Связаны

Лера шла рядом с Маратом и Пальто, стараясь держать шаг ровным. Она знала, куда они идут. И знала, кого может там увидеть.

Качалка была уже близко. Такое родное здание. Девушка поймала себя на том, что невольно замедляет шаг.
Марат заметил это сразу.

— Подожди, — он слегка коснулся её локтя и остановился.

Пальто уже шагнул вперёд, но Марат кивком остановил и его.

— Андрюх, зайди пока. Мы сейчас подойдём, — сказал он спокойно, но с тем самым тоном, который не предполагал вопросов.

Пальто кивнул, бросив быстрый взгляд на Леру, и ушёл внутрь, оставив их вдвоём.
Они отошли немного в сторону, за угол здания. Марат молча достал сигареты, щёлкнул зажигалкой и, чуть подумав, протянул одну Лере.

Она секунду колебалась.
Потом взяла. Даже не сразу поняв зачем.

— Ты ж вроде не курила, — тихо заметил Марат.

— Иногда можно— пожала плечами Лера, делая первую затяжку. — Сейчас как раз такой захотелось

Парень посмотрел на неё внимательно, будто взвешивая, стоит ли говорить. Потом всё же сказал, без лишних пауз:

— Лерка,Турбо там будет
Она не вздрогнула. Не подала виду.

— И он не один уже, — продолжил Марат,затягиваясь новой порцией никотина. — С Лилей. Это его новая пассия.

Лера медленно выдохнула дым, отвернувшись к стене. Голос её был ровным:

— Мне всё равно.

Слова прозвучали слишком быстро. Слишком уверенно.
Марат прищурился и чуть наклонился, чтобы заглянуть ей в лицо.

— Мне может,и да— сказал он спокойно. — А вот тебе не уверен.

Лера повернулась к нему, подняв брови:
— Марат, правда. Мне всё равно. Это его жизнь.
— Ладно, — наконец сказал он. — Я просто скажу одно.
Если что-то будет не так,держись рядом. Со мной, с Пальто, с кем угодно. И сразу говори, поняла?

Брюнетка кивнула, затушила сигарету и выпрямилась.

— Поняла.

Она сделала шаг вперёд, к двери качалки, чувствуя, как внутри всё сжимается, несмотря на все «мне всё равно».

Дверь в качалку открылась тяжело, с глухим скрипом. Лера первой переступила порог,и в лицо сразу ударил знакомый запах: металл, пыль, пот, старая резина и что-то ещё, неуловимо родное.

Помещение почти не изменилось.
Небольшой ринг стоял по центру, канаты потёртые, местами перемотанные изолентой. Вдоль стен несколько тренажёров, грубых, собранных будто на коленке. Лавочки, на которых всегда сидели пацаны, перебрасываясь репликами и шутками. В глубине та самая комната, отгороженная дверью. Там обычно собирались старшие.
И там же когда-то часто сидела девушка.
Память накрыла резко, почти больно.

Разговоры в зале стихли не сразу, а будто по очереди. Кто-то первым заметил её, кто-то обернулся следом и уже через секунду взгляды потянулись к ней со всех сторон.
Но оглянувшись девушка заметила только знакомые лица,и спокойно выдохнула.

— Кто это к нам вернулся? — громко сказал Кощей, прищурившись, а потом расплылся в улыбке. — Лерка, что ли?

Лера замерла всего на секунду, а потом улыбнулась в ответ,искренне.

— Я, — ответила она. — А ты думал, не вернусь?

— Да ты что, — Кощей шагнул к ней навстречу и развёл руки. — Что ж ты как не родная?

Лера рассмеялась и в следующий момент уже обняла его.

— Соскучилась, — призналась она тихо.

— Видно, — Кощей оглядел её с головы до ног и хмыкнул. — Похорошела ты, Лерка. Москва, значит, на пользу пошла.

— Немного, — пожала плечами она. — А вы тут всё такие же.

— А куда нам деваться? — усмехнулся он. — Тут время по-другому ходит.

Сзади кто-то осторожно потянул её за рукав.

— Лера...

Она обернулась,и тут же оказалась в крепких объятиях.

— Лампа, — выдохнула она со смешком.

Самый младший. Пухленький мальчишка, который когда-то всегда бегал по поручениям, путался под ногами и старался быть полезным хоть чем-то. Он обнял её так крепко, будто боялся, что она снова исчезнет.

— Ты правда приехала, — сказал он глухо. — Я думал... ну, что ты уже не вернёшься.

— Глупый, — Лера растрепала ему волосы. — Как же я вас брошу?

