‹‹Башня расчёта.››

...

Башня расчёта истребления была пуста, если не считать двух мужчин. Сквозь окна виднелись алые отблески от взрывающихся пуль и сияющих небесных копий - Ангельское Истребление шло полным ходом, но здесь, в этой башне, царила тишина.

Ну, почти тишина.

- ...и, короче, она начала орать, что я не умею обращаться с женщинами. А я ей - «Милая, я сражаюсь с демонами на завтрак, у меня нет времени на цветочки!» - Адам уселся на край консоли, небрежно откинувшись назад. Его голос звучал уверенно, громко, почти самодовольно. - Но знаешь, Люци, она потом всё равно пришла обратно. Через два дня. Без белья.

Люцифер сидел в кресле, закинув ногу на ногу, и, кажется, мысленно играл в крестики-нолики с потолком. Он не перебивал. Он даже не смотрел на Адама. Лишь изредка кивал, будто это был какой-то подкаст, включённый фоном.

- А потом, - продолжал Адам, не замечая скуки демона, - я встретил ту, как её... Джинни, Джесс, Джули... Какая разница. Мы зашли в бар, я выпил шесть рюмок, она - одну, и упала. Серьёзно, Люц, я ещё даже к ней не подошёл, а она уже отключилась. Мне даже скучно стало, пришлось на следующее утро разбить витрину магазина, чтобы хоть какой-то адреналин получить!

- Прекрасно, - протянул Люцифер лениво, с явной ноткой сарказма. Он откинул голову назад, позволив длинным белым волосам рассыпаться по спинке кресла. - Жаль, я не принёс попкорн.

- А потом, слушай, был вообще пиздец. Ко мне подошёл один тип, говорит: «Ты спал с моей сестрой», а я ему: «Ты уверен? Опиши её». Он описывает, я говорю: «Да не, это, наверное, твоя мать была». Ну, он, естественно, мне в морду, я ему - по яйцам. Такой вот я молодец.

Люцифер зевнул. Настолько демонстративно, что даже мышь в углу бы поняла: ему до чёртиков скучно.

- Адам, - протянул он с ленивой улыбкой, - мне кажется, ты рассказываешь мне это не просто так. Хочешь, чтобы я проникся?

Адам сделал вид, что не понял намёка. Или действительно не понял.

- Я просто делюсь опытом!

- Хм, - Люцифер снова перевёл взгляд в потолок. - «Опыт», - повторил он тихо, под нос, словно пробуя вкус этого слова. - Ну-ну.

Адам не заметил странного тона. Он уже вспоминал следующий случай:

- А потом была одна, прям горячая, волосы до задницы, голос такой... будто курила с рождения. Мы с ней целую неделю в пустыне провели - там не то что секса, там воды не было. Но всё равно как-то выживали. Я ей даже рану зашивал. Иглой от крючка. Прямо в сердце.

- Очень мило. Прямо семейная история, - фыркнул Люцифер. - Следующий раз расскажи это Чарли. Ей понравится.

- Тебе просто завидно, - отозвался Адам, расправляя плечи. - Я живу полной жизнью. А ты...

- А я слушаю твои рассказы и умираю от скуки. Вот это - настоящая жертва.

Внизу что-то громыхнуло. Башня слегка задрожала. Адам посмотрел на панели, но все показатели оставались в норме. Ну, насколько это возможно в аду во время зачистки.

Он вздохнул, потянулся, снова развалился на панели, как будто это был диван, и:

- Ну, а потом была ещё одна. Вкусная. Вся в чёрном латексе. О, Люци, я тебе говорю...

- О, дьявол, дай мне сил... - простонал Люцифер, закатив глаза.

---

- ...и вот я ей говорю: «Малышка, если ты хочешь остаться у меня на ночь, то хотя бы не притворяйся, что тебе нравится моё святое копьё!» - Адам захохотал, откинувшись назад, упёрся руками в стол. - Она аж подавилась вином! Представляешь?

