2 глава

Народа там и правда оказалось немного, всего пару столиков, около которых крутились Шайна и Габриэль. Обе делали вид, что работают. На деле же две извечные соперницы опять устроили соревнование, кто быстрее уведет клиента наверх. Шайна выбрала щуплого юношу, краснеющего от каждого движения длинных ресниц кокетки, а Габи решила не размениваться по мелочам и нацелилась на купца. С толстым пузом и не менее толстым кошельком. Подперев могучим кулаком бородатую щеку, за всем этим лениво наблюдал сам хозяин.
Дженни быстро подошла к стойке и присела в отработанном до ювелирной точности поклоне.
– Благословенных дней Вам, – осторожно поздоровалась она. – Господин Луи, Грета просила Вас подойти на задний двор.
– Зачем? – буркнул он, не отрывая взгляда от разыгравшегося представления. А как же!
Вот-вот и чувство похоти победит стыдливость. Юноша был почти на крючке. Еще минутка, и ждет голубков комнатка на верхних этажах, а потом беднягу обдерут как липку. За вкусный обед и десерт к нему.
– С собаками не ладно.
Хозяин все-таки соизволил посмотреть на нее. «Вот видишь, как надо деньги зарабатывать» – темно-карие глаза смотрели на нее с упреком.Дженни как обычно сделала вид, что ничего не поняла. Чтобы ее лапали трясущиеся от похоти ручонки таких вот юношей? Или пускали по кругу желающие на всем сэкономить торгаши? Да у нее вызывала тошноту даже просто мысль о том, что  придется ложиться в постель с абсолютно незнакомым мужчиной! Нет-нет, осуждать способ заработка девушек Дженни не бралась, но для себя хотела иного.
– Я могу идти? – вежливо осведомилась она.
– Можешь, – великодушно обронил Луи, но тут же, будто невзначай, добавил. – Только сначала загляни в стойла, проверь лошадей.

Дженни мысленно застонала. Старый гад все-таки не упустил случая опять щелкнуть ее по носу. Должно быть, заметил, как нетерпеливо она посматривает в сторону выхода. Но ее положение подневольное и к спорам не располагало. Да и три лошадки-то всего. Может и работы там будет немного. Покинув душный зал, она поспешила к навесам.
– Джен!Джен!Погоди!
Сердце сделало кульбит и прыгнуло под горло. Все страхи и тревожащие голову мысли вдруг сделались абсолютно не важными, а работа на конюшнях из обязанности превратилась вдруг в приятное времяпрепровождение.
– Благословенных дней тебе, Тэхён.
Парень лукаво улыбнулся. Румянец ее щек мог не заметить только слепой.
– На конюшни собралась? Пойдем вместе!
По-хозяйски приобняв ее за талию,Тэхён зашагал рядом. У нее зашумело в ушах. Тепло его ладони чувствовалось даже сквозь плотную ткань платья.
– Луи отправил, да? Ух, старый пень! Не мог подождать, пока Старший приедет.
Тэхён был сыном их работника, умельца на все руки Тэхёна-старшего. Сын так и величал своего батюшку – Старший. Оба они жили недалеко, на самой окраине города. Старший был вдовцом, так и не женившимся повторно. Как жена померла, так и стал на Луи батрачить, лет пятнадцать, не меньше. Тэхён же буквально вырос тут, под бдительным взором Греты. Красивый, улыбчивый шалопай был всеобщим любимцем. Даже Луи ему покровительствовал. Юноша так обходительно принимал лошадей и помогал с поклажей и грузами, что только бессердечные не оставляли ему чаевых. Хотя и не обязаны были.