— А я всем говорил, что ты вернёшься, — с гордостью сказал Лампа, не отпуская её сразу. — Они не верили.

— А ты молодец,что верил, — улыбнулась она.

— Так,это все хорошо,но пойдём-ка в коморку, — Старший кивнул в сторону глубины качалки. — А то братья твои уже заждались.

Брюнетка молча согласилась и пошла следом. Каждый шаг отдавался эхом воспоминаний.
Коморка встретила её знакомым полумраком и запахом старого табака. Всё было на своих местах: небольшой столик, затёртый временем, старый диван у стены, раскладушка, приставленная к углу, и пара стульчиков, переживших не один разговор.

Там уже сидели Влад и Давид.
Рядом мужчина с усами, крепкий, собранный, с прямой спиной и тяжёлым, внимательным взглядом.

— А вот и наша сестричка, — усмехнулся Давид, вставая. — Всё-таки пришла.

— Куда бы я делась, — улыбнулась Лера и подошла ближе.

Мужчина с усами сразу поднялся со своего места, сделал шаг вперёд и галантно поцеловал Лере руку,неожиданно.

— Рад приветствовать, мадмуазель— сказал он спокойно. — Я Вова,Адидас. Старший брат Марата.Он много о вас рассказывал.

Лера на мгновение растерялась, но тут же взяла себя в руки.

— Валерия — представилась она, мягко улыбнувшись. — Приятно познакомиться. Надеюсь, только хорошее?

Вова усмехнулся краем губ.
— В основном, — ответил он. — Говорил, что вы умеете держать удар. И не только в прямом смысле.

Влад хмыкнул, скрестив руки на груди.
— Это он ещё мягко сказал.

— Да ладно вам, — Лера посмотрела на братьев с лёгкой улыбкой.

Кощей устроился поудобнее, опершись локтями о стол, и посмотрел на младшую внимательно, по-родственному.

— Ну рассказывай, Москва-то как тебя приняла? — спросил он. — Учёба, жизнь, люди?

Та пожала плечами, чуть улыбнувшись.

— По-разному. Сначала тяжело было. Всё чужое, все бегут куда-то. Учёба нормальная, втянулась. Но — она на секунду задумалась, — дом всё равно чувствуется за тысячи километров.

— Оно всегда так, — кивнул Кощей. — Где вырос там и корни.

Адидас молча слушал, Пальто время от времени вставлял короткие реплики, уточняя детали, будто проверяя, не врёт ли. Но вопросов было больше из заботы, чем из недоверия.

В этот момент Вова откинулся на спинку стула, взял рюмку и, не торопясь, заговорил:

— А вот в Афгане, значит, у нас вообще было весело...

Марат тут же тихо выдохнул и закатил глаза.
— Ой, начинается...

— Да помолчи ты, — отмахнулся Вова. — Людям интересно.

Он начал рассказывать одну историю за другой: про жару, от которой плавились мозги, про ночные выходы, про нелепые случаи, где смешное шло рука об руку с опасным. Говорил с таким азартом, будто всё это было вчера. Каждая новая история вызывала всё больше реакции
Кощей смеялся в голос, Зима качал головой, а Марат только сильнее морщился, чем ещё больше смешил всех вокруг.

— Я это уже раз двадцать слышал, — буркнул он.
— А слушать всё равно будешь, — спокойно ответил Вова, не сбиваясь.

Лера огляделась и заметила на столе рюмки. Пустые и не очень.
Поняла,что сидят уже давно.
Водку ей никто то не предлагал,да и не принято было наливать такой алкоголь даме.
Но через пару минут Кощей хлопнул ладонью по столу:

— Ералаш! Сгоняй за вином. И огурцов прихвати, а то сухо как-то.

— Уже бегу! — отозвался тот и исчез за дверью.

Вернулся он быстро с бутылкой вина и банками огурцов, победно водрузив всё это на стол.
Адидас посмотрел на бутылку, потом перевёл взгляд на Леру.

— Ну что,красавица, — с лёгкой усмешкой сказал он, — вино будешь?

Девушка чуть замялась. Не из-за вина,из-за момента. Она посмотрела на Влада и Давида, будто без слов спрашивая, уместно ли.
Братья переглянулись. Влад едва заметно кивнул, Давид ухмыльнулся.

— Да, — спокойно ответила она и улыбнулась.

Вова тут же разлил по бокалам.

— Тогда добро пожаловать обратно, — сказал он, поднимая свой.

Разговоры пошли живо,слова цеплялись одно за другое, смех накрывал комнату волнами. Вспоминали старые истории,кто где влип, кто кому когда помог, как раньше ночами зависали тут же, в этой коморке, и казалось, что мир за её стенами тогда был проще и честнее.
Зима, развалившись на стуле, прищурился и усмехнулся:

— А помните, как Лерка нас тогда всех на ринг вытащила? Сама маленькая, а командовала, как старшая.