Он откинул голову назад и фыркнул от собственной шутки, но на полуслове остановился и поморщился.

- Блядь... чё-то жарко стало, а? - Он шумно втянул носом воздух, выругался снова и начал расстёгивать верхнюю часть доспеха, потянув ремни с груди. - Тут что, отопление врубили к хуям? Башня же холодная была...

Люцифер не ответил. Он всё ещё лежал в своём кресле, с закрытыми глазами и скучающим выражением лица. Но пальцы его уже не были такими расслабленными - один ноготь постукивал по подлокотнику, как будто ловил ритм невидимой мелодии.

И всё это - из-за лёгкого, почти незаметного сначала аромата.

Сладкий. Сочный.

Яблоко. Свежее, тёплое, будто только сорвали с дерева в Эдеме.

- Ну его нахуй, - пробормотал Адам и снял наконец маску, откинув её в сторону. Его лицо вспотело, волосы прилипли ко лбу. Он тяжело дышал, но продолжал говорить, будто ничего не происходило. - В общем, возвращаюсь я, а там это... ага, она с моим копьём на постели лежит и такая: «Я ждала тебя, святой воин»... Ну как тут сдержаться, а?

Люцифер чуть приподнял веки. В нос бил всё тот же запах. Неуловимый, тягучий. С каждым вдохом он становился насыщеннее, будто растекался по башне, впитываясь в воздух.

Он нахмурился.

«Это не может быть из города. Слишком близко. Слишком концентрированно...» - мысли текли вяло, но тело уже начинало отзываться: мышцы чуть напряглись, живот потеплел, дыхание стало ровнее, внимательнее.

Он приподнялся в кресле, положил ногу на пол, но не встал - просто начал внимательнее слушать. И чувствовать.

Адам, тем временем, вновь поморщился. Он приподнял бровь, дёрнулся - как будто у него кольнуло в животе.

- Хм... - Он положил руку ниже пупка, неосознанно. - Странно. Будто... тянет. Наверное, сранная диета от архангелов даёт сбой.

Он пожал плечами, откинул волосы назад и вернулся к болтовне.

...

Но потом...

Он замер.

Что-то не так.

Тепло внизу живота усилилось. Не просто жжение, не просто тянущее ощущение. Оно начало перерастать в влажность. Невнятное, будто туманное осознание, что... там становится мокро.

Глаза Адама дёрнулись к штанам. Лёгкое испарение, ощущение липкости. Он напрягся, но не подал виду.

Люцифер уже встал. Медленно, грациозно. Его глаза сверкнули, ноздри чуть раздулись. Он наклонил голову.

И подумал:

"- Нет... быть не может. Этот запах... он исходит отсюда. Из этой комнаты. И не просто из комнаты - от... него."

Он посмотрел на Адама. И его зрачки медленно сузились в узкие вертикальные щели.

- Ну ни хрена себе сюрприз...

Люцифер застыл посреди комнаты. Его взгляд теперь был прикован к Адаму - не от скуки, не от интереса к рассказу, а с тем холодным, точным вниманием, с каким хищник смотрит на добычу.

Запах...

Он больше не был лёгким фоном. Он стал удушающе сладким, как карамель, как сироп на коже. И этот тёплый, чуть терпкий оттенок яблока - плотный, возбуждающий, вызывающий... инстинкты.

"- ...Быть не может," - подумал Люцифер, сдвигая брови. - "Адам... и омега? Это что, сбой системы? Какая-то шутка судьбы?"

Он всмотрелся внимательнее.

Адам сидел, напряжённо вцепившись пальцами в край консоли, и, наконец, морщась, опустил взгляд вниз.

Медленно.

Резко.

И тут же закрыл глаза, стиснув зубы.

- Блядь... - он резко встал, почти в панике огляделся и схватил маску, будто она могла вернуть контроль над ситуацией. - "Как это вообще... какого хрена?! Я проверял! Я ж... сука, проверял! Эта дата должна была быть через неделю, максимум пару дней!"