Оглянувшись по сторонам,Тэхён толкнул ее за каменную кладку навесов.Дженни и охнуть не успела, как ее прижало сильное тело парня.
– Джен,дженни, – на распев протянул он,  – приходи вечерком сюда. На звездочки полюбуемся...
От взгляда потемневших серых глаз ей стало жарко.
– Я сегодня работаю, – кое-как выдавила она. Сердце ее надрывалось от желания плюнуть на все и прибежать вечером. На звезды любоваться, ага. А рассудок упрямился – стоит дать слабину, конец ее мечтам о тихой семейной жизни.
– Ну а завтра?
– И завтра...
Юноша нервно взъерошил иссиня-черные волосы и отошел. На его лице она успела заметить досаду.
– Через шесть дней ярмарка, – отрывисто бросил он, – сходим...
Его речь прервало громогласное: – Эй, малы! Где ты, демонов выкормыш?!
Тэхён поморщился. Старший вернулся.
Не оборачиваясь, юноша вышел из укрытия. Помедлив, она выглянула следом. Во дворе седой крепенький мужичек распрягал Медка, такого же крепкого тяжеловоза.
– Опять девок по углам тискаешь, а Джен,это ты, благословенных дней.
– Благословенных и Вам, господин Тэхён,– улыбнулась она.
– Ты Джен не обидь, – пригрозил Старший сыну, – она девка честная.
Еще один плюс выйти замуж именно за Тэхёна.Замечательный тесть. Тем временем мужчина сунул в руки заметно скисшего отпрыска плетеную корзинку с чем-то тяжелым. – Позвольте помочь...
Но стоило ей шагнуть ближе, как Медок, до этого размеренно клевавший носом, взвился на дыбы и громко заржал.
– Тп-р-ру! Стой! Стой, демонов выкормыш! Куда! Ах ты!
Дженни шарахнулась в сторону. Сначала собаки, теперь лошадь, да что в конце концов происходит?! Шум привлек посетителей и во дворе начался хаос. Люди толпились у окна, выбегали на крыльцо, выкрикивали сотню бесполезных советов, шумом и резкими голосами еще больше пугая лошадь.
Пользуясь возникшей сумятицей,Дженни поспешила скрыться. Хватит с нее! Пусть Луи хоть всю плату зажмет, ей нужна тишина и теплый плед!

Она пробралась в опустевший зал и направилась к лестнице. По пути ей попался только довольный купец, которого обхаживала Габриэль. Почтительно опустив голову,Дженни шмыгнула мимо. Ее комнатка располагалась на третьем этаже в самом конце коридора. Из всей прислуги тут постоянно проживала она, Габи, Луи и Густав, один из вышибал.  Остальные работники приходили из города.
Дверь тихо скрипнула, пропуская ее внутрь. Покрепче заперев засов,Дженни, не раздеваясь, рухнула на кровать. Собственное жесткое ложе сейчас было мягче императорской кровати, а тесное пространство каморки дарило желанное чувство защищенности. Тут было все родное, все ее. Вот уже более пяти лет Дженни жила в этой тесной, бревенчатой келье. Стул, кровать и три толстых гвоздя для одежды. Лишь поначалу ей было трудно.
Тяжелая работа, косые взгляды хозяина и обслуги, сальные намеки постояльцев.
Но время шло, и она помаленьку приспособилась. Обтерлась. И лишь тоска по убитым родителям до сих пор грызла сердце.
О, как ей их не хватало...
Нежной улыбки матери и теплого взгляда отца. Глаза защипало, но Дженни не позволила себе плакать. Она будет сильной!
И счастливой! Ради них и себя.
Вот только скопит денег, чтобы не стыдно в глаза Тэхёну смотреть, не слышать обидного " бесприданница".
Нащупав любимый плед (мама сама вязала) она завернулась в него по самую макушку. Со двора еще доносились редкие восклицания, но в двери никто не ломился, а значит можно успокоиться и отдохнуть перед трудовым вечером.
О случившемся с ней сегодня Дженни решила благоразумно промолчать. Чудовище не тронуло ее, а остальное... Оставалось надеяться, что это лишь совпадение, и животные действительно что-то учуяли.
Все равно других объяснений у Дженни не было.