуйся, я напишу, когда буду дома, – и готовится звонок сбросить. – Сладких снов.
– И тебе, – связь разрывают долгие гудки.
И вот они уже будто старые товарищи, а не два незнакомца, случайным обстоятельством или велением судьбы сведённые. И обоих это будто устраивает. Забывается пятно от кофе и неловкость утренняя. Остаётся лишь ароматный букет и неловкие объятия у подъезда.
⋅•⋅⊰∙∘☽༓☾∘∙⊱⋅•⋅
Уже не первый десяток минут горячие капли стекают по девичьему телу, пока сама Влада орудует бритвой по всему телу. Тихо шипит, когда лезвие оставляет маленький, но чувствительный порез на голени, и наконец выбирается из ванной, промакивая влажное тело полотенцем. Вооружившись всеми кремами, натирает кожу и к подбору белья приступает. Комплект из нежного тёмного кружева – прекрасный вариант.
После десятка прогулок и неловких поцелуев в щёку понимает, что к большему готова. Потому назначает встречу в небольшом ресторанчике недалеко от их с Ромой домов и готовится по высшему разряду. Платье лёгкое, воздушное уже терпеливо ждёт на вешалке, пока Туманова светлые пряди жжёт плойкой. Образ практически готов, когда тушь аккуратно ложится на пушистые ресницы.
В этой суматохе сборов Влада чуть не пропускает время выхода и, зайдя в облако сладкого парфюма, выбегает из дома, цокая по ступеням низкими каблучками. Дорога, что на карте представлялась долгой, пролетает за мгновение и вот уже Туманова стоит на пороге заведения, за одним из столиков которого уже ожидает её Тарасов с пышным букетом.
– Прекрасно выглядишь, – в глазах голубых искорки обожания играют, заставляя Владу расслабиться больше. – Присаживайся.
– Спасибо, Ромочка, – на мягкий стул присаживается и ладонью уже к основанию букета тянется, заранее зная ответ на предстоящий вопрос. – Это мне?
– Нет, жду официантку, –довольный собственной шуткой Рома продолжает. – А ты что думала? Это чаевые.
– Ты неисправим, Тарасов, – Туманова подбородок рукой подпирает, не отрывая взгляд от парня. – Вот стукнусь головой, потеряю чувство юмора и уйду от тебя.
– Все вокруг дураки, мы одни хорошие, – в улыбке ряд зубов обнажает. – Идти нам некуда, поэтому будем терпеть друг друга до самой смерти.
– Неплохой исход, – такие, хоть и шуточные, планы на будущее греют девичье сердце.
Ужин наполнен смехом тихим, влюблёнными взглядами и воровством из тарелок друг друга. Самое приятное, что обоих это более чем устраивает. Закончив с трапезой, Тарасов галантно отодвигает чужой стул и на плечи девушки свою куртку набрасывает, чтобы та не замёрзла.
Влада, довольная донельзя идёт рядом с Ромой, что снова без умолку что-то рассказывает. Единственное, что ту смущает – чужая нерешительность. Девушка и пальцы их в замке сплетает, льнёт к телу чужому, надеясь на решительные действия, но Тарасов будто дистанцию держит. Не выдержав огня внутри, светловолосая останавливается резко и прямо напротив парня встаёт, с вызовом в глаза яркие заглядывает.
– Что такое? – смотрит в ответ непонимающе, ведь правда никаких проблем не видит.
– Да ничего. Только вот думаю, – хмурится девушка. – Как на ужин с такой тряпкой согласилась?
Рома уже возмутиться хочет, но видит, как взгляд тёмный от глаз его то и дело опускается к обветренным губам. Чтобы не понять, к чему клонит Туманова, надо быть полным дураком. Но Тарасов волнуется, что слишком торопится.
– Можно тебя поцеловать? – парень пряди светлые с лица откидывает.
– Тебе честно ответить? – вскипает Туманова, но этот порыв тушит Рома, что нежно касается чужих губ собственными.
Руки сильные оплетаются вокруг талии девичей, чуть сжимая и от мира вокруг закрывая. Отдаётся процессу полностью, ведь сам давно хотел этого, но боялся спугнуть ту, что заставляет сердце биться чаще. Его Владу. Ту что забавно морщит нос, когда смеётся. Ту, что до ужаса боится высоты. Ту, что любит кофе и его.
– Не так уж это и сложно было, да? – кончиком носа о чужую шею потирается нежно, не желая отрываться от тела любимого.
– Вообще, – прижимается в ответ сильнее, а после девушку хватает за талию и, приподняв над землёй, с места срывается. – Теперь я тебя украду.
– Ну-ка поставь на место, – возмущается, но вырваться не пытается, пока Тарасов её на землю не ставит. – Дурак.
– Да, дурак, – приближается к лицу чужому, красному от смущения. – И тебе это нравится.