Он зажал переносицу, шумно выдохнул, проклиная всё на свете, включая календарь, организм и особенно судьбу, решившую запихнуть его в одну башню с чёртовым альфой во время внезапной течки.

Люцифер медленно подошёл ближе, будто всё ещё не до конца верил.

- То есть... ты действительно... - Он прищурился. - Омега?

Адам вскинул на него взгляд. Уставший, нервный, в нём теплилась злость и смущение одновременно.

- Не смей. - Адам сказал это резко, почти рыкнув, но голос предательски дрогнул.

Люцифер приподнял брови, расправился в полный рост, словно наконец получил долгожданное развлечение. Его губы растянулись в медленной, ленивой, но до ужаса довольной ухмылке.

- Так-так-так... - протянул он, делая шаг ближе. Его сапоги стучали по полу башни размеренно, как тиканье бомбы. - Сам Адам... Первый человек... Знаменитый истребитель грешников... оказался омегой?

Он остановился прямо перед ним, заглянул в глаза - и увидел, как те горят. Гневом. И... чем-то ещё.

Адам вспыхнул от ушей до скул. Щёки залились румянцем, но он не отступил. Лишь выдохнул резче, словно это могло охладить жар внутри.

- Иди на хуй, Люцифер. - прошипел он.

- Уже бегу, - мурлыкнул демон в ответ, склоняя голову на бок. Его голос стал ниже, почти интимным. - Только скажи, куда целиться.

Адам сжал кулаки. Внутри всё кипело. Не только от злости - нет. Тело начинало дрожать, как струна. Горячо. Тянуще. Противно.

Он хотел думать. Придумать хоть что-то. План. Способ убраться. Заклинание. Хоть какой-то выход.

Но...

Мозг отказывался работать.

Каждая мысль - словно тонула в меду. Медленно, липко, бессильно.

И вместо нормальных размышлений он ловил себя на том, что...

Что слушает.

Слушает голос Люцифера.

Низкий. Бархатный. Чуть хрипловатый, будто с утра, или после смеха.

Слова даже не доходили - только тембр, интонация, вибрации.

Они проникали под кожу, скользили по позвоночнику, дрожали внизу живота, как ток.

Он тряхнул головой, как будто мог вытрясти это дерьмо из мыслей, но голос всё равно звенел где-то в голове.

- Такой ты интересный, когда злишься, - снова этот голос. - Но знаешь, Адам... сейчас ты пахнешь не яростью. А чем-то куда... вкуснее.

Адам задохнулся, будто ему ударили под дых. Он отвёл взгляд. Не мог смотреть. Не мог думать.

- Закрой рот.

- А если я предложу тебе заняться этим вместе? - прошептал Люцифер в ухо, едва заметно подойдя ближе.

Адам стоял на грани. Он всё ещё боролся. Но...

Борьба превращалась в отчаянную попытку не сдаться.

Боль внизу живота становилась всё отчётливее. Не просто тепло, не просто тянущее ощущение - это была тупая, навязчивая пульсация, как будто что-то требовало... большего.

Адам скривился, чуть согнулся, зашипел сквозь зубы и поставил руку на живот.

- Сука... - Он сжал пальцы в кулак. - Только попробуй приблизиться, ублюдок, я тебе яйца наизнанку выверну.

Он резко развернулся, будто хотел подчеркнуть свою угрозу, и, не глядя на Люцифера, подошёл к консоли. На ней стоял одинокий стакан с остатками холодной воды - Адам схватил его дрожащей рукой и залпом выпил.

Холод. Нужно остудить себя. Остудить мысли. Остудить тело. Остудить -

Но холод не спас. Ни внутри, ни снаружи.

Пока он стоял, пытаясь отдышаться и успокоить себя, позади него что-то изменилось. Точнее - кто-то.

Тень. Движение. Воздух сзади стал гуще, теплее. Он не успел обернуться - плечи прижались к столу, резкое движение, и чьё-то тело встало вплотную за его спиной.

