1
Ослепительный синий свет захлестнул их, лишая зрения и ощущения реальности. Мир завертелся, звуки исказились, земля ушла из-под ног. Секунда? Минута? Они не знали, сколько это длилось. Затем наступила абсолютная темнота и оглушающая тишина, прерываемая лишь их собственным сбивчивым дыханием и стуком сердец, отдававшимся в ушах.
Постепенно звуки начали возвращаться – приглушенные стоны, шорох одежды, собственное учащенное пульс. Зрение медленно прояснялось, показывая сперва расплывчатые контуры, затем – детали. Они лежали на чем-то жестком и влажном, пахнущем землей и чем-то незнакомым, терпким.
Мария первая смогла сфокусировать взгляд. Над головой не было веток дуба, не было серого неба в дождевых тучах. Были своды. Грубые, каменные своды, поросшие мхом и какой-то странной светящейся в полумраке плесенью. Тусклый, рассеянный свет проникал откуда-то сверху, через провалы в потолке.
— Ребята! Вы целы?! — голос Юры звучал испуганно, но громко.
Послышались кряхтение и стоны. Лена, Даша, Аня, Андрей, Эмилия, Никита – все приходили в себя, поднимаясь с земли.
— Где мы? — выдохнула Даша, оглядываясь с расширенными глазами.
Они находились в каком-то древнем, полуразрушенном помещении. Стены, сложенные из огромных, неровных камней, уходили вверх, теряясь в полумраке. Колонны, наполовину разрушенные, напоминали гигантские зубы, торчащие из пола. Всюду валялись обломки камней, покрытые мхом и пылью тысячелетий. И ни одного знакомого звука – ни шума города, ни криков чаек, ни даже шелеста листьев дуба, под которым они прятались.
— Это не парк, — прошептала Аня, обнимая себя за плечи.
— Что это было?! — воскликнула Лена, глядя на место, где только что был портал. От пуха и синего света не осталось и следа. Только пустые, серые камни.
Эмилия, которая с самого начала чувствовала что-то неладное, сидела, обхватив колени, и дрожала. — Мне здесь… не нравится, — прошептала она. — Воздух… он другой. Тяжелый.
Никита, к удивлению Марии, оставался абсолютно спокойным. Он встал в полный рост, его разноцветные глаза внимательно осматривали руины. Ни паники, ни страха на лице – только сосредоточенность и оценивающий взгляд. Кажется, даже в самой невероятной ситуации он сохранял ледяное спокойствие, за которое его и прозвали.
— Тихо, — сказал он негромко, но его голос прозвучал как команда. — Все целы. Это главное. Сейчас разберемся. Мы где-то… не там, где были.
Андрей подошел к ближайшей стене, провел рукой по шершавому камню. — Это не похоже ни на что, что я видел… Не похоже на нашу архитектуру. Совсем.
Юра осторожно двинулся вперед, осматривая проходы между колоннами. — Надо понять, есть ли выход. Или… что это вообще за место.
Сердце Марии билось где-то в горле. Страх был липким и холодным, но видя спокойствие Никиты, она почувствовала, как его "ледяное сердце" действует на нее успокаивающе. В этой полной неопределенности ситуации его невозмутимость казалась опорой.
— Портал… он исчез, — произнесла Мария, указывая на пустое место.
— Значит, вернуться тем же путем пока нельзя, — заключил Никита. Его взгляд остановился на проеме в стене, где обломки были разбросаны так, словно их отбросило мощной силой. За проемом виднелась абсолютная темнота.
— Надо идти, — сказал он, делая шаг к проему. — Стоять здесь бессмысленно. Единственный путь, кажется, туда.
Остальные переглянулись. Страх все еще сковывал их, но альтернативы не было. Оставаться в этих жутких руинах, не зная, где они и есть ли здесь что-то живое (или неживое?), было не лучшим вариантом.
С опаской, но с нарастающей решимостью, группа из восьми человек двинулась вслед за Никитой к черному проему. Каникулы определенно начинались не так, как они ожидали. Сессия, любовь, планы на лето – все это внезапно отошло на второй план перед лицом этой полной, пугающей неизвестности. И никто из них не знал, что ждет их за этим порогом.