Глава 30: Разговор в саду
За несколько дней, орден добрался до Риверпорта. За это время о беглянке никаких вестей не поступало, но Тормен был уверен, что рано, или поздно ведьма объявится, и он знал, где её нужно искать. Вадим развернул газету, которую он только что приобрел у конопатого парнишки и принялся читать новостные сводки. Большую половину занимала статья о предстоящем мероприятии. Если же в Саинтвиле газеты скупо описали данное событие, то здесь авторы развернулся на всю катушку. Тормен лишь изредка покачивал головой и цокал языком, вчитываясь в машинный шрифт.
Как только делегация въехала в город, граф сразу же отделился от своей группы, ему в голову пришла мысль - перед предстоящим делом, поблуждать по городу, послушать слухи и разузнать обстановку. А так же, попутно, посетить банк Елеген и наконец-таки прикупить новенький цилиндр у местного шляпника, так как старый был безвозвратно погребен под дворцовыми завалами. Серентий запрещать не стал, и лишь отмахнувшись от графа, побежал в главное управление ордена, докладывать о предстоящем плане-перехвате. Где-то через час, городскую стражу спустят поводка, и она будет шерстить всех подряд. Так же на подходах к городу удвоят количество привратников. И пока этого не произошло, Тормен хотел насладиться прогулкой по Риверпорту.
Западный город был огромен и по численности населения не уступал Саинтвилю – самому набожному городу востока. Риверпорт так же являлся вотчиной инквизиции и размещал в себе основные силы ордена. Но в отличие от своих собратьев, западное подразделение не желало вмешиваться в дела местных вельмож и предоставляло им свободу действий. В обмен – инквизиция просила небольшой процент с прибыли. В противном случае торговцев ожидали большие неприятности. Риверпорт был городом купцов и торговцев. Все торговые пути вели сюда, и даже огромная река, на которой и был возведен город, являлась источником доходов.
Первое, что бросилось в глаза Тормену, так это огромные баржи, которые ютились у причала и медленно покачивались на волнах. Рядом с баржами бегали туда-сюда грузчики и переносили на своих жилистых спинах огромные мешки. Так же там были люди, в необычных южанских нарядах, которые сильно выделялись своим видом для этих мест. Более смуглые, коренастые южане, отличались повседневной одеждой. Она была более легкой и раскованной, а на головах, вместо консервативных цилиндров, они носили кепи – головной убор был меньше и имел спереди небольшой козырек. Южные купцы торговали преимущественно приправами, и имели с этого неплохие барыши.
Граф остановился у причала и несколько секунд любовался горизонтом, который соединял водную рябь и чистое голубое небо. В голову лезли философские мысли, о бренности бытия и смысле жизни. Вадим положил руку на медальон, будто медная змея могла решить тот ворох мыслей, который кружился у него внутри.
Тормен мог еще долго вот так простоять, палясь в одну точку, но время поджимало, и нужно было заканчивать с прогулкой, пока его не бросились искать. Но вначале нужно требовалось заглянуть в банк.
Банк Элеген был выполнен в таком же духе, как и в самом набожном городе королевства, и таким же, как и у остальных городах. Будто это здание, коротышки таскали из одного города в другой, экономя на материалах. Но все же здания были разными, и в этом господин Тормен собирался убедиться лично.
- Здравствуйте, уважаемый. – К Тормену подошел клерк, он был невысокого роста и облаченный в черно-белый костюм. – Чем могу быть Вам полезен.
- Мне нужно снять деньги со счета. – Коротко ответил граф.
- Разумеется. - Поклонился коротышка. – Если у Вас есть счет в нашем банке, то будьте уверены, вы можете делать с ним все что угодно. – Сотрудник банка поклонился и повел Вадима Ивановича к свободному столику.
Покончив с нюансами, граф покинул территорию банка с крупной суммой в кармане. Этот факт немного успокоил Вадима, и теперь он ни о чем не беспокоился. Недавний инцидент никак не отразился на взаимоотношениях и Елеген, как и прежде, не давал поводов усомниться в своих обязательствах.
Возможно, Анастасия снова прибегнет к помощи банка, чтобы пробраться в город. Так она в очередной раз минует охрану и пройдет внутрь незамеченной. Но если же, она сообразит, что орден осведомлен о её планах, то беглянка будет искать иные способы.
Тормен сунул руку в карман и достал оттуда футляр. Открыв его, Вадим Иванович выудил прибор чем-то напоминавший рогатку, и стоило только ударить пальцами, как прибор завибрировал, при этом издавая колеблющиеся звуки. Граф постаял с минуту, затем он спрятал странный прибор в футляр.
Магических следов поблизости не обнаружено. Камертон - еще одно приспособление Тормена. Данное изобретение улавливает малейшие колебания энергии, и попав в поле действия, оно укажет на ведьму, которая недавно творила волшбу, или же на творящиеся в этот момент заклинание. Интервал взаимодействия очень короткий. Уже построенное волшебство, прибор уловить не в состоянии. Но еще свежие следы он уловит на расстоянии ста метров.
***
Все изменилось, стоило только вернуться Тормену на базу. Еще на подходе, он ощутил, что-то неладное и когда к нему подошел молодой адъютант и протянул письмо, граф лишь недовольно поморщила.