Тёплое. Массивное. Чужое дыхание рядом с ухом.

- Ты...

- Т-Ты... Ты ахуел! - выдох Адама был полон ярости, но голос сорвался. Он дёрнулся, попытался обернуться, но сильная рука на его талии прижала его обратно к консоли.

- Тише, - прошептал Люцифер. Его голос стал совсем другим. Тёмным. Густым. Уверенным. - Ты же знаешь, как ты пахнешь сейчас, Адам. Я не виноват. Это ты начал.

- Я... я ни хрена не начинал! - Адам задыхался. - Свали с меня, сейчас же! Отпусти! - Он снова дёрнулся, но тело не слушалось. Слабость. Жар. Всё усиливалось. В голове - пусто. Только инстинкт.

- Ты трясёшься. - Голос Люцифера звучал слишком спокойно. - Ты дрожишь, злишься, горишь весь... А я всего лишь реагирую. Альфа, реагирующий на зов омеги. Всё по правилам природы, милый мой каратель.(Слово "каратель" здесь - это такое полупризнание его роли, но с оттенком сарказма и желания подразнить: «Вот он ты... Тот самый великий каратель... дрожишь от моих прикосновений.». То есть, мол, "грозный воин и палач"), который так уверенно ведёт людей в бой, оказывается таким уязвимым, когда дело доходит до телесного, интимного..."

- Я не твой, блядь! - прорычал Адам, но вместо ярости в голосе звучал надлом.

- Посмотрим, - прошептал Люцифер, мягко, но с нарастающей настойчивостью, прижимая бёдра плотнее.

Адам стиснул зубы, ногти впились в металл стола. Разум ускользал. Он не мог сосредоточиться. Не мог думать. Всё кричало - тело, запах, его дыхание, его голос, проклятый голос, который пронизывал до костей...

- Отпусти меня! - Адам рванулся вперёд, и на этот раз - вырвался.

Плечо выскользнуло из-под руки, он сделал резкий шаг в сторону, потом второй, задев коленом угол панели, но всё равно сорвался с места. Почти бегом. Почти спасён. Почти - свобода.

Но только почти.

Люцифер не дал ему пройти и трёх шагов. Одним быстрым, нечеловечески точным движением он схватил его за талию, - и в следующую секунду Адам уже оказался спиной к столу, дыхание сбилось, руки упёрлись в металл, а его спина чувствовала всё тело альфы, прижавшееся к нему.

- Сука...! - Адам выдохнул, но голос дрогнул.

Он хотел злиться. Хотел бороться. Хотел рвать в клочья - но не мог.

Потому что...

Он почувствовал.

Запах.

Не только свой. Не только сладость яблока, тянущаяся от его кожи, разогретой течкой.

Но и вишню.

Тёмную. Сочную. Пряную. Опьяняющую до дрожи в коленях.

Запах Люцифера.

Он был везде - на его шее, за спиной, в воздухе. Они смешались: вишня и яблоко, кислое и сладкое, жаркое и терпкое. Адам вдохнул - и в голове щёлкнуло, как будто всё выключилось.

Сознание поплыло.

Грудь вздымалась.

Колени подкосились чуть-чуть.

А сердце забилось как безумное.

- Вот он ты... - прошептал Люцифер у него над ухом, нежно, почти ласково, но с хищным хрипом в голосе. - Теперь ты слышишь меня по-настоящему, да?

- Я... - Адам открыл рот, но слова не складывались. Язык не слушался. Всё тело перестало слушаться.

Он попытался поднять руку, но даже это требовало усилия. Он не мог сосредоточиться. Мозг отказывался бороться.

Потому что...

Запах.

Этот чёртов запах вишни, тянущийся от шеи Люцифера, от его груди, от пальцев, сжимающих талию. Он был вкусный. Невыносимо.

Слишком близко.

Слишком хорошо.

Слишком альфа.

И часть его - животная, инстинктивная, подчинённая биологии - покорно дрожала от желания.