— Маленькая? — тут же подхватил Марат, — да она и сейчас такая же. Только взгляд стал опаснее.

Лера фыркнула, качнув головой:

— Сами виноваты были. Нечего было спорить.

— О, начинается, — Зима поднял руки. — Вот поэтому мы и боялись её больше всех.

Комната снова взорвалась смехом.
Рюмки и бокалы то и дело поднимались за возвращение, за старые времена, за «ну давай, по последней», которая, конечно, последней не была.

— А теперь за нас всех и за Универсам!, — сказал Кощей

Стекло тихо звякнуло о стекло.
Дверь в коморку тихо скрипнула и приоткрылась.
В проёме показалась знакомая макушка, а следом весь силуэт, который Лера узнала бы из тысячи, даже не поднимая глаз.

Турбо.

Адидас тут же поднялся, широко улыбаясь, шагнул к нему и крепко обнял:

— Турбо, ты где шлялся так долго?

— Да там..— отмахнулся он, всё так же усмехаясь, — дела были.

Он прошёл вглубь комнаты и без лишних раздумий сел напротив Леры. Зима и Марат сразу перевели взгляд на девушку,ожидая реакции.
Но девушка дала понять друзьям все нормально,и те продолжили. Лера подняла голову и их взгляды с парнем столкнулись почти сразу,коротко, резко, как искра. В груди у неё что-то неприятно дёрнулось, но она тут же отвела глаза, сделав вид, что её больше интересует бокал.
Он тоже отвёл взгляд.

«Воспоминание»
Можете прочитать этот отрывок под начало песни
"Любовь HD1080"

Коморка. Та самая.
Тусклый свет лампы, запах перекиси и табака, старый стол, на котором вечно оставались следы от кружек и чужих ладоней. Лера сидит напротив него, сосредоточенная, чуть нахмуренная. В одной руке ватка, пропитанная перекисью, в другой его подбородок, который она придерживает слишком бережно.

Он сидит спокойно, почти лениво, будто это не его лицо в ссадинах и кровь уже успела засохнуть у виска. Просто смотрит на неё. Не отводит взгляд. Улыбается мягко, по-своему,как кот.

— Сильно смешно, Туркин? — недовольно пробормотала Лера, проводя ваткой по его скуле и морщась больше, чем он сам.
Она подняла взгляд и тут же замерла.

Его зелёные глаза смотрели на неё так, что внутри всё предательски таяло.Только любовь, забота и что-то ещё... слишком личное, слишком настоящее. От этого взгляда у неё сама собой появилась улыбка,тихая, непрошеная.

— Ты такая нежная сейчас, кис, — сказал он почти шёпотом.

И прежде чем она успела что-то ответить или съязвить, он потянулся к ней. Ладони осторожно обхватили её лицо, тёплые, уверенные, будто он давно знал, где и как держать. Поцелуй вышел нежным, неспешным,совсем не таким, каким его представляли со стороны.

Лера растворилась в этом мгновении.
Ватка с перекисью выпала из её пальцев сама по себе, тихо упав на пол, но никто из них этого даже не заметил.

Она попыталась отстраниться, но он мягко, почти привычно, подхватил её и усадил к себе на колени. Его руки скользнули под свитер, обняли талию, притягивая ближе. Поцелуй стал глубже и грубее, но нежность в нём никуда не исчезла.
Девушка упёрлась ладонями ему в плечи, сердце билось слишком быстро. Он на секунду отстранился, выдохнул, лбом коснулся её лба,и снова поймал тот самый взгляд, ради которого останавливался.

А потом снова поцеловал, уверенно и бережно, словно этот момент был только их.
Отстранившись, он тихо выдохнул, почти неслышно:

— Люблю тебя, киса.

Лера на мгновение замерла, а потом улыбнулась мягко, по-настоящему.

— И я тебя... — прошептала она и прижалась к нему, доверчиво, как котёнок, уткнувшись лбом в его шею.

В тот момент вокруг словно ничего не существовало: ни шумов, ни времени, ни чужих голосов. Только они двое, тепло между ними и чувство, от которого невозможно было спрятаться даже если очень стараешься.

«Конец воспоминания»

Весь оставшийся вечер Лера чувствовала на себе тяжёлый, прожигающий взгляд. Она даже не пыталась делать вид, что не понимает, чей он.
Напряжение висело в воздухе плотным дымом.