- Это вы граф Тормен? – И не дожидаясь ответа, парень вручил письмо в руки. – Вам просили передать.
И поклонившись, парень ушел.
Потеряв всякий интерес к посыльному, Вадим Иванович развернул письмо, и остолбенел. Его глаза округлились и медленно полезли вверх. Он ожидал чего угодно, но только не этого. Злость охватила нашего героя, и она требовала выхода. С чувством сожмакав письмо, инквизитор выбросил его в урну и быстрым шагом направился прочь.
- Тормен, подожди, Тормен. - Завидев починенного, Обломов замахал руками, но Вадим казалось его не слышал, он прошел мимо куратора и даже не взглянул в его сторону. Обломов проводил его изумленным взглядом, и добавил. – Во дела...
Фонтаны в саду были великолепны, каждый из которых символизировал человеческие ценности, будь-то: честь, любовь, отвага, или же семейное благополучие, именно это и пытался выстругать мастер, вкладывая душу в каждый кусочек камня. И ему это удалось на славу. Каждая скульптура, как отдельный вид искусства. Но граф пришел сюда не из-за любви к искусству, а привело его совершенно другое. Вадим Иванович остановился в десяти метрах от человека, который стоял к нему спиной и разглядывал скульптуру символизирующую семью.
- Потрясающе! – Восхитился высокий мужчина в черном смокинге, и цилиндром на голове. Все, как и полагается в высшем обществе, вот только шпага с рубиновым навершием, рушила образ современного человека. – Автор так тонко изобразил в камне семейные ценности. Каждая деталь на своем месте.
Тормен молча стоял, и наблюдал за человеком со стороны.
- Так же мастер выделил и пороки. Видишь Вадим, в самом низу лежит бракованная деталь? Она как бы является один целым со скульптурой. Но куда её не прилепи, бракованной вещице места нет! – Мужчина резко развернулся, и взглянул в глаза своему младшему брату. – Она, как и ты. Такой же вырок в нашей семье. Позор для отца и рода Торменов.
Вадим Иванович слушал, и его лицо приобретало лиловый цвет.
Долговязый мужчина сделал пару шагов и остановился.
- К папеньке уже долетели слухи, что ты повинен в смерти Бельмонда. – Старший брат покачал головой. – Еле откачали старого, пришлось лекаря вызывать.
-Оливер, я же...
- Цыц, недомерок! – Повысил голос собеседник и, молодой граф прикусив зык, замолчал. – Тебе нет оправданья.Я думаю ты в курсе, что наше родина стоит на пороге войны, а ты как всегда в игрушки играешь!!! На этот раз ты перешел черту и заигрался, Вадим! Очень сильно заигрался!!!
Тормен младший опустил взгляд.
- Ты причастен к смерти герцога, ты отказался от военной службы, чем унизил весь нас военный род, и наконец - ты вступил в ряды инквизиции ради обещанных плюшек, которыми они тебя кормят!!!
Оливер Тормен топнул ногой со всей злости, и только силой воли, ему удалось убедить себя не вытащить шпагу и не проткнуть нерадивого брата.
- Что скажешь на это, Вадим!!! До меня дошли слухи, что ты хочешь заполучить родовые земли. – Тормен старший покраснел, а глаза налились кровью. – СКАЖИ МНЕ ЭТО ПРЯМО В ГЛАЗА!!! ТЫ ЭТОГО ДОБИВАЕШЬСЯ!!!
- Да! – Спокойным тоном ответил Вадим Иванович. – Ты изверг, брат. Ты любишь измываться над своими же людьми, и я не хочу, чтобы накопленные годами земли не достались тебе.
- На все на счет Имеральды дуешься??? - Рассмеялся Оливер. – Она получила по заслугам, я не виноват, что она умерла.
В глазах Влада всплыла картина, где его брат стоит с окровавленными руками, а у ног лежит его знакомая. С ней Вадим дружил, несмотря на то, что она родом из служанок.
- И не только. - Тормен всунул руку в карман и нащупал пистолет. – Эдурд, Галея, Аркадий, Тотошка, Василиса, все они пали от твоей руки.
- Они просто вещи. – Тормен старший положил руку на рукоять шпаги. – Ты всегда плохо разбирался в простых истинах!
Вадим выкинул руку вперед и навел пистолет на брата, после чего, нажал на курок.
Выстрел!
Оливер взмахнул шпагой. Одно движение и на брусчатку упали две дымящиеся половинки. Старший брат выгнулся, и как ракета устремился к Вадиму, выставив перед собой острое оружие.
- Аааа, вот вы где! – На сцену вышел куратор и увидел своего подчиненного в компании брата, помахал рукой. – А я вас ищу.
Острие шпаги остановилось всего в миллиметре от сонной артерии и два брата одновременно посмотрели на вновьприбывшего. Было понятно, что спор исчерпан. Шпага вошла обратно в ножны, а пистолет вернулся в карман.
- А что вы тут делали, а?
- Да так, семейные распри. – Пожал Плечами Вадим, а Оливер, даже не удостоил куратора, взгляда.
- Мы не закончили. – Оскалился перворожденный и пошел прочь
Обломов подошел к графу и, положив руку на плечо, казал:
- И врагу не пожелаешь таких родственников.
И Вадим Иванович был полностью солидарен с этим утверждением