Адам закрыл глаза.

- Убери... убери это от меня... - прошептал он уже не с яростью, а с отчаянной, сломанной мольбой.

Люцифер наклонился ещё ближе.

- Я ничего не делаю, - ответил он почти шёпотом. - Это всё - ты.

Пальцы Люцифера скользнули по бокам Адама, мягко, будто пробуя, ощущая, как он дрожит. И в этом прикосновении не было спешки. Только притягательная, неотвратимая настойчивость.

А потом...

Поцелуй.

Лёгкий, почти невесомый, на уголке губ.

Адам вздрогнул.

Он сжал пальцы в кулаки, опираясь на стол - единственное, что удерживало его на ногах. Он зажмурился, едва не зарычав, но...

Второй поцелуй.

На губы.

Увереннее. Тёплее.

И Адам... не отстранился.

Он только всхлипнул. Тихо. Почти незаметно.

- Хватит... - выдохнул он, хрипло, почти жалобно.

Но губы Люцифера уже спустились ниже.

На подбородок.

На шею.

Он целовал кожу - горячую, пульсирующую, полную этого пронзительного яблочного аромата. Адам дёрнулся, когда губы прошлись по чувствительному участку под ухом.

- Ты дрожишь. - прошептал Люцифер.

- Отпусти... - голос Адама задрожал. Его подбородок сжал слёзы, он резко сглотнул, но они всё равно прокатились по щекам - тёплые, злые.

Но руки не тянулись прочь. Он не отталкивал. Не боролся.

Он позволял.

Плечо.

Поцелуй на ключицу.

Зубы легко скользнули по коже. Адам вздрогнул, не то от боли, не то от напряжения. Он снова выдохнул - сдавленно, бессильно. Ещё один всхлип.

- Ты сказал «хватит»... но ты не сопротивляешься, Адам, - голос Люцифера звучал, как яд с медом. - Ты говоришь «нет», но тело... твоё тело шепчет другое.

Адам зарычал, но больше на себя, чем на него. Ему казалось, что если он сейчас пошевелится, то рухнет. Как карточный домик.

- Заткнись... - прошептал он, закрывая лицо рукой, пряча глаза. - Просто... заткнись.

- Только если ты скажешь это всерьёз, - шепнул Люцифер, снова целуя шею. - Только если ты толкнёшь меня.

Молчание.

Громкое, пульсирующее, раскалённое.

Адам не двинулся.

Он не толкнул.

Люцифер молчал. Он не смеялся, не комментировал, не дразнил - только дышал тихо, ровно, будто считывая каждый миллиметр реакции Адама. Его губы оставались у самой шеи, а руки...

Плавно, медленно, будто проверяя терпение, начали скользить под одежду.

Пальцы проникли под край ряса,Верхняя одежда Адама из "Отеля Хазбин" - это ряса, похожая на одежду священников, коснулись горячей кожи на талии. Адам снова вздрогнул, плечи дернулись. Но...

Он не отстранился.

Рука пошла ниже.

Аккуратно, почти благоговейно.

Через ремень. Через застёжку.

Через мягкую ткань, под которой было уже влажно.

Очень.

Запах усиливался. Воздух между ними стал плотным, как пар в ванной. Люцифер шептал себе под нос:

- Всё естественно... всё, как должно быть... ты просто... реагируешь...

Адам тяжело дышал. Он прикусил губу до боли, глаза остались закрыты. Щёки горели. Все мышцы были в напряжении. Но он позволял - до конца.

Рука скользнули между бёдер, легко, ласково.

Дразнящие пальчики Люци с лёгкостью вошли в нутро, и начали обходить всё чувствительное, пока не добрались туда, вглубь, где уже всё было скользко, тепло, и мягко.

- Мхх... - Адам выдохнул, хрипло, прерывисто.

И тогда Люцифер коснулся.

Той самой точки.

Глубоко, точно.

Мир будто взорвался.

- А-а... - Хрип.