К почти трём часам ночи старшие были уже навеселе, но ещё держались. Ералаш уснул, уронив голову на стол, Андрей с Маратом  задремали на диване. Кто-то первым сказал, что пора расходиться, и с этим неожиданно быстро согласились все.

— Я на улице подожду, — бросила девушка, накидывая курточку.

Никто не возражал.
Она вышла первой. Ночной воздух был холодным и трезвящим. Лера прислонилась к стене, достала сигарету ту,что сунул ей Марат «на всякий случай», прикурила, выдыхая дым медленно, будто вместе с ним хотела выпустить напряжение.

— А братья в курсе?

Голос за спиной был слишком знакомым.
Брюнетка даже не обернулась.

— Какая разница, — резко ответила она. — Я уже не маленькая шестнадцатилетняя девочка, Турбо.

Он усмехнулся, подошёл ближе. Слишком близко.

— Ты изменилась, — сказал Валера, внимательно разглядывая её. — Даже очень.

Лера наконец повернулась, встречая его взгляд спокойно, почти холодно.
— А ты нет.

— Какая ты злая стала, киса... ужас, — сказал Турбо, ухмыляясь, но с лёгкой ноткой недоумения в голосе.

Лера почувствовала лёгкое жжение от прозвища «киса» всегда действовало на неё, словно маленький триггер. Но она глубоко вдохнула, подняла голову и старалась не подавать виду, делая вид, что слова просто скользят мимо.
Карие глаза, которые когда-то смотрели на него с такой нежностью и теплотой, теперь были полны спокойного безразличия. Турбо на мгновение отстранился, будто почувствовал удар в груди.
Он тяжело выдохнул, сжал кулаки в карманах куртки и заговорил:

— Знаешь... после того как ты уехала, многое поменялось. Даже не верится, что прошло три года.

— Мне тоже не верится, — спокойно ответила Лера, не поднимая глаз. — Три года... кажется, что это было вчера, а кажется, что целая жизнь.

— Да, — он сделал шаг ближе, но не слишком, держал дистанцию. — Всё вокруг стало другим, но... — его голос потеплел, — вот ты вернулась, и всё это вдруг ощущается снова. Как будто и не уходила.

Лера фыркнула тихо, отводя взгляд:

— Не драматизируй. Я просто приехала.

— Просто приехала? — Турбо усмехнулся, почти шепотом. — Да, конечно. Только вот мне казалось, что я уже смирился. Но нет.

— И что теперь? — осторожно спросила Лера, не давая эмоциям её выдавать. — Тебе сложно?

— Сложно, — признался он. — Сложно видеть тебя и знать, что ты могла меня забыть.

Тишина повисла между ними, густая и напряжённая.
Лера медленно докурила сигарету до самого фильтра и аккуратно затушила её о асфальт, наблюдая за клубами дыма, которые растворялись в ночном воздухе.

Как раз в этот момент из качалки вышли Марат с Адидасом, смеясь и переговариваясь, а рядом уже шли Влад и Давид, слегка усталые, но довольные вечером.
Та быстро подняла взгляд, стараясь не показывать, что только что была погружена в свои мысли.

Все попрощались. Девушка проводила взглядом сонного Марата, который старательно тащил за собой слегка пьяного Адидаса, тихо пожимая плечами, и пожелала ему удачи.
Все остальные тоже разошлись,и брюнетка обернулась назад,но Турбо там уже не было. Неудивительно. Он всегда умел быстро исчезнуть и так же быстро появится.

Влад с Давидом шли рядом с Лерой. Влад аккуратно закинул руку на плечо младшей, прижимая её к себе, будто защищая от ночной прохлады и чужих глаз.

— Лерка— сказал он тихо, но уверенно, — нам тебя не хватало.

Младшая улыбнулась, тепло и искренне. Ей действительно этого не хватало ощущение дома, семьи, того самого чувства, когда рядом свои и можно быть собой.
Под весёлые шутки Давида и недовольные замечания Влада они шли дальше. Смеясь и подшучивая друг над другом, они дошли до дома, где знакомые стены и уют ждали их, а ночь постепенно окутывала город мягкой тишиной.

Открыв дверь квартиры, Лера разулась и глубоко вздохнула,наконец-то облегчение. День был длинным и насыщенным.
Она быстро пошла в ванную, смыла с себя всю косметику, переоделась в пижаму,и только устроилась в кровати, как из гостиной послышались голоса братьев:

— Спокойной ночи, мелочь! — позвал Влад, а Давид добавил с улыбкой: — Сладких снов!

Она кивнула в ответ, улыбаясь про себя, и снова закрыла глаза, ощущая тепло и спокойствие дома погрузилась в сон.