Длинный, сдавленный, слишком громкий.

Адам сам не ожидал, как это сорвётся с его горла. Он всхлипнул, будто от страха, и тут же захлопнул рот ладонью, закрыв лицо. Он покраснел до ушей, до шеи, весь. Он хотел исчезнуть.

- ...Ты прекрасен, - прошептал Люцифер, нежно, искренне, будто это был не ад, не башня, не два врага, а двое наедине в затерянном мире.

И пальцы двигались осторожно, словно нащупывая музыку внутри Адама. Ту, которую тот никогда не играл, но уже не мог остановить.

- О, тебе так понравилось? - с хрипловатой ухмылкой прошептал Люцифер, наклоняясь к самому уху Адама.

Он целовал висок, нежно, будто дразнил. Его дыхание горячо касалось кожи, от чего Адам невольно вздрогнул. Щёки продолжали гореть, но он не ответил - только отвернулся, буркнув что-то под нос и едва заметно усмехнувшись.

- Заткнись, напыщенный ублюдок...

- Ой, как грубо для того, кто так сладко стонал у меня на пальцах, - Люцифер рассмеялся, но мягко. Его руки скользнули вниз, медленно, с вниманием, будто он считывал каждый изгиб, каждый тремор.

Плавно, уверенно, он снял с Адама остатки одежды, не срывая, а именно раздевая - ласково, неторопливо, словно открывал ценный подарок, и хотел прочувствовать каждую секунду этого момента. Адам прикусил губу, но не остановил. Ни слова. Ни движения против.

Люцифер провёл ладонью по его бедру, сжав его крепче, и опустился чуть ниже, целуя в позвоночник. Он будто обнимал его телом, прижимался, чтобы тот чувствовал каждый дюйм, каждый горячий вдох.

Когда он наклонился ближе, Адам затаил дыхание. Его плечи дрожали, но не от страха. Скорее, от напряжения, от жара, от близости, которая становилась всё ближе и ближе.

Движение.

Осторожное.

Тёплое.

Он вошёл не резко, а так, как будто боялся нарушить хрупкую ткань момента. Адам сжал губы, оперевшись на руки, дыхание сорвалось с его губ - глухой, сдержанный стон, слишком настоящий, чтобы его можно было скрыть сарказмом.

Люцифер наклонился к его уху, не двигаясь пока, просто ощущая, как он принял его, как дрожит, как расслабляется, как будто... ожидал этого всё это время.

- Ты прекрасен, знаешь? Такой упрямый... но такой тёплый внутри, - он шептал, чуть двигаясь, медленно, как в танце. Его руки поглаживали бока, губы касались шеи, ключиц, спины, а потом снова возвращались к уху, чтобы шептать дальше.

- Ты издаёшь такие милые звуки... - ещё один поцелуй. - Хочешь, я скажу тебе, как мне нравится, когда ты таешь у меня на руках?..

- Заткнись, - прохрипел Адам, но уже без ярости. Его голос был глухим, почти подавленным, и... с предательской дрожью.

- Но ты не сказал "остановись".

- ...Потому что я... блядь, я не знаю...

Люцифер целовал его дальше. В плечи, в шею. Движения были всё увереннее, но всё ещё бережные, с вниманием. Словно он не просто хотел взять, а хотел помнить каждый звук, каждый вдох, каждый стон.

И Адам...

Он не остановил.

Он позволил.

***

Адам тяжело дышал, сжав руками край стола, как будто только это и держало его на грани. Он пытался не стонать, пытался не дрожать, пытался не отдаться полностью. Но тело... давно перестало слушаться.

Люцифер в этот момент крепче сжал его бёдра, притянув к себе. Пальцы впились в кожу, чувствуя, как она горячая, как пульсирует под ладонями. Он отстранился на миг, вдохнул глубже, и уже без колебаний начал двигаться сильнее, увереннее, - не спеша, а именно целиком, до самого конца.

- Вот так... - прошептал он низко.

Каждое движение было точным, почти хищным. Каждый толчок попадал в то самое место, от которого у Адама перехватывало дыхание.

- Ухх...! - Адам зажмурился, голова склонилась вперёд. Он не мог сдерживаться. Каждый новый толчок отдавался по позвоночнику искрой. Он пытался подавить звуки, но...

- А-а... ннн... ч-чёрт... ахх...

Люцифер прижался ближе, губами касаясь подбородка, шеи, плеч. Он чувствовал, как тело под ним вибрирует, как тает.

- Ты чувствуешь это? Как ты принимаешь меня полностью? Как твоё сладкое тело зовёт меня снова и снова...

- За... ткнись, - выдохнул Адам, но не сдержал дрожи. Он выгибался, невольно подставляясь под каждый новый толчок, и его стон становился только громче, особенно когда Люцифер задевал то место снова, и снова, и снова...

- Ха-а... н-не могу... - голос Адама сорвался, низкий, надломленный, полный желания и бессилия.

Люцифер двигался быстрее, но всё так же чётко, будто каждый его толчок был выверен, как точный удар по центру. Пальцы крепко держали бёдра, будто не собирались отпускать. Он был в нём целиком, полностью, и Адам уже не боролся.

Он впитывал. Он стонал. Он поддавался.

И внутри - между жаром, телом и этим непрекращающимся сладким движением - росло что-то большее. Что-то, от чего не было спасения.

---

В комнате стало тише. Горячий воздух постепенно остывал, будто сам Ад щадил их, давая немного времени прийти в себя.

Люцифер уже был полностью одет. Его волосы лежали идеально, как будто ничего не было - ни поцелуев, ни стонов, ни дрожащих касаний в самых уязвимых местах. Он стоял у окна, одной рукой придерживая край плаща, другой - лениво листая какую-то прокисшую сводку истребления.

Истребление закончилось.

Часы показывали, что пора было расходиться.

Адам сидел в кресле, опустив голову. Он не смотрел на Люцифера, не смотрел никуда - только в пол, словно тот был самым интересным объектом во вселенной.

Он знал, что если поднимет глаза и встретится взглядом с ним - всё. Он не выдержит.

А Люцифер, поправляя рукав плаща и мельком взглянув на него из-под длинных ресниц, лениво усмехнулся:

- Ты как-то стал молчалив... - голос был спокойным, почти безразличным. - Что, истории закончились? Или... язык занял кто-то другой?

Адам весь дёрнулся, будто его током ударило.

Он не поднял головы, но пальцы вцепились в подлокотники кресла, и если бы взгляд мог прожечь пол - он бы давно провалился через этаж вниз.

Он не сказал ни слова.

А Люцифер лишь хмыкнул - не слишком громко, просто с удовольствием, как человек, который выиграл партию, даже не сделав хода.

Адам встал. Натянуто. Слишком резко - и тут же поморщился, проклиная всё на свете. Плечи дёрнулись, но он принял стойку, как солдат. Как будто всё было под контролем.

Повернулся к двери.

Пора уходить.

Он уже положил руку на дверную ручку, уже собирался сказать дежурное «пока» или «до следующего раза», как вдруг за спиной прозвучало ленивое, тянущееся с ухмылкой:

- Буду с нетерпением ждать тебя... и твои истории, Адам.

Только слова.

Никаких намёков. Ни интонации, ни игры. Простой тон, как будто ничего не произошло. Как будто он не держал его за бёдра, не целовал до хриплого стонa, не вбивался до самого конца.

Но Адам...

Он весь вспыхнул, от ушей до шеи. Плечи сжались, но он ничего не сказал.

Вообще.

Просто толкнул дверь и вышел, не оборачиваясь. Оставив за собой только тихий стук подошв и след собственного смущения.

А Люцифер?

Он только усмехнулся.

Медленно. Самодовольно.

Он знал, что вернётся.

---

Примечание:

Ещё больше фанфиков вы можете найти в моём фикбуке под ником "Gggginni".